Вернуться на главную страницу
О журнале
Научно-редакционный совет
Приглашение к публикациям
Предыдущие
выпуски
журнала
2011 № 5(10)
2011 № 4(9)
2011 № 3(8)
2011 № 2(7)
2011 № 1(6)
2010 № 4(5)
2010 № 3(4)
2010 № 2(3)
2010 № 1(2)
2009 № 1(1)

Особенности мотивационной сферы потребителей
психоактивных веществ

Бузина Т.С. (Москва)

 

 

Бузина Татьяна Сергеевна

–  кандидат психологических наук, доцент кафедры клинической психологии ГБОУ ВПО «МГСУ», заместитель декана факультета клинической психологии.

E-mail: tbuzina@gmail.com

 

Аннотация. В работе обобщаются результаты собственных исследований мотивацинной сферы потребителей психоактивных веществ. Мотивация рассматривается в рамках деятельностного подхода. Для рассмотрения мотивационных факторов зависимости от психоактивных веществ используется трехуровневая схема психического и психологического здоровья, предложенная Б.С. Братусем.

Проведенные исследования показали, что у потребителей психоактивных веществ наблюдаются как формально-динамические, так и содержательные особенности мотивационной сферы, которые затрагивают все уровни психического здоровья.

Свойственная им потребность в переживании острых и необычных ощущений в сочетании с недифференцированностью телесного опыта приводит к затруднению знаково-символической переработки внутреннего опыта. В то же время у них недостаточно развитые механизмы волевой регуляции поведения сочетаются с низкими показателями мотивации достижения и общей осмысленности жизни. Структура ценностных ориентаций искажена, ориентирована на пассивные формы взаимодействия со средой. Все это повышает вероятность непосредственного удовлетворения потребности в ощущениях через употребление ПАВ.

Полученные результаты важны с точки зрения понимания механизмов формирования зависимости от ПАВ и разработки эффективных, психологически обоснованных профилактических и лечебно-реабилитационных мероприятий в этой области. Гармонизация ценностно-смысловых структур, развитие волевых ресурсов личности и саморегуляции поведения с ориентированностью на конечный результат деятельности в сочетании со склонностью и риску может обеспечить высокий уровень социального функциорования в противоположность непосредственному удовлетворению потребности во внешней стимуляции с помощью ПАВ.

Ключевые слова: потребители психоактивных веществ, мотивация, уровни психического и психологического здоровья, «поиск ощущений», склонность к риску, волевой самоконтроль, мотивация достижения, смысложизненные ориентации, осмысленность жизни, ценностно-смысловая сфера.

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

Проблема мотивации является одной из центральных при исследовании зависимости от психоактивных веществ (ПАВ). Невозможно рассматривать любые виды клинико-психологической помощи пациентам с зависимостью от ПАВ без учета специфики их мотивационной сферы. Это определяется тем, что практически любой вид помощи, направленной на отказ от употребления ПАВ, требует изменения поведения, закономерно приводящего к употреблению.

Традиционно рассматривая человеческое поведение в рамках деятельностного подхода, мы понимаем его как процесс осуществления деятельности, направляемой и регулируемой системой мотивов и целей. Таким образом, очевидно, что любое изменение поведения невозможно без понимания психологических механизмов ее регуляции. Определяющим фактором изменения поведения является структура и динамика его мотивационных факторов, начиная с особенностей уровня нейрофизиологической и формально-динамической организации психических процессов и заканчивая качеством смысловых отношений и духовных ценностей человека.

Схема уровней психического, а точнее, психологического здоровья, была предложена Б. С. Братусем [2] и представлена тремя уровнями: первый уровень психофизиологического здоровья определяется особенностями нейрофизиологической организации психических процессов; второй уровень индивидуально-психологического здоровья характеризуется способностью человека использовать адекватные способы реализации смысловых устремлений; третий уровень личностного здоровья определяется качеством смысловых отношений человека.

