Вернуться на главную страницу
О журнале
Научно-редакционный совет
Приглашение к публикациям
Предыдущие
выпуски
журнала
2012 № 1(12)
2011 № 6(11)
2011 № 5(10)
2011 № 4(9)
2011 № 3(8)
2011 № 2(7)
2011 № 1(6)
2010 № 4(5)
2010 № 3(4)
2010 № 2(3)
2010 № 1(2)
2009 № 1(1)

Федор Измайлович Случевский

 

Федор Измайлович Случевский – жизнь, прожитая под девизом
«Поспешающие побеждают»

Случевская С.Ф. (Санкт-Петербруг), Бабин С.М. (Оренбург),
Некрасов В.А. (Санкт-Петербург)

 

 

Случевская София Федоровна

–  к.м.н., ассистент кафедры психиатрии и наркологии Северо-Западного государственного медицинского университета им. И.И. Мечникова.

E-mail: sofia-sluchevskaya@rambler.ru

Бабин Сергей Михайлович

–  член научно-редакционного совета журнала «Медицинская психология в России»;

–  д.м.н., заведующий областным психотерапевтическим центром Оренбургской областной клинической психиатрической больницы № 2, главный внештатный психотерапевт министерства здравоохранения Оренбургской области, вице-президент Российской Психотерапевтической Ассоциации (РПА).

E-mail: orenopc@inbox.ru

Некрасов Василий Анатольевич

–  ассистент кафедры психиатрии и наркологии Северо-Западного государственного медицинского университета им И.И. Мечникова, врач-психиатр Психиатрической больницы св. Николая Чудотворца, Санкт-Петербург.

E-mail: vasilin81@rambler.ru

 

Аннотация. Описывается жизненный путь, профессиональная и творческая биография выдающегося отечественного психиатра, ученого, организатора психиатрической помощи, внесшего значительный вклад в развитие медицинской психологии профессора Федора Измайловича Случевского (1931-1993). Подробно анализируется его оригинальная концепция форм нарушений мышления при шизофрении – понятие атактичекого мышления.

Ключевые слова: Случевский Ф.И., психиатрия, медицинская психология, клиническая психология, патопсихология, психопатология, шизофрения, нарушения мышления, атактическое мышление, шизофазия, организация психиатрической помощи.

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

И.Ф. Случевский

Федор Измайлович Случевский родился 20 августа 1931 года в г. Ленинграде в семье медиков. Отец его – Измаил Федорович Случевский (1903–1966), выдающийся советский ученый-психиатр, профессор, автор 133 научных работ, в том числе учебника по психиатрии, заслуженный деятель науки Башкирской ССР, заслуженный врач РСФСР [9, 15, 19, 20], был одним из потомков рода Случевских, известного с середины XVII века, когда императрицей Елизаветой Петровной ему был дарован дворянский титул. Измаил Федорович был достойным сыном своей династии, одним из представителей русской дворянской культуры, жизненные и нравственные принципы которых складывались веками, переходя из рода в род от отца к сыну, от сына к внукам. В числе их представителей были священники, военные, статские советники, поэты, художники, общественные деятели. Выражение «Premiande incitat», что в переводе с латыни означает «Поспешающие побеждают», вынесенное в заголовок нашей публикации, было высечено на гербе рода Случевских, и стало девизом многих поколений этой семьи [2, 3]. Любовь Борисовна Мартынова – мать Федора Измайловича – происходила из древнего дворянского рода Мартыновых. После окончания 1-го ЛМИ стала психиатром. Вместе со своим мужем И.Ф. Случевским в 1933 году она получила назначение в Сиворицы, в 4-ю Ленинградскую психиатрическую больницу им. П.П. Кащенко, где безвременно скончалась от туберкулеза. В некрологе по поводу кончины Любови Борисовны профессор П. Останков писал: «18 ноября 1935 года в больнице им. П.П. Кащенко от туберкулеза легких умерла врач Л.Б. Случевская, 32 лет. <…> Короткая врачебная карьера Л.Б. была, однако, богата содержанием и творчеством. Со студенческой скамьи глубоко интересуясь психиатрией, она с большой энергией, став врачом, начала свою научную работу. <…> Л.Б. Случевская была и прекрасным педагогом, ведя педагогическую работу со студентами 1 ЛМИ. Тяжелый недуг оборвал нить жизни талантливого врача и прекрасного человека. Л.Б. Случевская пользовалась большой популярностью, ее обожали больные за ее, несмотря на ее молодость, большую выдержку, сердечность и гуманное к ним отношение…» [3].

В 1949 г. Ф.И. поступил в 1-ый Ленинградский Медицинский Институт (1-й ЛМИ) продолжив врачебную династию. Со студенческих лет Ф.И. пошел по пути отца, начав занятия по психиатрии в студенческом научном обществе, возглавляемом тогда доцентом Евгенией Ивановной Воробьевой. После окончания ВУЗа Ф.И. остался на кафедре для прохождения клинической ординатуры, в которой проходил обучение с 1955 по 1957 г. К 1957 году относятся первые публикации Ф.И., еще клиническим ординатором он публикует статьи в 1 и 2 выпусках сборников трудов Ленинградского общества невропатологов и психиатров. Его статьи в этих сборниках соседствуют со статьями его отца И.Ф. Случевского, что в дальнейшем случалось многократно. За время ординатуры на базе психиатрической клиники 1-го ЛМИ во 2-ой психиатрической больнице им была выполнена кандидатская диссертация, опубликованная в 1958 году и успешно защищенная в 1959 году на тему: «Об атипичных формах маниакально-депрессивного психоза» [4, 6].

