Вернуться на главную страницу
О журнале
Научно-редакционный совет
Приглашение к публикациям
Все выпуски
журнала
2010 № 3(4)
2010 № 2(3)
2010 № 1(2)
2009 № 1(1)

ОСОБЕННОСТИ ДЕТЕРМИНАНТ МОТИВАЦИОННО-ПОТРЕБНОСТНОЙ СФЕРЫ
ЛИЦ С ДВИГАТЕЛЬНЫМИ НАРУШЕНИЯМИ ЦЕРЕБРАЛЬНОГО ГЕНЕЗА
В ПРОЦЕССЕ СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ АДАПТАЦИИ

Ким Л.М. (Магадан)

 

 

Ким Лариса Мироновна

– кандидат психологических наук, доцент кафедры физической культуры, спорта и основ медицинских знаний Северо-Восточного государственного университета (г. Магадан);

E-mail: amarillis30@mail.ru

 

 

Аннотация. В статье представлен анализ мотивационно-потребностной сферы человека с нарушениями двигательной активности после перенесённых черепно-мозговых травм и инсультов. Прослеживается определённая закономерность удовлетворения потребностей, что позволило провести их ранжирование. Представлена схема детерминант потребностей. Знание и понимание предложенной структуры позволит специалистам обеспечить последовательность решения задач, максимально приближая цель – выздоровление и восстановление трудоспособности.

 

Ключевые слова: мотивационно-потребностная сфера, лица с двигательными нарушениями церебрального генеза, социально-психологическая адаптация.

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

Для человека, перенесшего инсульт или черепно-мозговую травму (тяжёлая форма) на первое место выдвигается социальная значимость проблемы, которая выражается в социальной изоляции вследствие грубых двигательных расстройств, а следовательно, в психологическом статусе. Хроническая психоэмоциональная напряжённость и тем более посттравматические и постинсультные расстройства, способствуют заострению черт характера, грубому искажению манеры поведения и способов реализации аффективных переживаний вплоть до совершения тяжёлых агрессивых и аутоагрессивных актов [2].

В данной статье рассматриваются детерминанты потребностей лиц с двигательными нарушениями органического генеза. Под детерминантами подразумеваются те условия, причины и факторы от которых будет зависеть развитие новой личности в ситуации тяжёлой болезни.

Личностные характеристики определяют особенности мотивации поведения и структуру общественного поведения. Высшим эффектом личностных свойств является характер человека, с одной стороны, и его склонности – с другой. Если основной формой развития индивида является онтогенез, то основной формой развития личности является жизненный путь человека в обществе, его социальная биография [1]. И именно из свойств человека как индивида и личностных характеристик, сложившихся в результате социализации, складывается индивидуальное содержание болезни.

Нельзя обойти стороной и проблему отклоняющегося поведения пациентов с приобретённой патологией головного мозга (тяжёлые черепно-мозговые травмы и инсульты). Как отмечает в своих работах С.А. Чернышев (2002) негативные тенденции, связанные с отклонениями, разворачиваются в такой совершенно новой психологической проблематике, как эвтаназия. По мнению С.А. Чернышева, психологический аспект проблемы перекрывает все нравственные, моральные и этические стороны. «Психология – отмечает автор – знает массу фактов, когда безнадёжно или обречённо ориентированные врачами пациенты, используя внутренние психологические резервы: веру в свои силы, неугасимую надежду на благополучный исход, любовь к жизни, оптимизм и т.д. – демонстрировали в прямом смысле беспрецедентные примеры борьбы с болезнями. Подключались собственные психологические резервы и возможности психики человека. А известная «помощь» в уходе больных в другой мир однозначно должна рассматриваться общественным мнением и профессионалами врачами как их собственное бессилие или форма преступного отношения к человеку». Данный сложный вопрос не может рассматриваться однобоко, но и не согласиться с вышеобозначенным мнением нельзя. Человек, впервые осознавший собственное бессилие перед болезнью испытывает страх и ужас, но глаза бесконечно «кричат» о помощи, он не хочет верить в произошедшее, и как бы не сложилась ситуация, надежда на «чудо» сопровождает его на протяжении всей болезни. Если в этот момент не оказать адекватную психологическую помощь пациенту, то, естественно, проблема отклоняющегося поведения будет выступать доминантой в психологической картине болезни индивидуума.

Таким образом, у человека после перенесённой тяжёлой травмы головы и инсульта, индивидуальное содержание болезни связано с возможностью переносить страдания, установлений отношений с другими людьми по поводу переживаемого и пережитого страдания, а также отношения к самому себе. Рассматривая основные свойства человека как субъекта деятельности, следует отметить, что исходными характеристиками в этой сфере являются сознание (как отражение объективной действительности) и деятельность (как преобразование действительности).