Предлагая поуровневый подход к рассмотрению психического здоровья, Б. С. Братусь, между тем, отмечает, что применение термина «уровень» является в достаточной степени условным. Речь идет скорее о составляющих психического здоровья, существующих одновременно. Несмотря на то, что эти составляющие взаимосвязаны и взаимозависимы, они не поглощают и не заменяют друг друга. Именно два уровня – личностно-смысловой и индивидуально-психологический Б. С. Братусь и называет собственно психологическими.

Мы предлагаем использовать схему, предложенную Б. С. Братусем для рассмотрения мотивационных факторов зависимости от ПАВ.

Рассматривая употребление ПАВ на более низких уровнях психического здоровья (уровнях психофизиологического и индивидуально-психологического здоровья), мы обратились, прежде всего, к такому феномену, как «поиск ощущений». Этот термин был введен американским психологом M. Zuckerman’ом [15], который определил «поиск ощущений» (“sention seeking”) как поведение, связанное с потребностью в различных новых ощущениях и переживаниях и выражающееся в стремлении к физическому и социальному риску ради этих ощущений. Автор считает, что подобное поведение является индивидуальной особенностью субъекта и вытекает из необходимости индивида поддерживать оптимальный уровень стимуляции и возбуждения. Имеются экспериментальные данные о наличие высоких значений этого типа поведения у представителей профессий, связанных с высоким риском для жизни, таких как пожарные, военные, юристы, ведущие уголовные дела и т.п. В то же время употребление наркотиков рассматривается как прямой способ реализации этой потребности, а высокие показатели «поиска ощущений» рассматриваются как фактор риска наркотизации. Многочисленные исследования подтверждают наличие у потребителей ПАВ склонности к поведению типа «поиск ощущений» [3; 5; 8; 16].

Остается актуальным вопрос, почему некоторые индивиды предпочитают социально приемлемые и опосредованные социальной деятельностью формы удовлетворения этой потребности, а некоторые прибегают к таким непосредственным формам удовлетворения, как использование психоактивных веществ.

Реализация социальной деятельности предполагает наличие у индивида развитых механизмов саморегуляции, обеспечивающих устойчивую работоспособность и достижение конкретного результата.

В то же время многие исследователи отмечают, что поведенческий стиль лиц злоупотребляющих ПАВ, характеризуется недостаточностью волевого контроля, импульсивностью, неспособностью использовать торможение при общении [1].

Нами было проведено экспериментальное исследование, целью которого было выявить возможную связь «поиска ощущений» и волевого самоконтроля у пациентов с опиоидной зависимостью.

Объектом исследования была выбрана группа из 30 пациентов филиала Городской наркологической больницы № 17 г. Москвы, имеющих зависимость от опиоидов. В группу контроля вошли 30 здоровых человек, не имеющих зависимость от ПАВ и соотвествующих экспериментальной группе по основным социально-демографическим параметрам.

В качестве основных методов исследования были использованы методика «Волевого самоконтроля (ВСК)» А. Г. Зверкова, Е. В. Эйдмана [1]; «Опросник выраженности самоконтроля в эмоциональной сфере, деятельности и поведении (социальный самоконтроль)» Г. С. Никифорова, В. К. Васильева, С. В. Фирсовой [14]; «Методика диагностики степени готовности к риску (RSK)» Г. Шуберта [14] и опросник «Поиск ощущений» M. Zuckerman в адаптации В. В. Гульдан, А. М.  Корсун и Z. Toeplitz [8].

Результаты исследования показали, что у пациентов с опиоидной зависимостью, выявляются статистически достоверно более высокие показатели по всем шкалам методики «Поиск ощущений» (кроме шкалы «потребность в интеллектуальной стимуляции»), что говорит о тенденции к импульсивным действиям, эмоциональности и конфликтности в социальных контактах, потребности в постоянной смене впечатлений и внешней стимуляции (Таблица 1).