По окончании клинической ординатуры Ф.И. приступает к работе в практической психиатрии, и сразу на руководящей должности, в 26 лет заняв должность заместителя главного врача по лечебной работе Свирской психиатрической больницы (г. Лодейное Поле). Ф.И. проработал в больнице всего 2 года, однако сохранял тесные взаимоотношения с этой больницей вплоть до последних лет жизни. Он оставался научным руководителем и консультантом больницы. При всей своей занятости, Ф.И. не жалел времени и регулярно ездил на консультации в Свирь, принимал участие в организации проводимых больницей конференций, руководил научной работой сотрудников и организовывал циклы повышения квалификации.

В 1959 году Ф.И. возвращается в Ленинград на должность ассистента кафедры психиатрии Ленинградского педиатрического медицинского института (ЛПМИ), возглавляемой Самуилом Семеновичем Мнухиным (1902–1972). Плодотворное сотрудничество с этой кафедрой продолжалось и позднее, когда под руководством С.С. Мнухина Ф.И. проводился ряд научных работ, и особенно во время его руководства психиатрической больницей № 3 им. И.И. Скворцова-Степанова, на базе которой находилась (и до сих пор находится) кафедра ЛПМИ.

В 1960 г. Ф.И. вновь занимает административную должность – главного врача Психоневрологического диспансера Ждановского района. В ПНД его административный талант проявился в полной мере. Всего за 3 года работы он организовал первый в Ленинграде дневной стационар, реорганизовал работу лечебно-трудовых мастерских, разработал методики учета эффективности трудовой терапии. Совместно с М.М. Кабановым и В.Ф. Дедовым им была разработана теоретическая база «полустационарной» психиатрической помощи, и уже спустя несколько лет при их активном участии были открыты дневные стационары во Фрунзенском, Ленинском и Петроградских районах. Разработка данной проблемы нашла свое выражение в целом ряде научных публикаций [13].

С 1960 г. после ухода с кафедры ЛПМИ Ф.И. продолжает педагогическую деятельность на кафедре уголовного процесса и криминалистики Ленинградского Государственного Университета, читая курс судебной психиатрии, последовательно занимая должности преподавателя, с 1966 г. – доцента, а после защиты докторской диссертации в 1969 г. – профессора, вплоть до 1993 года. Судебно-психиатрическая экспертиза, с тех лет стала одним из основных направлений его деятельности. По воспоминаниям современников Ф.И. был самым авторитетным в городе экспертом, в связи, с чем активно привлекался к судебно-психиатрической экспертизе проводившейся в Психиатрической больнице № 5 и был штатным консультантом Специализированной психиатрической больницы с интенсивным наблюдением. Проблемам судебной психиатрии также посвящен целый ряд публикаций Ф.И.

Несмотря на совмещение административной работы по управлению ПНД и преподавания в ВУЗе, Ф.И. продолжал активно заниматься научной работой. Как уже было указано, им активно разрабатывались вопросы реабилитации и трудовой реадаптации психически больных, велась разработка новых методов лечения больных психическими заболеваниями и алкоголизмом и, наконец, именно к этому периоду относятся первые публикации Ф.И., посвященные проблемам клинической психопатологии, прежде всего изучению патологии мышления и речевых расстройств. Поражает обилие научных связей Ф.И.. Совестная работа велась с сотрудниками Научно-исследовательского психоневрологического института им. В.М. Бехтерева, кафедры психиатрии ЛПМИ и, конечно кафедрой психиатрии 1-го ЛМИ – профессор Д.С. Озерецковский стал научным консультантом диспансера, возглавляя научную работу Ф.И. и других сотрудников диспансера.

Ф.И. Случевский

Административный талант и столь активная деятельность в многочисленных сферах не остались незамеченными, и в 1963 году Ф.И. был назначен на должность главного врача крупнейшей не только в городе, но и во всей стране психиатрической больницы – ПБ № 3 им. И.И. Скворцова-Степанова, рассчитанной на 1900-2000 коек. В ней работали в тот период 1310 служащих, из них 129 врачей (не считая сотрудников коллективов размещенных в больнице медицинских учебных и научных учреждений). Ф.И. стал в 32 года одним из самых молодых главных врачей за всю историю старейшей психиатрической больницы города [7, 8].

Больница была принята им в тяжелейшем состоянии. Целый ряд проблем требовал скорейшего разрешения – высокая текучесть персонала, огромная, лишь частично благоустроенная территория, ветхость множества разнотипных деревянных зданий Пантелеймоновской больницы (1832-1839 годов постройки) и дома призрения Александра III (1870-1871 годов постройки), необходимость сноса которых обсуждалась еще в дореволюционный период. Все эти проблемы были успешно решены менее чем за десятилетие.

Безусловно, главной заслугой Ф.И. стала постройка 3-х новых кирпичных 3-этажных корпусов, каждый из которых принял по 6 лечебных отделений (240 коек) и значительную часть вспомогательных служб. Также Ф.И. удалось построить три жилых 5-этажных кирпичных здания, разделив территорию больницы на лечебную и жилую части. Добился он и выделения мест в общежитиях города для одиноких сотрудников. Именно эти организационные решения во многом решили проблему текучести кадров. Для повышения квалификации персонала была организована внутрибольничная специализация и курсы усовершенствования медицинских сестер, лекции на которых читал лично Ф.И.. Предчувствуя проблемы с подбором младшего медицинского персонала, он добился разрешения на расширение зоны обслуживания для среднего медицинского персонала и дополнительной ее оплаты.

Активно благоустраивалась территория, на которой был развернуто обширное подсобное хозяйство, ставшее хорошим подспорьем для расширения рациона питания больных. На территории, занимаемой больницей, был разбит благоустроенный парк.