Система ценности личности заболевшего человека тесно связана с механизмами принятия решения. Если для психосоматического пациента ценность симптомов болезни имеет не клинический, а личностный характер, то при приобретённых органических двигательных нарушениях на уровень личностной ценности выходит и ценность внешних симптомов болезни (в нашем случае видимая ригидность приводящей мускулатуры). Эта категория пациентов готова на определённом этапе реабилитации терпеливо переносить болевые телесные ощущения (временн'ые рамки зависят от высших психических процессов и от личностных особенностей индивидуума) при условии внешнего благополучия.

Общепризнанно, что любая форма поведения человека имеет определённый мотив, т.е. направлена на удовлетворение потребности. Поэтому вопрос о мотивации и потребности является ключевым в понимании природы поведения человека. Особо остро этот вопрос встаёт, когда речь заходит о людях, имеющих определённые отклонения в состоянии здоровья.

В рамках нашего исследования при работе с людьми рассматриваемой категории, мы столкнулись с тем, что эмоции отражают сформированную модель полученных результатов восстановления и сличение её с моделью ожидаемых результатов. Эти эмоции могут быть причиной свертывания или разрушения (итогов восстановления) модели ожидаемых ре¬зультатов, что приведет к отказу от лечения данным методом или от лечения вообще, а также может стать причиной депрессии.

Таким образом, формирование тех или иных эмоций предопределяет мотивационно-потребностную сферу человека. Мотивационное состояние сопровождает его постоянно, а у человека с церебральной патологией (без нарушения интеллектуальной сферы) данное состояние является движущей силой для желания удовлетворить первоочередные потребности. Следовательно, каждый человек формирует цель (главное звено в мотивации), к которой он должен стремиться, а также задачи, которые необходимо будет решить для достижения выбранной цели. И именно на этом этапе возникает необходимость в удовлетворении определённых потребностей.

Довольно часто в ситуации тяжёлой церебральной болезни выстраивается зависимость предпосылок, условий и факторов, которые оказывают влияние на становление новой личности.

Наши наблюдения позволили нам выделить детерминанты мотивационно-потребностной сферы и ранжировать потребности в порядке их удовлетворения (рис.1).

 

 

Рисунок 1. Схема детерминант потребностей лиц с органическими нарушениями двигательной регуляции

 

На первый план доминирующей составляющей потребностей выступает потребность в выздоровлении. Двигательные нарушения приобретённой патологии головного мозга предполагают физический и психический дискомфорт, причём, первый является основополагающим для формирования осознанной мотивации на выздоровление. Следовательно, целью выздоровления в данном случае является полноценность и спокойствие, в котором человек будет независим от посторонней помощи в повседневной жизни. Эмоционально зрелый индивид понимает, что данный процесс означает продуктивно мыслить и продуктивно действовать, а для этого необходимо специфическое умение или потенциал саморазвития.

W.F. Anthony (2000) подчёркивал, что потребность в выздоровлении, должна основываться на том, что именно, по мнению выздоравливающих, оказывается полезным или ценным. Данный подход, отмечали некоторые авторы [4, 6], существенно отличается от методов, описанных в классических учебниках. Для удовлетворения этой потребности, по нашему мнению, нужно осознавать важность приёмов и методов самоуправления, которые должны помогать человеку брать под контроль свои переживания и свою жизнь.

М.Е. Copeland (2002) предложил разрабатывать план действий по выздоровлению, который должен являться одним из наиболее распространенных и хорошо разработанных инструментов для процесса выздоровления. В соответствии с этим планом врачу следует помочь пациенту овладеть “инструментами достижения личного благополучия”. Сюда входят приемы по выявлению действий, мыслей и форм поведения, которые по личному опыту ассоциируются с хорошим самочувствием и редуцированием симптомов.

Придавая смысл (для чего необходимо выздороветь?) собственно процессу, нужно акцентировать своё сознание на выздоровление, что даёт потенциально воодушевляющую перспективу для всех заинтересованных лиц. Таким образом, потребность в выздоровлении выражается в обоснованном оптимистическом процессе продвижения вперёд и зарождения надежды на более удовлетворительный уровень жизни даже при наличии оставшихся от болезни проявлений.

Пациентка Т., 53 года (скорняк по профессии) часто высказывалась по поводу своего будущего: «Я уверена, что наступит момент, когда я снова начну работать. Пусть на дому, но буду чувствовать себя полезной для кого-то, да и заработок не помешает. Главное, чтобы рука работала хоть немного и могла держать инструмент. А нога…. Бог с ней, как-нибудь прохромаю по жизни…».