Изучение различных видов самоконтроля показало, что у пациентов с опиоидной зависимостью по всем показателям выявлены более низкие баллы, чем в здоровой группе (Таблица 1). Для них характерна слабость общего волевого самоконтроля (методика «ВСК»), что говорит о трудностях в овладении собственным поведением и сознательным управлением своими действиями, состояниями и побуждениями. Выявлен низкий уровень самообладания, что отражает недостаточность произвольного контроля эмоциональных реакций и состояний. Эти данные согласуются с показателями другой методики («Социальный самоконтроль»), где также наблюдается тенденция к более низкому самоконтролю в эмоциональной сфере, деятельности и поведении по сравнению с контрольной группой. Низкий самоконтроль в эмоциональной сфере может говорить о вспыльчивости, склонности к совершению импульсивных поступков и принятию необдуманных решений. По методике «ВСК» также выявлен низкий уровень настойчивости, характеризующей силу намерений человека, его стремление к завершению начатого дела.

Таким образом, у пациентов с опиоидной зависимостью, мы наблюдаем снижение всех видом самоконтроля.

Таблица 1

Результаты исследования потребности в поиске ощущений, готовности к риску и волевого самоконтроля у пациентов с опиоидной зависимостью и у лиц,
не имеющих зависимости от ПАВ

 

Слабая развитость самоконтроля в деятельности может приводить к сложностям включения в социально приемлемые виды деятельности человека: учебную, трудовую, научную и прочую, а это может приводить к реализации «поиска ощущений» непосредственно с помощью употребления ПАВ.

Для установления возможной зависимости «поиска ощущений» и волевой саморегуляции» был проведен корреляционный анализ данных, полученных в исследовании.

Анализ корреляционных связей между показателями по шкалам методик показал, что шкала «Поиск новых впечатлений» обратно коррелирует с показателем «Общий волевой самоконтроль» (r = -0,406; р≤0,05). Также обратная корреляция обнаруживается и между шкалой «чувствительность к скуке» и шкалой «социальный самоконтроль» (r = -0,492; р ≤0,01).

Таким образом, мы видим, что у пациентов с опиоидной зависимостью, действительно, прослеживается связь выраженности отдельных параметров поведения типа «поиск ощущений» с ослаблением волевой саморегуляцией.

Предыдущие наши исследования показали, что наряду с потребностью в «поиске ощущений» у таких пациентов наблюдается специфический полезависимый когнитивный стиль и диффузность, недифференцированность опыта телесных переживаний, что выражается в слишком большом объеме словаря интрацептивных ощущений. Это свидетельствует о слабой организованности и структурированности внутреннего опыта больных опийной наркоманией и плохой его рефлексии. Это также может препятствовать опосредованному отреагированию потребности в стимуляции в знаково-символической форме или социально детерминированных видах деятельности и приводить к необходимости ее удовлетворения с помощью внешней стимуляции, в том числе наркотическими средствами [3].

Интересным представляется также сравнительное исследование «поиска ощущений» у пациентов зависимых от ПАВ, участвовавших и не участвовавших в длительных психотерапевтических мероприятиях. Всего в исследовании участвовало 2 группы испытуемых: в первую группу вошли 50 пациентов наркологических учреждений, из них 16 больных опийной наркоманией и 34 больных алкоголизмом, никогда не получавших психотерапевтическую помощь, а во вторую группу включили 50 пациентов, которые регулярно получали психотерапевтическую помощь в течение не менее четырех месяцев. Эта группа была представлена 35 больными алкоголизмом и 15 больными опийной наркоманией. Средний возраст пациентов в 1 и 2 группах составил 30,5 ±5 и 31,7±6. По шкале «Поиск ощущений» М. Цукермана были получены следующие результаты (Таблица 2).

Таблица 2

Сравнительные данные по методике «Поиск ощущений» пациентов,
зависимых от ПАВ, участвовавших и не участвовавших
в психотерапевтических мероприятиях

 

Сравнение полученных данных с нормативными показало, что пациенты, не участвовавшие в психотерапевтических мероприятиях, демонстрируют высокую потребность в поиске ощущений, а пациенты, участвовавшие в длительных психотерапевтических программах показывают средние показатели. Возможно, что психотерапевтические мероприятия, направленные на формирование эффективных личностных ресурсов, изменяют импульсивные и непосредственные формы удовлетворения потребности в острых ощущениях, на опосредованные, реализуемые в социальных видах деятельности.