Значительные перемены произошли и в административном устройстве больницы. Вспомогательные медицинские службы и специалисты соматического профиля были объединены в поликлиническое отделение, занявшее помещения в новых корпусах. В рамках поликлинического отделения был создан хирургический кабинет с перевязочной и малой операционной, расширен стоматологический блок, включивший в себя 2 стоматологических и 2 зубопротезных кабинета, были расширены и переоборудованы ЭКГ- и ЭЭГ-кабинеты. Развернуто физиотерапевтическое отделение с кабинетами свето-, тепло-, электро-, водо- и грязелечения. Созданы столь необходимые для огромного психиатрического стационара инфекционные и соматические отделения, на которых получали лечение психически больные с соответствующей патологией. Для нужд инфекционного отделения, включающего в себя боксовое и обсервационные отделения, создана крупная бактериологическая лаборатория. Были капитально отремонтированы и переоборудованы прозекторская и аптека. Впервые в стране в психиатрической больнице было организовано центральное стерилизационное отделение. Большое значение имел ремонт кухни с внедрением механизации трудоемких работ, что позволило значительно улучшить питание больных.

Также была проведена большая работа по стандартизации ведения истории болезни и другой медицинской документации. Целиком была изменена система документооборота в больнице. Был создан центр магнитофонной записи, позволивший освободить врачам время для работы с пациентами (вместо печати многочисленных документов, врачи надиктовывали их на магнитофон, а в центре магнитофонной записи их распечатывали машинистки).

Активно создавались профильные отделения. Как уже указанно, были созданы инфекционные и соматические отделения. В 1964 году были созданы 2 отделения (мужское и женское) с режимом «открытых дверей», причем они принимали не только выздоравливающих больных с «острых» отделений, но и поступающих пациентов из приемного покоя. Особое значение Ф.И. отдавал лечению первичных больных, для которых «покровительствующий» режим закрытых отделений был, безусловно, вреден и зачастую вел к их преждевременной хронизации. Эти отделения по мысли Ф.И. занимали промежуточное звено между «закрытыми» отделениями и дневными стационарами ПНД, что значительно расширяло возможности дифференциального подхода к различным больным при выборе оптимального режима лечения. В 1970 г. в больнице было уже 5 отделений с режимом «открытых» дверей – масштаб, до настоящего времени являющийся уникальным для обычной городской психиатрической больницы [5, 13].

Развивалась система двухстепенного приема больных, существовавшая и ранее, но именно при Ф.И. начавшая активно работать. Все возбужденные и не удерживающиеся в рамках лечебно-восстановительного режима поступали на отделения для особо возбужденных больных (называемые в обиходе «буйными») и после купирования острого состояния переводились на общие отделения. Ф.И. лично консультировал эти отделения № 3 (женское) и № 8 (мужское), ведь на них собирались наиболее интересные и сложные в дифференциально-диагностическом отношении пациенты.

 

Ф.И. Случевский 30.12.1970 г. 23 отделение.

 

Особое значение Ф.И. придавал подготовке молодых врачей. Интернатура в ПБ № 3 им. И.И. Скворцова-Степанова, стала знаком качества для прошедших ее врачей. Все обучавшиеся в ней проходили «вертушку», сменяя несколько разнопрофильных отделений и обязательно поработав в ПНД. В течение года интерны сдавали несколько непростых зачетов, а в конце был экзамен, по результатам которого отбирались лучшие врачи для работы в больнице.

За время руководства Ф.И. ПБ № 3 им. И.И. Скворцова-Степанова стала одним из крупнейших научных центров по психиатрии. На базе больницы в то время находились кафедры психиатрии ГИДУВа, ЛСГМИ, ЛПМИ, также на базе больницы велись занятия с курсантами ВМА, больница являлась научной базой НИПНИ им. В.М. Бехтерева и института физиологии им. И.П. Павлова АН СССР. Ф.И. объединил профессуру находящихся на базе учреждений в Ученый совет, в составе которого были С.С. Мнухин, А.С. Чистович, Д.Н. Исаев, А.Е. Личко, Ю.Л. Нуллер, А.М. Свядощ, Н.Н. Трауготт и ряд других крупных ученых. Из опытнейших врачей больницы был создан Малый Совет с переводом его членов на консультативную работу.

 

Ф.И. Случевский с коллегами. 16.10.1970 г.

 

В научную работу Ф.И. вовлекались практически все врачи больницы и не только врачи. За время его руководства сотрудниками больницы было выпушено 4 сборника научных трудов врачей и 1 сборник по материалам конференции медицинских сестер. В больнице активно велась разработка новых методов комплексного лечения. Жизнь кипела в огромной больнице, и в центре всего был Ф.И., личным примером вдохновляя и поддерживая сотрудников. За время руководства Ф.И. врачами больницы было защищено 4 кандидатские диссертации, и велась работа еще 9 диссертантов, которые защитились позднее.

В больнице была создана психологическая лаборатория, которая стала центром научной работы и из которой вышла значительная часть публикаций сотрудников больницы. Сам формат работы лаборатории невольно заставляет вспомнить первые десятилетия XX века, когда в городских психиатрических больницах В.М. Бехтерев вместе с учениками создавал рефлексологические лаборатории, а ученики И.П. Павлова организовывали лаборатории изучения патологии высшей нервной деятельности (одна из таких лаборатории недолго работала и в ПБ № 3 им. И.И. Скворцова-Степанова). Введение научной работы неотъемлемой частью в практическую психиатрию – такова была идея, к сожалению, сразу же забываемая, когда на смену «энтузиастам» приходят «хозяйственники».

17 мая 1968 года произошло знаменательное событие, и не только для судьбы Ф.И. и возглавляемой им больницы, но и для всей отечественной психиатрии. После многолетней подготовительной работы была проведена однодневная кодированная перепись 2176 больных, находившихся в тот день в больнице. По анкете, содержащей 174 пункта, оценивался психический, неврологический и соматический статусы пациента, данные его анамнеза и параклинических исследований. Полученный массив данных обрабатывался с помощью перфокарт (всего было создано 4532 перфокарты), переносился в базу данных ЭВМ и подвергался статистической обработке. Анализ полученных данных занял почти десятилетие и наиболее полное выражение нашел в сборнике «Психопатологические профили» (1977).

