Вернуться на главную страницу
О журнале
Научно-редакционный совет
Приглашение к публикациям
Предыдущие
выпуски
журнала
2012 № 3(14)
2012 № 2(13)
2012 № 1(12)
2011 № 6(11)
2011 № 5(10)
2011 № 4(9)
2011 № 3(8)
2011 № 2(7)
2011 № 1(6)
2010 № 4(5)
2010 № 3(4)
2010 № 2(3)
2010 № 1(2)
2009 № 1(1)

Возраст как один из факторов, определяющих психологический компонент гестационной доминанты

Рабовалюк Л.Н., Кравцова Н.А. (Владивосток)

 

 

Рабовалюк Любовь Николаевна

–  аспирант кафедры психологии очной формы обучения ФГБОУ ВПО «Морской государственный университет им. Адмирала Г.И. Невельского», г. Владивосток.

E-mail: Kholoval@yandex.ru

Кравцова Наталья Александровна

–  член научно-редакционного совета журнала «Медицинская психология в России»;

–  доктор психологических наук, доцент, заведующая кафедрой клинической психологии ГБОУ ВПО ВГМУ Минздравсоцразвития России.

E-mail: kranatali@yandex.ru

 

Аннотация. В статье представлены некоторые результаты исследования взаимосвязи возраста и психологического компонента гестационной доминанты беременных женщин (ПКГД). Показано, что выраженность оптимального варианта ПКГД растет пропорционально возрасту женщины, достигая своего максимума у тридцатилетних (31-35), а затем к 40 годам увеличивается степень группы риска ПКГД.

Ключевые слова: гестационная доминанта, психологический компонент гестационной доминанты, возраст, беременность, материнство, беременные женщины, группа риска.

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

В последнее время психологические аспекты проблемы материнства все чаще становятся предметом научных исследований. При этом существенно возрос интерес к феномену гестационной доминанты. Большой вклад в изучение данного феномена внесли отечественные психофизиологи (А.А. Александров, 2000; А.С. Батуев, 2003; С.О. Бирюкова, А.Г. Кощавцев, 1998; О.Н. Полякова, 2000; Н.М. Сафронова, 2000; Л.В. Соколова, 2003; О.Ф. Солдатова, 1997 и др.) и врачи (В.И. Орлов, А.В. Черноситов, 1997; К.Ю. Сагамонова, Т.Л. Боташева, Е.А. Болдырева, 2011; А.П. Лымарев, 2011; О.В. Яворская, 2008; И.А. Тишевской, 2008; А.Ф. Завадская, Е.М. Попова, К.О. Юшко, 2008 и др.). Психологические аспекты материнства, в том числе и феномен гестационной доминанты, исследуют Р.Г. Добрянская, Е.Д. Евтушенко, Ю.В. Кузьмина, Т.В. Скрицкая, 2008; М.С. Вербицкая, 2008; Т.Н. Жданова, 2003; Г.Г. Филипова, 2002; И.В. Добряков, 2010 и др. [8].

В комплексных исследованиях состояния женщины во время беременности, связанных с успешностью ее адаптации к материнству и обеспечением адекватных условий для развития ребенка, учитываются разнообразные факторы: личностные особенности, история жизни, адаптация к супружеству, особенности личностной адаптации как свойство личности, удовлетворенность эмоциональными взаимоотношениями со своей матерью, модель материнства матери, культурные, социальные и семейные особенности, физическое и психическое здоровье и ПКГД и др.

И.В. Добряков рассматривает психологический компонент гестационной доминанты (ПКГД) как совокупность механизмов психической саморегуляции, включающихся у женщины при возникновении беременности, направленных на сохранение гестации и создание условий для развития будущего ребенка, формирующих отношение женщины к своей беременности, ее поведенческие стереотипы [4]. Возраст оказывает сильное влияние на оптимальность типа ПКГД, а также определяет группу риска ПКГД. И.В. Добряков выделил пять типов ПКГД: оптимальный, гипогестогнозический, эйфорический, тревожный и депрессивный [5], которые мы в свою очередь подразделили на подтипы [7]. Подтипы ПКГД следует выделять для более точной описательной диагностики варианта ПКГД, с целью более тонкого деления беременных женщин на психокоррекционные группы при большой выборке испытуемых. Мы считаем, что не следует проводить профилактические и психокоррекционные мероприятия, четко не разделив женщин по проблемным зонам. Тщательный подход и узкое деление способствуют более детальной проработке проблемы и скорейшему «эффекту выздоровления».