Таким образом, мы наблюдаем у потребителей ПАВ не только высокие показатели «поиска ощущений», но сочетание этой черты характера с низкой рефлексией своего телесного опыта и недостаточностью волевой регуляции деятельности, что создает предпосылки употребления ПАВ на первом и втором уровне психического здоровья согласно концепции Б. С. Братуся.

Низкая вовлекаемость в социальные формы деятельности, которая отмечается у потребителей ПАВ, не может полностью определяться лишь потребностью в острых ощущениях в сочетании с недостаточностью волевой регуляции и плохой структурированностью внутреннего опыта. Общеизвестно, что высокая мотивированность в какой-либо сфере деятельности и личностная значимость этой деятельности помогают индивиду преодолевать трудности, обусловленные недостаточной развитостью у них тех или иных способностей.

Поэтому нам представляется необходимым рассмотреть также мотивационные факторы более высокого порядка, которые мы отнесли бы к третьему уровню психического здоровья. Эти факторы определяют осмысленность и целенаправленность жизнедеятельности человека и, несомненно, связаны с мотивацией достижения и ценностно-смысловой сферой.

Мотивация достижения определяется тенденцией увеличивать или сохранять максимально высокими способности человека к видам деятельности, ориентированным на определенный результат, и выполнение подобной деятельности может, следовательно, привести или к успеху, или к неудаче.

Для мотивации достижения характерен постоянный пересмотр целей, т.к. цепь действий может прерываться на значительные периоды времени. В связи с этим, еще одной характеристикой мотивации достижения является постоянное возвращение к чему-то прежде оставленному, возобновление основной направленности действий. Так создаются сложные и долгое время существующие структуры из основной, побочной и входящей в их состав деятельности, которые ведут посредством достижения серии «субцелей» к главной, пусть даже очень отдаленной. Планирование становится необходимым для достижения упорядоченной последовательности и функциональной организации цепи действий [13].

Исследование мотивации достижения осуществлялось на тех же группах испытуемых, что и при исследовании «поиска ощущений» и волевого самоконтроля. Результаты приводятся в Таблице 3.

Таблица 3

Результаты исследования мотивации к успеху и избеганию неудач у пациентов
с опиоидной зависимостью и у лиц, не имеющих зависимости от ПАВ

 

В результате исследования обнаружена тенденция к снижению мотивации успеха, как направленности личности, по сравнению с контрольной группой, хотя она и находится в пределах нормы. Снижение мотива достижения может быть связано с потерей интереса к социальным видам деятельности. Это предположение подтверждается результатами корреляционного анализа, который выявил в группе пациентов, зависимых от опиоидов связь «мотивации к успеху» с «общим волевым самоконтролем» (r=0,537; р≤0,01) и с «самообладанием» (r=0,568; р≤0,01). Таким образом, при высокой мотивации достижения наблюдается усиление волевой регуляции поведения, что создает условия для самореализации в социальной деятельности. Второе подверждение этому выводу мы находим в исследовании пациентов зависимых от ПАВ, участвовавших и не участвовавших в длительных психотерапевтических мероприятиях. Исследование мотивации достижения в этих группах показало увеличение мотивации достижения после психотерапевтических мероприятий (Таблица 4).

Таблица 4

Сравнительные данные исследования мотивации достижения пациентов,
зависимых от ПАВ, участвовавших и не участвовавших в
психотерапевтических мероприятиях

 

Повышение эффективности личностных ресурсов в процессе психотерапии приводит к большей целеустремленности и направленности на результат.

На этом же уровне возможно рассмотреть и общую мотивированность личности, выражающуюся в осмысленности жизни.

Основой для эмпирического исследования осмысленности жизни была заложена В. Франклом, который рассматривал стремление к поиску и реализации человеком смысла своей жизни как врожденную мотивационную тенденцию, присущую всем людям и являющуюся основным двигателем поведения и развития личности. Основной тезис его учения заключается в том, что человек стремится обрести смысл и ощущает фрустрацию или вакуум если это стремление остается нереализованным.