Созданное Ф.И. в ПБ № 3 им. И.И. Скворцова-Степанова стало прижизненным памятником его трудам и таланту. До настоящего времени, спустя почти полвека, город пользуется плодами созданного за непродолжительный срок – всего 7 лет. После смерти Ф.И. в 1993 г. сотрудники больницы обращались с просьбой о присвоении больнице имени Ф.И. Случевского, что, к сожалению, не было реализовано.

Во время работы главным врачом Ф.И. продолжал активно заниматься научной работой. В 1967 году им была закончена диссертация на соискание ученой степени доктора наук «О шизофрении и шизоформных состояниях. Клинико-экспериментальное исследование речевых расстройств и их дифференциально-диагностическое значение», однако из-за повышенной занятости защитить её он смог только в 1969 году. В диссертации наиболее полно раскрывается центральная и наиболее значимая для Ф.И. тема научных исследований – нарушения мышления и речевые расстройства психически больных. Активно Ф.И. продолжал заниматься разработкой вопросов реабилитации психически больных и организации психиатрической службы, чему посвящена значительная часть его публикаций того периода. Большое внимание уделял Ф.И. внедрению математических (статистических) методик для обработки данных в психиатрических исследованиях. Данную работу он вел совместно с целым рядом ученых – И.М. Тонконогим, Б.В. Иовлевым, Б.З. Докторовым и др. При его участии НИПНИ им. В.М. Бехтерева были проведены два симпозиума «Математические методы в психиатрии и неврологии» в 1968 и 1972 годах; были изданы 2 сборника трудов 3-ей психиатрической больницы «Математические методы в психиатрии» (1970) и «Математические методы в психиатрической клинике» (1970). Второй сборник содержал в себе материалы конференции, проведенной в честь столетия ПБ № 3 им. И.И. Скворцова-Степанова, в которой участвовали специалисты со всех концов страны. Ф.И. принимал активное участие и в целой серии симпозиумов, посвященных проблеме моделирования психической деятельности с использованием математических методов – одной из самых сложных задач, стоящих не только перед психиатрией, но и перед целым рядом смежных наук – психологией, социологией и т. д. [13].

В 1970 году Ф.И. оставляет административную работу в Ленгорздравотделе, отдав практической психиатрии 23 года. Получив звание профессора, Ф.И. избирается на должность заведующего кафедрой психиатрии ЛСГМИ, незадолго до этого оставленную по состоянию здоровья профессором А.С. Чистовичем. И вновь становится самым молодым в истории кафедры заведующим, заняв эту должность в возрасте 39 лет. Руководил кафедрой Ф.И. с 1970 по 1993 год, лишь на несколько лет меньше, чем Р.Я. Голант – срок очень длительный и, наверное, самый плодотворный в истории кафедры [16].

Рассматривая биографию Ф.И., можно сказать, что в 1970 году начинается новый её этап. Если до этого времени на первом плане был Случевский, как выдающийся администратор, то с 1970 года на первый план выходит его научная деятельность, именно в этот период им созданы работы, составляющие его научное наследие. Монография «Атактическое мышление и шизофазия» [11], 5 монографий изданных в соавторстве, 6 сборников научных трудов под его редакцией и более 130 статей – вот это огромное наследие, требующее тщательного анализа, безусловно, невозможного в рамках настоящей статьи.

Все его работы были направлены на объективизацию психиатрии как медицинской науки. Ф.И. стремился, не теряя глубины психопатологического анализа, пойти по пути стандартизации и воспроизводимости исследований. Для достижения этой цели он занимался внедрением в психиатрию математических методов, системного подхода, методов лингвистического анализа, активного использования ЭВМ, нейропсихологических методик, даже кибернетики и графического анализа [5]. Причем все это происходило 40 лет назад!

В области клинической психопатологии крупнейшим вкладом Ф.И. является его монография «Атактическое мышление и шизофазия», в которой он через разграничение расстройств мышления стремиться понять патогенез лежащих в основе заболеваний расстройств. Работа очень близка к трудам, посвященным проблеме локализации Р.Я. Голант и других представителей Ленинградской психиатрической школы. Ниже мы более подробно остановимся на этом исследовании.

В коллективной монографии «Психопатологические профили» (1977), как уже было сказано, подводятся итоги проведенной в 1968 г. однодневной переписи пациентов ПБ № 3 им. И.И. Скворцова-Степанова. Само название монографии говорит о попытке создания инструмента, схожего с профилями, используемыми в психологии (напр. личностный профиль), который могли бы применять практические психиатры для полноценного стандартного описания больного. Ф.И. был одним из пионеров использования факторного анализа в медицине, который позволял находить зачастую неочевидные связи. Работа нашла свое продолжение в сборниках «Диагностика психических состояний в норме и патологии» (1980) и «Проблемы синдромообразвания в психиатрической клинике» (1986) [12, 13].

В связи с профилем Санитарно-гигиенического медицинского института целый ряд работ, преимущественно конца 70-х-начала 80-х годов, был посвящен психогигиеническим аспектам труда, изучению функциональных состояний человека-оператора и психической патологии, возникающей в условиях постоянного психического напряжения. Активно разрабатывались в связи с этим вопросы психодиагностики и её роли в психиатрии и смежных специальностях, в т.ч. гигиенических.

Продолжением разработки проблем психодиагностики стали работы Ф.И. по медицинской психологии. Руководство по медицинской психологии, являющееся частью коллективного труда «Избранные вопросы медицинской психологии, психиатрии и морской медицины» (1993) стало одной из последних работ Ф.И.