Лечение этого заболевания состоит из множества стадий, которые нужно пройти человеку для удовлетворения потребности в выздоровлении. Наиболее эффективным этот процесс будет в том случае, когда поставленные задачи для достижения конечной цели будут решаться в разумной последовательности.

Например, потребность в нормальной ходьбе не может удовлетвориться по причине выраженной патологии в головном мозге. Следовательно, необходимо решить задачу восстановления правильной ходьбы. Сам пациент без посторонней помощи не знает как решить эту задачу. Таким образом, формируется потребность в компетенции и вооруженности, которая заключается в знаниях о заболевании и путях восстановления двигательной активности.

Потребность в компетенции и вооружённости выражается в стремлении к осведомлённости в круге вопросов, касающихся заболевания. Удовлетворение этой психической особенности создаёт основу для проявления стремления повторять одно и то же физическое действие до полного успеха его исполнения, т.е. основу для обучения в самом широком смысле этого слова. Обозначенной категории людей очень важно удовлетворить потребности «для себя» (самообслуживание) и для «других» (обязанности), на что особо обращают внимание именно женщины.

Трудности, возникающие при обслуживании себя и во взаимодействии с другими людьми, вызывают чувство ущербности и неполноценности. Поэтому желание любыми средствами и методами улучшить своё физическое состояние проявляется в потребности вооружённости знаниями, а значит в постоянном обновлении информации по интересующему вопросу. Для данного контингента необходимо, чтобы информация исходила из компетентного для него источника. Находясь в проблеме своего состояния, человек осознанно стремится к большей осведомлённости о своих физиологических нарушениях. Вопрос лишь в зависимости психологического восприятия мироощущения индивида: эмпирического или материалистического. Но в любом случае это свидетельствует об адаптивной роли этой потребности.

К сожалению, одних знаний недостаточно. Возникает необходимость в физических усилиях, которые являются своего рода препятствием для достижения выбранной цели. Отсюда формируется потребность в преодолении препятствий. Данная потребность в большей степени проявляется, когда затронуты независимость от другого человека и элементарная самостоятельность. Удовлетворение указанного феномена представляет собой самую проблемную деятельность, т.к. нужно будет пройти несколько стадий в сложном волевом действии: постановка цели; обсуждение и борьба мотивов; принятие решения; исполнение.

Для многих людей последняя стадия (исполнение) и является тем самым препятствием, которое нужно преодолеть. Здесь очень большую роль играет осознавание человеком выполнения необходимых действий. Далеко не каждый сможет благополучно пройти этот этап восстановительных мероприятий, т.к. одна задача вытекает из другой, и их необходимо решать в определённой последовательности. Например: мышцы воротниковой зоны активизируют работу плечевого сустава; пока не улучшиться состояние этих структур, в локтевом суставе не будет наблюдаться произвольная активность; лучезапястный сустав и пальцы кисти зависимы от мышц и связок локтевого сустава.

Потребность в преодолении препятствий возникает при наличии элементарных двигательных нарушений. В нашем случае это определяется стремлением преодолеть возникшее препятствие в виде невозможности выполнения произвольного двигательного действия. Причём, эта потребность выступает доминирующей только в том случае, если физический дефект вызывает крайний дискомфорт бытового характера.

Например:

а) в случае, если человек с приобретённой церебральной патологией не в состоянии самостоятельно передвигаться и элементарно обслуживать себя (но есть вероятность восстановления двигательных функций), то потребность преодоления возникшего препятствия выходит на первый план. Она является доминирующей до тех пор, пока человек не достигнет такого уровня результата, который удовлетворит его минимальный уровень запроса. Но, если желаемый результат не достигнут, то пациент отказывается от достижения намеченной цели и на первый план выходит другая доминирующая потребность.

б) в случае, если человек может обходиться без произвольной активности какой-либо верхней конечности или части её (палец, лучезапястный сустав, и т.д.) и также готов мириться с вынужденным дискомфортом, то желание преодоления этого препятствия уходит даже не на второй, а на более последующие планы.

Поэтому для формирования адекватного волевого ответа на заболевание необходимо доказать на практике эффективность предлагаемых средств и методов, что зависит от квалификации специалиста (см. фото 1 и 2).

Тяжёлые церебральные патологии предполагают постоянную борьбу за свободу физических ощущений, поэтому, достигнув определённых результатов своих действий, человек стремится к новым познаниям.