Развитие идей В. Франкла привело к созданию теста Дж. Крамбо и Л. Махолик "Цели в жизни" ("Purpose-in-Life Test", PIL). На русский язык тест был переведен К. Муздыбаевым. На основе факторного анализа адаптации К. Муздыбаева исследователи Д. А. Леонтьев, М. О. Калашников и О. Э. Калашникова сделали вывод, что осмысленность жизни не является внутренне однородной структурой. На основании факторизации тест осмысленности жизни был преобразован в тест смысложизненных ориентаций, включающий в себя, наряду с общим показателем осмысленности жизни, пять факторов, которые можно рассматривать как составляющие смысла жизни личности. Полученные факторы разбиваются на две группы. В первую входят собственно смысложизненные ориентации: цели в жизни, насыщенность жизни (процесс жизни) и удовлетворенность самореализацией (результативность жизни). Эти три категории соотносятся с целью (будущим) , процессом (настоящим) и результатом (прошлым). Два оставшихся фактора характеризуют внутренний локус контроля: один из них характеризует общее мировоззренческое убеждение в том, что контроль возможен – локус контроля – жизнь (управляемость жизни), а второй отражает веру в собственную способность осуществить такой контроль – локус контроля – Я ( Я – хозяин жизни) [11].

Исследования с помощью теста СЖО потребителей ПАВ показывают, что у них показатели осмысленности жизни значительно снижены по сравнению со здоровыми лицами [6; 7; 14]. Результаты нашего собственного исследования 30 мужчин со второй стадией опиоидной зависимости представлены в Таблице 5.

Таблица 5

Средние показатели по шкалам теста «СЖО» в группах больных с опиодной зависимостью и здоровых

 

Таким образом, у пациентов, зависимых от ПАВ, нет четкой жизненной перспективы. Настоящее оценивается ими как эмоционально бедное, менее насыщенное значимыми событиями. Так же отмечается неудовлетворенность отрезком прожитой жизни, которую больные оценивают как пустую, бессмысленную, отмечая упущенные возможности. Больные склонны воспринимать жизнь как то, что в большинстве случаев не подвластно сознательному контролю. Отсутствие свободы выбирать свое будущее, планировать и осуществлять задуманное приводит к высокой зависимости от сложившихся обстоятельств.

Вполне возможно, что преобладание мотивации на избегание неудач у потребителей ПАВ, выражающееся в недостаточностой способности выстраивать и реализовывать поставленные жизненные цели, приводит к меньшей осмысленности и направленности жизни.

Также обращает на себя внимание специфика содержательной стороны мотивационной сферы потребителей ПАВ.

Так, у женщин, больных алкоголизмом, выявлена тенденция к предпочтению ценностей, обеспечивающих комфортное взаимодействие с окружающими, тогда как у здоровых женщин наблюдается большая ориентация на ценности личностной самореализации. Ценностная структура зависимых от ПАВ обладает меньшей побудительной силой, она больше ориентирована на внутренние личностные качества и пассивное взаимодействие с окружающей действительностью, тогда как у здоровых людей больше присутствует ценностей, отражающих внешнюю активность и независимость от социальной оценки [6].

В заключение хотелось бы отметить, что у потребителей ПАВ наблюдаются как формально-динамические, так и содержательные особенности мотивационной сферы, которые затрагивают все уровни психического здоровья.

Свойственная им потребность в переживании острых и необычных ощущений в сочетании с недифференцированностью телесного опыта приводит к затруднению знаково-символической переработки внутреннего опыта. В то же время у них недостаточно развитые механизмы волевой регуляции поведения сочетаются с низкими показателями мотивации достижения и общей осмысленности жизни. Структура ценностных ориентаций искажена, ориентирована на пассивные формы взаимодействия со средой. Все это повышает вероятность непосредственного удовлетворения потребности в ощущениях через употребление ПАВ.

Полученные результаты важны с точки зрения понимания механизмов формирования зависимости от ПАВ и разработки эффективных, психологически обоснованных профилактических и лечебно-реабилитационных мероприятий в этой области. Гармонизация ценностно-смысловых структур, развитие волевых ресурсов личности и саморегуляции поведения с ориентированностью на конечный результат деятельности в сочетании со склонностью и риску может обеспечить высокий уровень социального функциорования в противоположность непосредственному удовлетворению потребности во внешней стимуляции с помощью ПАВ.