Также Ф.И. и возглавляемый им коллектив активно занимались разработкой еще целого ряда направлений психиатрии. Это были классификация психических расстройств, психофармакология, судебная психиатрия, наркология, психотерапия, даже психохирургия и многое-многое другое. Список внедренных предложений включал в себя использование «седуксенового теста» в диагностике депрессий (Точилов В.А.), исследование эмоциональных состояний методом цветодиагностики (Постников В.А., Якупова Г.А.), комплексное исследование (эхоЭЭГ и ДЦАС) при алкогольных заболеваниях (Галанкин Л.Н., Лекарь П.Г.), арттерапию при психических заболеваниях (Якупова Г.А.), диагностику и оценку морфологии головного мозга методом эхоЭЭГ у больных с экзогенно-органическими психозами (Пецевич М.Е.), оценку эмоционального состояния больных экзогенно-органическими психозами методом анализа цветоощущения (Пецевич М.Е.), стандартизированную схему клинического обследования больных и ее использование в дифференциальной диагностике (Щербатов Б.А.), лечение атипичных аффективных состояний на основе психофармакологических тестов (лепонекс, эглонил) (Точилов В.А.), способ дифференциальной диагностики речевых расстройств (психолингвистика) (Щербатов Б.А.), способы обследования невротизации студентов (Сараева В.Е.). Все эти разработки внедрялись не только в городских психиатрических больницах и диспансерах, но и в областных (Ковашевская ОПБ, Свирская ОПБ) учреждениях здравоохранения, и в других городах – Куйбышеве (ОПБ), Вологде (ОПБ), Калининграде (ОПБ) и др. [16].

Ф.И. Случевский как педагог также достиг расцвета в этот период. Став профессором, он продолжал преподавать судебную психиатрию юристам в ЛГУ. Преподавание психиатрии в ЛСГМИ имело свою специфику и нашло отражение в «Пособии по психиатрии для студентов санитарно-гигиенического факультета», изданном в 1984 году. Ф.И. с удовольствием преподавал и врачам, активно принимая участие в циклах повышения квалификации, в том числе в других городах и республиках СССР.

Ф.И. продолжал активную клиническую работу. Он занимал должности консультанта и научного руководителя не только базовой больницы (с 1973 г. переехала в Психиатрическую больницу № 2), но и еще 4 городских больниц и психоневрологических служб Ленинградской и Псковской областей. Как было сказано выше, продолжалась его деятельность в качестве эксперта на экспертных отделениях Психиатрической больницы № 5 и Специализированной психиатрической больницы с интенсивным наблюдением.

Активной была и общественная деятельность Ф.И.. С 1964 года он был избран в члены правления Ленинградского общества невропатологов и психиатров, с 1967 года стал ученым секретарем правления, а затем возглавил его психиатрическую секцию и оставался в этой роли более 20 лет – факт примечательный и указывающий на признание его заслуг психиатрическим сообществом. С 1966 года он вошел в состав правления Всесоюзного общества невропатологов и психиатров. С момента создания в 1989 году он был активным членом Санкт-Петербургской психиатрической ассоциации, возглавляемой его учеником В.А. Точиловым. С 1991 года входил в состав редакционной коллегии журнала «Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В.М. Бехтерева» [17].

Последние годы Ф.И. много работал над подготовкой к переизданию учебника по психиатрии, изданного его отцом И.Ф. Случевским в 1957 году. Учебник этот до сих пор остается одним из лучших в истории отечественной психиатрии, являясь единственным учебным пособием, излагающим психиатрию с позиций ленинградской психиатрической школы. После многолетней работы Ф.И. учебник был передан на рецензию в Московский НИИ психиатрии Росздрава руководителю отдела общей психопатологии О.П. Вертроградовой и получил отзыв, что учебник нуждается в доработке. Ф.И. крайне тяжело это перенес.

Изучая биографию Ф.И., очень сложно дать ответ на один стандартный для биографических статей вопрос: кто был его учителем? Список ученых, с которыми тесно работал и у которых учился Ф.И., потрясает – Н.И. Озерецкий, Е.И. Воробьева, С.И. Коган, И.Е. Кашкаров, Д.С. Озерецковский, С.С. Мнухин, А.С. Чистович, И.М. Тонконогий и, конечно же, И.Ф. Случевский, а ведь список этот далеко не полон. Ответ на этот вопрос нужно искать в характере Ф.И., который стремился к постоянному поиску нового знания и, перемножив это стремление на колоссальную его энергию, мы увидим, что в своей работе он смог получить многое от каждого из своих учителей и сам стал учителем для целой плеяды психиатров. Об одном мы можем сказать абсолютно точно: Ф.И. был одним из ярчайших представителей Петербургской-Ленинградской психиатрической школы, достойно продолжив ее традиции. Читая его работы, порой невольно вспоминаешь труды В.М.  Бехтерева, Р.Я. Голант, П.А. Останкова, В.П. Осипова и многих других представителей этой школы. Стремление к предельной объективности, опора на эксперимент, тщательность психопатологического описания, обязательная привязка к практике, даже при обсуждении философских вопросов, стремление объединить психопатологические, морфологические, физиологические, биохимические исследования – все это характеризует Ф.И. как одного из представителей ленинградской психиатрической школы [6].

Скончался Ф.И. 6 ноября 1993 года от онкологического заболевания. После его смерти кафедру возглавил один из его учеников В.А. Точилов.

Монография «Атактическое мышление и шизофазия» [11], изданная в 1975 г., по мнению проф. Е.В. Снедкова, нынешнего заведующего кафедрой психиатрии и наркологии СПб ГМА им. И.И. Мечникова, является уникальной работой, не получившей должного внимания со стороны современников [14]. Нужно было обладать не одной только тонкой наблюдательностью психопатолога, но и широкой врачебной эрудицией психиатра-клинициста. Нужно было любить психиатрию, а не себя в психиатрии. Требовались, наконец, незаурядные бойцовские качества, дабы наперекор авторитетным мнениям высокопоставленных отечественных психиатров, фактической монополии московской психиатрической школы и господствующей в мировой психиатрии доктрине восстановить во благо больных истину, а заодно отвоевать у паншизофрении хотя бы часть аннексированных территорий [14]. Всеми этими качествами, несомненно, обладал Ф.И. Они-то и позволили ему впервые представить детально дифференцирующий клинический анализ шизофазии и атактического мышления как двух различных форм расстройств мышления.