Потребность в новизне возникает у всех людей не зависимо от характерологических особенностей личности. Вопрос лишь в том, каким видом новизны заинтересуется индивид, а это зависит от его мировоззрения и уровня самоорганизации личности.

 

 

Человек, обладающий высокой волевой активностью, как правило, стремится к получению новых знаний из достоверных источников и пытается не зависимо от обстоятельств, искать новые средства и методы для реализации принятого решения. Понимая, что основой восстановления является лечебная физическая культура, люди начинают проявлять особый интерес к анатомии и физиологии человека, т.к. именно кинезиотерапия (лечение движением) способна решить двигательную проблему церебрального пациента. Причём, освоив более низкий уровень познаний, он стремится к дальнейшему положительному развитию событий и поэтому стремление к новизне является постоянным стимулом для удовлетворения данной потребности.

Потребность в новизне проявляется не только в физических действиях, но и в новизне ощущений. Например, Пациент П. отмечает: «… сегодня на занятии я почувствовал что-то новое, появилось ощущение «проснувшейся мышцы». Мне хоть и больно, но я хочу чувствовать этот участок тела, теперь я буду постоянно стремиться к этому ощущению…».

Здоровому человеку, который не акцентирует своё внимание на «чувствовании» мышцы, не может это казаться новизной, но когда нет произвольной двигательной активности в руке или ноге, давно забытое ощущение становится новым и удовлетворение потребности новизны становиться постоянным желанием индивида. В свою очередь, эти изменения в психике, а, следовательно, и в физическом теле являются мощным мотивационным стимулом в поисках новых физических упражнений. Сами пациенты, благодаря новизне ощущений, совершенствуют и модернизируют занятия под собственные индивидуальные психические и физические особенности.

Но есть и другая категория пациентов. К сожалению, людей не способных справиться с вынужденным препятствием, значительно больше, чем тех, кто смог добиться улучшения своего психического и физического состояния.

Человек, который не преодолел необходимый волевой порог, разочаровывается в избранном лечении и начинает искать новые, но более простые и менее обременительные пути решения задач. Он начинает поиск более мощного медикаментозного воздействия, физиолечения, а также активно пытается применить средства и методы народной медицины. При глубоких патологиях данные методики не дают ожидаемого результата.

Несмотря на то, что есть цель, поставлены конкретные задачи, но решение проблем кажутся болезненно безвыходными, остаются неудовлетворёнными ряд потребностей в данный период жизни, а сформированные смыслообразующие (долгосрочные) и актуальные (краткосрочные) жизненные цели постепенно меняют свой характер.

В этом случае психологическая картина болезни формируется пессимистическими прогнозами и сопровождается отрицательными эмоциями. Таким образом, у человека с низкой волевой регуляцией стремление к новизне заключается в поиске альтернативных средств и методов лечения, но для которых нужно применить минимум физических усилий. Например, пациентка К. сообщает: «… вчера одна знакомая посоветовала съездить в Молдавию, там, говорят, что есть один дедушка, который творит чудеса: поправляет голову и позвоночник. Говорит, что после него я буду как новая…». Причём, данная пациентка имеет высшее образование и владеет информацией о причине и патогенезе своего заболевания.

Человек, находясь на инвалидности, становится более суеверным или религиозным, но есть варианты и того и другого. Не понимая за что ему такое «наказание» он задумывается о мире и своём месте в нём, о смысле жизни. Путей познания мира и определения своего места в нем множество. Информацию об окружающей действительности можно получить, скитаясь по планете или сидя дома, читая книги или познавая самое себя.

Находясь на инвалидности и имея массу свободного времени, пациенты черпают информацию из научно-популярной литературы, телевизионных программ, а также в общении с людьми. Постепенно философское мировоззрение начинает переходить в стадию религиозного. Он пытается познать то, о чём раньше не задумывался. Осмысливая свою жизнь, индивид стремится постичь её в мироздании и, поскольку все составляющие смысла жизни соотнесены с целеполагающей деятельностью человека, он (смысл жизни) приобретает телеологическую структуру. Человек осознаёт временность своего земного существования. И как естественная реакция на такое осознание рождается духовная потребность в Абсолюте (Абсолютной идеи, Разуме, Логосе, Боге, "вещи в себе"), а точнее: 1) потребность в знании о сущности и ценности своего существования в мире и 2) потребность счастья как "реально" данного бытия.

Следовательно, осмысляя свой внутренний мир, он задаёт себе такие абстрактные вопросы: "Что такое мир?"; "Что такое человек?"; "Что я за человек?"; "В чем смысл жизни?", "Во имя чего жить в этом мире?"; «Для чего я создан?». Вместе с тем, постепенно происходит переосмысление духовной и материальной стороны жизни.