 

Рис. 1. Условная типология подтипов ПКГД

 

Для проверки гипотезы была сформирована выборка беременных женщин (всего 188 женщин) в возрасте от 17 до 39 лет (средний возраст – 26,35±0,521 лет) на разных сроках беременности (32,49±0,828). Эмпирическое исследование проводилось на базе КГБУЗ «Владивостокский клинический родильный дом № 2».

Учитывая выше приведенную классификацию выделенных подтипов психологического компонента гестационной доминанты, мы разделили выборку на четыре анализируемые группы по степени выраженности рисков ПКГД (рис. 2).

 

Рис. 2. Распределение женщин по группам риска ПКГД

 

Первую группу с преимущественно оптимальным типом ПКГД (пОт ПКГД) составили 54 беременные женщины (28,7%) с чисто оптимальным подтипом ПКГД, с преимущественно оптимальным подтипом психологического компонента гестационной доминанты и с оптимально-эйфорическим подтипом ПКГД. На наш взгляд женщины с вышеперечисленными типами ПКГД не нуждаются в психокоррекционных мероприятиях. У этих женщин не выявлены признаки тревожности или какие-либо психосоциальные факторы, негативно влияющие на процесс гестации.

Вторая группа женщин, названная нами «группа минимального риска» (Грм Р), включала 36 беременных женщин (19,1%) с оптимально-гипогестогнозическим подтипом ПКГД, с эйфоро-оптимальным подтипом ПКГД и с гипогестогнозо-оптимальным подтипом ПКГД. Данная группа женщин нуждается в краткосрочных психокоррекционных мероприятиях. Женщины описываемой группы могут быть отнесены в группу приемлемого риска (оправданного), то есть уровня риска, оправданного с точки зрения психологических, социальных и медицинских факторов. Максимальный уровень приемлемого риска определяет предельный (граничный) уровень опасности, который может быть допущен.

В третью анализируемую группу «умеренного (среднего) риска» (ГрУ Р) вошли 70 женщин (37,2%) с оптимально-тревожным и оптимально-депрессивным подтипами ПКГД. Эйфорический, преимущественно эйфорический, эйфоро-гипогестогнозический, эйфоро-тревожный и эйфоро-депрессивный подтипы ПКГД относятся к группе умеренного риска. В эту группу мы включили и большинство подтипов гипогестогнозического типа ПКГД: чисто гипогестогнозический, преимущественно гипогестогнозический, гипогестогнозо-эйфорический и гипогестогнозо-тревожный, гипогестогнозо-депрессивный подтип ПКГД. Условно выделенная группа женщин с «умеренным риском» нуждается в психокоррекционных мероприятиях по оптимизации ПКГД для профилактики различных психологических и соматических расстройств в период гестации и для профилактики гармоничного развития взаимоотношений матери и ребенка. У беременных женщин данной группы с умеренной долей вероятности возможны возникновения психосоматических расстройств, вероятного осложнения течения беременности и родов, а также возможные нарушение послеродового периода, возможные нарушения в триаде взаимоотношений отец – мать – ребенок. Женщины данной группы, как правило, не плохо адаптированы и имеют незначительные осложнения течения беременности. Мониторинг психологического состояния беременных женщин необходимо проводить с учетом «проблемных зон отношений».