Анализ проблемы шизофазии не входит в задачи данной публикации, и мы лишь можем переадресовать читателей к работам самого Ф.И., так и недавнему обзору Е.В. Снедкова [14]. Тем не менее, следует отметить, что Ф.И. считал целесообразным использовать предложение П.А. Останкова (1927) обозначать шизофреническое расстройство ассоциаций не «разорванностью мышления», а «атактическим мышлением», что с его точки зрения клинически звучало более четко и несколько уже, чем понятие речевой «разорванности» [11].

По мнению крупных российских клинических психологов [1] Ф.И. разработал собственный оригинальный подход к представлению феноменологической картины патологии мышления. Он выделял различные характеристики нарушений мышления не как разные свойства неразложимого на компоненты патологического процесса «шизомышления», подобно Б.В. Зейгарник, и не как симптомы различных видов мышления, подобно В.М. Блейхеру, а как разные компоненты системного расстройства – «атактического мышления». При этом различные по содержанию клинических феноменов расстройства мышления представляются им как симптомы нарушения разных звеньев и уровней в сложной функциональной системе познавательных процессов, получая четкое содержательное определение в границах и возможностях идеографического метода. Представляя «шизомышление» как системное расстройство, разные элементы которого могут быть неравномерно повреждены в различных клинических вариантах заболевания, ученый более последователен в стремлении подтвердить мысль о нозологическом единстве шизофрении, чем патопсихолог Б.В. Зейгарник.

Классификации нарушений мышления по механизмам возникновения указывали на различную и множественную детерминацию выделяемых нарушений, что вполне соответствует современным взглядам на природу и характер «шизофренического» мышления, но в то время были скорее исключением. Так, Ф.И. обосновал выделение «атактического мышления», «шизофазии» и смешанного варианта расстройства речи и мышления на основании клинических различий по этиопатогенезу и форме расстройств. Он подчеркивал, что нарушения мышления могут быть первичными или вторичными по отношению к речевым расстройствам, которые в случаях шизофазии или смешанного расстройства могут иметь специфическую органическую природу [1, 11].

Атактическое мышление с точки зрения Ф.И. может быть определено как процессуальное (ассоциативное) расстройство мышления, характеризующееся недоступным пониманию содержанием высказываний, заключенных в грамматически (и нередко, формально-логически) правильно оформленную речевую продукцию [11]. Структурной единицей является «паралогизм» («паралогия», «дислогия») т. е. неправильное сочетание понятий и представлений, словесное обозначение которых не соответствует общепринятым семантическим границам, что в целом лишает высказывания смыслового содержания и делает предмет высказываний недоступным для понимания окружающих.

Автором выделены следующие основные клинические признаки атактического мышления, которые могут быть использованы врачом в любой ситуации и без специальных экспериментальных исследований:

а) структурное единство атактического мышления с нарушениями других сторон психической деятельности (эмоциональной, волевой сфер и поведения в целом);

б) сохранность логико-грамматических структур, а в грубых степенях при их нарушении – склонность к формированию «телеграфного стиля» с преобладанием номинативных функций речи над предикативными;

в) недоступность пониманию не столько в отдельных звеньях высказываний, сколько контекста в целом с использованием при этом слов «высокого» лексического слоя, абстрактных понятий, что создает либо впечатление чрезмерной заумности, неконкретности, либо просто нелепости, при этом сами по себе отдельные звенья высказываний и употребляемые слова общеприняты;

г) «неологизмы» и искажения слов отражают новое содержание. Их немного, и они носят характер «паралогизмов», а не «парафазии»;

д) к своим «паралогизмам» и паралогическим построениям больной относится «осознанно», может их повторить и пояснить;

е) эти расстройства мышления постоянны, и проявления их колеблются лишь в своей интенсивности;

ж) относительная сохранность интеллектуально-мнестических функций с возможностью сложных аналитических (высокого уровня) операций сочетается с выраженными патологическими признаками.

Шизофазия может быть определена как форма речевой спутанности, проявляющаяся относительно изолированно от расстройств других сторон психической деятельности (в том числе и мышления), и характеризующаяся сочетанием неуместно используемых слов и наименований (терминов), не имеющих между собой полной грамматической согласованности и логической последовательности [11]. Эти речевые расстройства характеризуются также большой эмоциональной насыщенностью высказываний с соответствующим мимическим и пантомимическим сопровождением, и, даже, при выраженной картине речевой бессвязности не лишают весь контекст высказываний в целом конкретной направленности и возможности понять предмет высказываний. Структурной единицей является «парафазия» («дисфазия», «дисфразия»), т. е. подмена одного слова другим, нередко фонетически более сложным и в данной ситуации неупотребимым, хотя в целом отдаленно отражающим соответствующий смысл.

Кратко резюмируя основные клинические признаки шизофазии с учетом данных дополнительных исследований, можно назвать следующие, которые могли бы быть использованы в повседневной клинической практике.

а) Отсутствие структурного единства выраженности расстройств с соответствующими изменениями со стороны других сторон психической деятельности («внутренней логики синдрома» по А.Р. Лурия) – эмоциональной, волевой, интеллектуально-мнестической, поведения в целом и даже мышления («отщепление речи»).

б) Даже в наиболее легких формах – расстройства логико-грамматических структур, тенденции к многословности, а в тяжелых степенях – картины «словесной окрошки» с преобладанием с самого начала предикативных функций речи над номинативными.

в) Недоступность пониманию отдельных высказываний при понятности и уловимости предмета высказывания в целом, их «приземленности», при конкретно-бытовом или конкретно-бредовом содержании, «витиеватость», непонятность на уровне отдельных звеньев высказываний и даже слов, при возможности уловить смысл и предмет высказывания в целом.

г) «Парафазии» («дисфазии», «дисфразии») и искажения слов или фраз, а не «неологизмы». Слова применяются не по назначению, но нового смысла в них нет.