Вот некоторые высказывания на эту тему: «… стоит задуматься, зачем мы здесь? Тогда и смысл станет понятным. Другое дело – не всегда достижимо. Каждый день дан для совершенствования себя в этом мире с этим обществом, т.е. духовный рост и понимание этого придет у кого-то раньше у кого-то позже, а у кого-то никогда, так и будет гоняться за земными благами…»; «…Смысл жизни – в поисках этого самого смысла…»; «Одна из задач на долгом, а может быть и на коротком жизненном пути – научиться избавляться от страхов по поводу того, что жизнь складывается не так, как хотелось бы, иначе зачем жить, если всё получается. Жизнь никогда не оказывается такой, как ожидаешь. Когда начинаешь это понимать, то относишься ко всему уже более спокойно. Просто нужно наслаждаться сегодняшним днём. Ничего не должно происходить так, как мы рассчитываем. Такова жизнь каждого из нас. Если человек слишком зациклен или слишком страстно желает того, что считает лучшим для себя, то может упустить то, что действительно для него является лучшим.»; «Цель жизни вернуться к целостности. Пробудить ум, тело, эмоции и дух…».

Та часть людей, которая не видит ожидаемого результата, испытывает ещё большее нарушение психологического равновесия, что влечёт за собой страх, беспокойство и угнетённость. Со стороны духовности наблюдается полный уход в религию. Человек испытывает стремление действовать за пределами чисто телесных интересов и пытается принимать участие в культуре и обществе духовно настроенных людей. Но далеко не всегда это удаётся, в связи с чем, он остаётся наедине с собой и своими мыслями.

Люди с более высокой волевой регуляцией свой мировоззренческий опыт направляют на возможность исцеления. Даже малейшее улучшение состояния они расценивают как позитивное влияние религии на личное жизненное благополучие. В этом случае религиозность обеспечивает психологическую устойчивость, социальный статус или служит для самооправдания. В теологическом смысле этот тип религиозности поворачивается к Богу, не отворачиваясь от себя.

Данная категория пациентов личностные потребности подчиняют основной мотивации и при возможности они приводятся в гармонию с верой. Можно сказать, что индивид этого типа использует свою веру, а личность, которая не в состоянии добиться исцеления живет своей верой. Вера, придавая смысл существованию, уменьшает экзистенциальную («здесь и сейчас») тревогу.

Позитивное влияние религии на фактор личностного благополучия подтверждено в исследовании C. Ellison. Было показано, что индивидуумы с сильной религиозной верой отмечают высокую степень жизненной удовлетворенности, личного счастья и низкие уровни последствий травматизирующих жизненных событий.

Таким образом, данные потребности можно отнести как к социальным, так и к биологическим, именно они направлены на сохранение целостности организма, а также возможности следовать поведенческим, нравственным и эстетическим нормам общества. Следовательно, знание и понимание структуры мотивационно-потребностной сферы человека после инсульта и перенесённой травмы головы позволит специалистам обеспечить последовательность решения задач, максимально приближая цель – выздоровление и восстановление трудоспособности (частичное или полное).

 

    Литература

  1. Клиническая психология / Под ред. Б.Д. Карвасарского. – СПб.: Питер, 2008. – 960 с.
  2. Парцерняк С.А. Стресс Вегетозы. Психосоматика. / С.А. Парцерняк. – СПб.: АВК., 2002. – 384 с.
  3. Anthony W.A. A recovery-oriented service system: setting some system level standards. // Psychiatric Rehabilitation Journal. – 2000, Vol. 24. – P. 159-168.
  4. Baker S., Strong S. Roads to Recovery: How People with Mental Health Problems Recover and Find Ways of Coping. – London: Mind., 2001
  5. Copeland M.E. Overview of WRAP: Wellness Recovery Action Plan. // Mental Health Recovery Newsletter. – 2002, Vol. 3. – P. 1-9.
  6. Faulkner A., Layzell S. (2000) Strategies for Living: A Summary Report of User-Led Research into People’s Strategies for Living with Mental Distress. London: Mental Health Foundation. http: // www.mentalhealth. org.uk/html /content/ slreportsum.pdf

 

Ссылка для цитирования

Ким Л.М. Особенности детерминант мотивационно-потребностной сферы лиц с двигательными нарушениями церебрального генеза в процессе социально-психологической адаптации. [Электронный ресурс] // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. 2010. N 4. URL: http:// medpsy.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

 

 

В начало страницы В начало страницы