Группу значительного (максимального) риска (ГрМ Р) составили 28 (14,8%) женщин со всеми подтипами тревожного (чисто тревожный подтип, преимущественно тревожный подтип, тревожно-оптимальный, тревожно-гипогестогнозический, тревожно-эйфорический и тревожно-депрессивный подтипы ПКГД) и депрессивного типов ПКГД (чисто депрессивный подтип, преимущественно депрессивный подтип, депрессивно-оптимальный, депрессивно-гипогестогнозический, депрессивно-эйфорический, депрессивно-тревожный подтип ПКГД). В эту же группу были включены женщины со смешано-тревожным подтипом ПКГД. Женщины данной группы нуждаются в психологической поддержке. Желательно исключать женщин с этими типами ПКГД из психокоррекционных групп и работать с ними индивидуально. При групповой форме психотерапии группы должны включать не более 5 женщин, подобранных по сходному «проблемному компоненту».

Результаты сравнительного анализа анамнестических показателей четырех групп женщин представлены в таблице 1. Как видно из представленных описательных характеристик, группы сопоставимы по сроку беременности и основным социально-демографическим показателям и представляют собой однородную выборку.

Распределение женщин группы риска ПКГД по возрасту представлено на рис. 3. В первую группу вошли 16 женщин (8,5%) в возрасте от 17 до 20 лет. Вторую, самую многочисленную возрастную группу, составили 73 беременных женщины (38,8%) в возрасте от 21 до 25 лет, третью – 69 (36,7%) женщин в возрасте от 26 до 30 лет. Четвертая группа представлена 18 женщинами (9,6%) в возрасте от 31 до 35 лет, и пятая группа – 12 женщин (6,4%) в возрасте от 36 до 39 лет.

Таблица 1.

Характеристики женщин выборки

 

 

Рис. 3. Распределение женщин выборки по возрасту.

 

Беременные женщины младшей возрастной группы (от 17 до 20 лет включительно) чаще входят в группу умеренного риска (в 75% случаев). Это может быть обусловлено психологической неготовностью молодой женщины стать матерью. Беременность в данном случае, как правило, не запланирована и молодые женщины несколько фрустрированы сложившейся ситуацией. Стоит отметить, что в данной возрастной группе не было обнаружено женщин с преимущественно оптимальным ПКГД. Группа минимального и максимального риска в процентном соотношении распределились одинаково – по 12,5%. Следовательно, в данной возрастной группе низкие показатели по оптимально-гипогестогнозическому, эйфоро-оптимальному и гипогестогнозо-оптимальному подтипам ПКГД.

 

Рис. 4. Распределение по возрастным диапазонам групп риска ПКГД

 

Что касается группы женщин в возрасте от 21 до 25 лет и женщин от 26 до 30 лет, то мы можем фиксировать примерно одинаковое распространение в процентном соотношении групп риска ПКГД. Так, преимущественно оптимальный тип ПКГД у женщин второй возрастной группы (21-25) выявлен в 34,2% случаев, женщины группы минимального риска ПКГД – в 24,7% случаев, группа умеренного риска – в 30,1%, а женщин с группы максимального риска ПКГД только в 11% случаев. У женщин третьей возрастной группы (26-30) уровень риска ПКГД распределился следующим образом: преимущественно оптимальный тип ПКГД диагностирован в 26,1%, группа минимального риска – в 21,7% случаев, группа умеренного риска ПКГД – в 34,8%, женщин с группы максимального риска ПКГД в 17,4% случаев.

Стоит отметить, что самый большой процент преимущественно оптимального типа ПКГД в группе женщин от 31 до 35 лет и составляет 50% от всей выборки респондентов данной возрастной группы. Группа минимального риска наблюдалась только в 5,6% случаев, группа умеренного риска в 33,3%, а группа максимального риска ПКГД – 11.1%.

Таким образом, выраженность доминанты беременности растет пропорционально возрасту женщины, достигая своего максимума у тридцатилетних (31-35). Данный факт можно объяснить тем, что именно этот период многие женщины обоснованно считают рубежом, после которого возрастает вероятность осложнений беременности и родов. Кроме того, к двадцати пяти – тридцати годам большинство женщин уже заканчивают свое обучение, приобретают профессию, устойчивое материальное и семейное положение, то есть лучше социально адаптированы, личностные конструкты сформированы, система ценностных ориентаций более устойчива.