д) Неправильности речи больной не замечает; как правило, не может их повторить, и тем более объяснить.

е) Эти расстройства мышления непостоянны, они усиливаются при астенизации и при эмоциональном напряжении, могут возникать по механизму «срыва», а иногда «пароксизма», могут усиливаться, ослабевать или во многих случаях полностью исчезать.

ж) Шизофазия обычно возникает на фоне интеллектуально-мнестической недостаточности, носящей либо необратимо-органический характер (слабоумие органического типа), либо характер стойкой астенизации – принципиально, по-видимому, обратимой, но практически по внешней картине мало отличающейся от слабоумия органического типа. Правильнее всего такие состояния назвать стойкой интеллектуальной слабостью и истощаемостью.

Таким образом, атактическое мышление по каждому из вышеперечисленных признаков представляет собой полную противоположность шизофазии.

Материалы исследований Ф.И. [11] свидетельствовали о том, что если атактическое мышление встречается, как правило, в структуре синдромов, характерных для шизофрении (кататонический, интрапсихической атаксии, апато-абулический, «психопатическое поведение») и является характерным для этого заболевания, то шизофазия как форма речевых расстройств, которая нередко смешивается с атактическим мышлением, встречается более широко при различных состояниях, не имеющих четкой нозологической принадлежности: бредовых, астенических, тревожных и др. Более того, шизофазия наблюдается при состояниях явно «нешизофренической структуры»: изменениях личности и слабоумии «органического типа», судорожном синдроме, расстройствах аффективности и т.д.

Следовательно, делает вывод Ф.И., шизофазия как форма расстройств мышления должна дифференцироваться с атактическим мышлением не только потому, что это феноменологически различные расстройства мыслительных функций, как это показано выше, но также и потому, что клиническая (диагностическая) ценность этих симптомов различна. Шизофазия как симптом расстройства мышления должна быть отнесена к категории более общих расстройств мышления и речи и расцениваться наравне с бредовой, астенической спутанностью и другими общими неспецифическими расстройствами психической деятельности, широко встречающимися практически при многих формах психических заболеваний, в том числе, по-видимому, и при шизофрении.

То же может быть отнесено и к синдрому шизофазии, где шизофазия как форма речевых расстройств входит как один из основных, даже ведущих симптомов. Шизофазия при шизофрении может иметь место, по-видимому, лишь в исходных состояниях бредовой формы. Будучи проявлением широкого круга общемозговых расстройств, синдром шизофазии не может сам по себе быть основанием диагностики шизофрении. Это обстоятельство вытекает как из клинических характеристик этого синдрома, так и прямо из полученных автором статистических данных. В то же время атактическое мышление, как и включающий его синдром интрапсихической атаксии, должны расцениваться как весьма характерные именно для шизофрении.

Ф.И. был модифицирован классический ассоциативный эксперимент, им, одним из первых, были использованы лингвистические методы исследования патологии речи и мышления при шизофрении [1, 18]. По мнению Ф.И., только тщательный клинический анализ позволяет отличить оба вида указанных расстройств и выявить, что при «атактическом мышлении «первично» страдает существо мышления при сохранном «инструменте его выражения» в речевых функциях, которые если и страдают, то страдают «вторично», в то время как при шизофазии имеет место обратный процесс – нарушения «инструмента выражения мысли» – речевых функций, которые уже «вторично» вызывают изменения мыслительной деятельности, тем более что весь процесс разыгрывается на фоне уже имеющихся психических нарушений и недостаточных критических возможностей мышления больного» [11].

Самостоятельные теоретические взгляды на природу и строение патологического мышления при шизофрении, представленные в работе Ф.И. Случевского, несомненно, имеют теоретическое значение и сегодня, прежде всего потому, что «атактическое мышление», свойственное больным шизофренией, он рассматривал как расстройство, которое проявляется при нарушениях разных звеньев и уровней в сложной многомерной и иерархически организованной функциональной системе организации мышления как процесса. И это в то время, когда идеи системного подхода в психиатрии только обозначались [1].

30 сентября 2011 г. в Санкт-Петербурге прошла научно-практическая конференция «Врачебное искусство в психиатрии», посвященная памяти выдающегося отечественного психиатра, внесшего значительный вклад и в развитие медицинской психологии, профессора Федора Измайловича Случевского (1931-1993). Конференции посвящена публикация на страницах нашего журнала [10]. К этому событию было приурочено и издание сборника – «Избранные труды» Ф.И. Случевского, куда вошли научные статьи, опубликованные с 1964 по 1993 гг. [13]. Это стало возможным благодаря длительной и кропотливой работе целой команды единомышленников, и, в первую очередь, его дочери – Софии Федоровны Случевской, которая успешно продолжает семейную традицию деда Измаила Федоровича и отца Федора Измайловича как молодой ученый, практический психиатр и организатор психиатрической помощи.

Санкт-Петербургская (Ленинградская) психиатрическая школа всегда была богата яркими фигурами, но и на этом фоне выделяется личность Ф.И. Случевского. Удивительно разносторонний талант и интересы этого ученого и практика во многом опередили свое время и в значительной степени наметили многие направления развития практической психиатрии не только в Ленинграде-Санкт-Петербурге и северо-западном регионе, но и в российской психиатрии в целом. Сегодня многочисленные ученики и последователи Ф.И. продолжают дело его жизни, что является лучшим увековечиванием памяти этого незаурядного ученого и человека.