 

    Литература

  1. Благов Л. Н. Опиоидная зависимость: клинико-психопатологический аспект / Л. Н. Благов. – М.: Гениус, 2005. – 316 с.
  2. Братусь Б. С. Аномалии личности / Б. С. Братусь. – М.: Мысль, 1988. – 301 с.
  3. Бузина Т. С. Психологические факторы риска ВИЧ-инфицирования больных опийной наркоманией: автореф. дис. … канд. психол. наук: 19.00.04 / Т. С. Бузина. – М.: МГУ, 1998. – 24 с.
  4. Бузина Т. С. Склонность к риску и волевая регуляция поведения при опиоидной зависимости / Т. С. Бузина // Наркология-2010: материалы науч.-практич. конференции, посвящ. 25-летию ННЦ наркологии Минздравсоцразвития России (5-7 окт. 2010 г.). – М., 2010. – С. 36-37.
  5. Бузина Т. С. Мотивация к поиску острых ощущений, как предпосылка к рискованному поведению в отношении наркотизации и ВИЧ-инфекции / Т. С. Бузина, Н. А. Должанская // Вопросы наркологии. – 1997. – № 3. – С. 50-51.
  6. Бузина Т. С. Ценностно-смысловая сфера женщин, зависимых от алкоголя / Т. С. Бузина, Т. В. Подосинова // Социология власти. – 2010. – № 2. – С. 77-86.
  7. Бузина Т. С. Многоуровневое исследование внутренней картины болезни (ВКБ) больных с синдромом зависимости от опиоидов, осложнённым вирусным гепатитом С / Т. С. Бузина, Т. В. Подосинова // Вопросы наркологии. – 2010. – № 5. – С. 76-83.
  8. Гульдан В. В. Поиск впечатлений как фактор приобщения подростков к наркотикам / В. В.  Гульдан, А. М.  Корсун //  Вопросы  наркологии. –  1990. –  №  2. – С. 40-44.
  9. Зверков А. Г. Диагностика волевого самоконтроля (опросник ВСК) / А. Г. Зверков, Е. В. Эйдман // Практикум по психодиагностике. Психодиагностика мотивации и саморегуляции. – М.: Изд-во МГУ. – 1990. – С. 116-126.
  10. Ильин Е. П. Психология воли / Е. П. Ильин. – 2-е изд. – СПб.: Питер. 2009. – 368 с.
  11. Леонтьев Д. А. Тест смысложизненных ориентаций (СЖО) / Д. А. Леонтьев. – 2-е изд. – М.: Смысл, 2006. – 18 с.
  12. Розанова В. А. Методика диагностики мотивации к достижению успеха Т. Элерса / В. А. Розанова // Психология управления: учеб. пособие. – М., 1999. – С. 105-106.
  13. Хекхаузен Х. Психология мотивации достижения / Х. Хекхаузен. – СПб.: Речь, 2001. – 240 с.
  14. Ялтонский В. М. Ценностно-смысловые и эмоциональные предикторы мотивации на лечение лиц, зависимых от алкоголя / В. М. Ялтонский, Я. В. Колпаков, Г. И. Ромащенко // Вопросы наркологии. – 2009. – № 6. – С. 70-77.
  15. Zuckerman M. Sensation Seeking: Beyond the Optimal Level of Arousal / M. Zuckerman. – Hillsdale, NJ: Lawrence Erlbaum. – 1975. – 327 p.
  16. Zuckerman M. Sensation Seeking the endogenous deficit theory of drug abuse / M. Zuckerman; National Institute on Drug Abuse: Research Monography Series. – 1986. – Mon. 74. – P. 59-70.

 

 

Ссылка для цитирования

Бузина Т.С. Особенности мотивационной сферы потребителей психоактивных веществ. [Электронный ресурс] // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. 2011. N 6. URL: http:// medpsy.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

 

В начало страницы В начало страницы