 

    Литература

  1. Вассерман Л.И., Чередникова Т.В. Вклад Ф.И. Случевского в развитие учения о психопатологии мышления при шизофрении // Научные труды конференции «Врачебное искусство в психиатрии», посвященной 80-летию со дня рождения профессора Федора Измайловича Случевского. Санкт-Петербург, 30 октября 2011 г. – СПб.: Издательство Фонда «Содружество» (Раритеты медицинской литературы. Психиатрия). – С. 76-80.
  2. Иванченко И.Е. Род Случевских в истории. Портреты и судьбы. – СПб.: Академический проект, 2004. – 256 с., ил.
  3. Иванченко И.Е. Родов, связующая нить. (Хроники русских семей в документах, фотографиях, дневниках, воспоминаниях и в эпистолярном наследии). – СПб.: Алетейя, 2011. – 640 с., ил.
  4. Кто есть кто? Случевский Ф.И. // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В.М. Бехтерева. – 1991. – № 1. – С. 164.
  5. Научные труды конференции «Врачебное искусство в психиатрии», посвященной 80-летию со дня рождения профессора Федора Измайловича Случевского, Санкт-Петербург, 30 октября 2011 г.; сост.: Е.В. Снедков, В.А. Точилов, С.Ф. Случевская. – СПб.: Издательство Фонда «Содружество» (Раритеты медицинской литературы. Психиатрия). – 280 с. (Раритеты медицинской литературы. Психиатрия).
  6. Некрасов В.А. Федор Измайлович Случевский (1931 – 1993) (биографический очерк // Научные труды конференции «Врачебное искусство в психиатрии», посвященной 80-летию со дня рождения профессора Федора Измайловича Случевского. Санкт-Петербург, 30 октября 2011 г. – СПб.: Издательство Фонда «Содружество» (Раритеты медицинской литературы. Психиатрия). – С. 8-20.
  7. Поппе К.К. Послевоенный период истории развития 3-й Городской психиатрической больницы им. И.И. Скворцова-Степанова в Санкт-Петербурге (1945−1988 гг.) // Журнал невропатологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. – 2008. – № 6. – С. 67-69.
  8. Поппе К.К. Столетие 3-й психиатрической больницы г. Ленинграда // Психические заболевания. Сборник посвящается столетнему юбилею 3-й Ленинградской психиатрической больницы / [Под. ред. д. м. н. Случевского Ф.И.] – Л.: Медицина, 1970. – С. 5-12.
  9. Проблемы психиатрии. Сборник научных трудов. Выпуск 2 (сборник посвящен светлой памяти профессора  Измаила  Федоровича  Случевского). – Л.:  ГИДУВ,  1967. – С. 5-34.
  10. Случевская С.Ф., Бабин С.М. Научно-практическая конференция «Врачебное искусство в психиатрии», посвященная памяти профессора Федора Измайловича Случевского. [Электронный ресурс] // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. 2012. N 1. URL: http:// medpsy.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).
  11. Случевский Ф.И. Атактическое мышление и шизофазия. Л.: «Медицина», 1975. – 160 с.
  12. Случевский Ф.И. Предисловие // Проблемы синдромообразования в психиатрической клинике: сборник научных трудов / Под ред. проф. Ф.И. Случевского. – Л.: ЛСГМИ, 1987. – С. 3-8.
  13. Случевский Ф.И. Избранные труды / Ф.И. Случевский; сост.: Е.В. Снедков, В.А. Точилов, С.Ф. Случевская. – СПб.: Издательство Фонда «Содружество», 2011. – 416 с. (Раритеты медицинской литературы. Психиатрия).
  14. Снедков Е.В. Шизофазия, ее феноменология и нозографическое положение // Научные труды конференции «Врачебное искусство в психиатрии», посвященной 80-летию со дня рождения профессора Федора Измайловича Случевского. Санкт-Петербург, 30 октября 2011 г. – СПб.: Издательство Фонда «Содружество» (Раритеты медицинской литературы. Психиатрия). – С.  63-75.
  15. Творческий путь Измаила Федоровича Случевского // Проблемы психиатрии. Юбилейный сборник, посвященный 60-летию со дня рождения профессора Измаила Федоровича Случевского. – Л.: Медицина, 1964. – С. 3-8.
  16. Точилов В.А., Ефремов В.С., Случевская С.Ф., Самохин А.Г., Масалов Д.В. Кафедра психиатрии и наркологии Санкт-Петербургской государственной медицинской академии им. И.И. Мечникова // Санкт-Петербургской государственной медицинской академии им. И.И. Мечникова 90 лет. – СПб., 1997.
  17. Утраты. Случевский Ф.И. // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В.М. Бехтерева. – 1994. – № 1. – С. 187.
  18. Чаплыгина С.В. Атактическое мышление и шизофазия в монографии Ф.И. Случевского // Научные труды конференции «Врачебное искусство в психиатрии», посвященной 80-летию со дня рождения профессора Федора Измайловича Случевского. Санкт-Петербург, 30 октября 2011 г. – СПб.: Издательство Фонда «Содружество» (Раритеты медицинской литературы. Психиатрия). – С. 91-94.
  19. Чудиновских А.Г., Шамрей В.К. Профессора кафедры душевных и нервных болезней Медико-хирургической (Военно-медицинской) академии. – СПб.: ВМедА, 2007. – 340 с.
  20. Шамрей В.К., Чудиновских А.Г., Случевская С.Ф. Измаил Федорович Случевский. К 100-летию со дня рождения. – СПб.: Образование-Культура, 2003. – 192 с., ил.

 

 

Ссылка для цитирования

Случевская С.Ф., Бабин С.М., Некрасов В.А. Федор Измайлович Случевский – жизнь, прожитая под девизом «Поспешающие побеждают». [Электронный ресурс] // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. 2012. N 2. URL: http:// medpsy.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

 

В начало страницы В начало страницы

Warning: include(../../../../counter.php) [function.include]: failed to open stream: No such file or directory in /home/uruvaev/mprj.ru/htdocs/archiv_global/2012_2_13/nomer/nomer12.php on line 44

Warning: include() [function.include]: Failed opening '../../../../counter.php' for inclusion (include_path='.:/usr/share/php:/usr/share/pear') in /home/uruvaev/mprj.ru/htdocs/archiv_global/2012_2_13/nomer/nomer12.php on line 44