Обратная динамика оптимальности ПКГД наблюдалась в последней, самой возрастной группе испытуемых 36-39 лет. Процент распределения преимущественно оптимального типа ПКГД в «возрастной группе» (36-39), впрочем, как и в самой младшей (17-20) – не высокий и составляет 16,7%. Женщин группы минимального риска ПКГД не было выявлено вообще, женщин группы умеренного риска – 50% случаев. Стоит отметить, что в данной возрастной группе (36-39) выявлен самый большой процент женщин с максимальной группой риска – 33,3%. Таким образом, данный возрастной период характеризуется преобладанием самой высокой угрозы риска. Помимо медицинских осложнений беременности, у женщин данной возрастной категории значительный риск осложнений обусловлен повышенным уровнем тревожности. Повышенная тревожность у них проявляется по отношению к образу жизни во время беременности, к предстоящим родам, по отношению к своему ребенку и к вскармливанию ребенка грудью, а также в связи с отношением мужа, родственников и других людей к беременности.

Корреляционный анализ с вычислением непараметрического коэффициента корреляции Кендалла показал прямую значимую связь возраста с уровнем образования женщин (r=0.361, p=0.000), количеством беременностей (r=0.477, p=0.000) и абортов в анамнезе (r=0.3421, p=0.000), наличием детей (r=0.482, p=0.000). Чем старше женщина, тем выше у нее тревожность по отношению к ребенку (r=0.149, p=0.041) и ниже тревожность в отношениях с близкими (r=-0.209, p=0.004). Чем старше женщина, тем выше конфликтность осуществления внешних (r=0.171, p=0.034) и внутренних (r=0.183, p=0.024) ценностных ориентаций. Чем выше возраст женщины, тем желаннее беременность (r=0.458, p=0.000), но тем выше степень нереализованных планов (r=0.344, p=0.000). С возрастом для женщин более значимой становится ценностная ориентация на «любовь» (r=0.151, p=0.037) и «счастливую семейную жизнь» (r=0.219, p=0.001).

Резюмируя выше сказанное, приходим к выводу, что возраст является значимым фактором определяющим оптимальность психологического компонента гестационной доминанты. С возрастом увеличивается значимость ценностных ориентаций на «любовь» и «счастливую семейную жизнь», а также увеличивается желание иметь ребенка, во многом определяющее оптимальность ПКГД. Выраженность оптимального варианта ПКГД растет пропорционально возрасту женщины, достигая своего максимума у тридцатилетних (31-35), а затем к 40 годам увеличивается риск ПКГД, снижается оптимальность типа ПКГД, повышается тревожность по отношению к ребенку. У женщин старшей возрастной группы (35-40), не имеющих опыта рождения и воспитания собственных детей в виду объективных (физиологических, медицинских, психологически, социальных) показателей, появляется тревожность относительно здоровья и благополучия своего ребенка. Усиливающаяся тревожность влияет на психологический компонент гестационной доминанты, который, в свою очередь, непосредственно связан с физиологическим компонентом, и возникает порочный психосоматический круг. У мам старшей возрастной группы (35-39), как мы видим из результатов исследования, самый большой процент распространения максимальной угрозы риска. В эту группу в основном вошли женщины смешанно-тревожного подтипа ПКГД. И несмотря на то, что беременность у них, как правило, запланированная, наблюдается низкая готовность к материнству. По сути можно сказать, что беременность у части женщин данной возрастной группы «вынужденная» («Другого шанса не будет, мне уже почти сорок; у меня все есть, а ребенка нет; рожу для себя»). Такие репродуктивные установки часто не осознаваемы, для повышения общей готовности женщины к материнству и оптимизации ПКГД требуют психологической коррекции. Юные мамы (17-20) в большинстве своем часто тоже не готовы к материнству, и психологический компонент гестационной доминанты у них формируется вслед за физиологическим (когда беременность уже наступила), отсутствует преддоминанта беременности – доминанта зачатия, что во многом и обуславливает группу риска ПКГД. И здесь часто возникают другие проблемы («я еще так молода; ну если я сделаю аборт, возможно, у меня никогда уже не будет детей; придется забыть про развлечения и друзей; я ведь еще не доучилась; у меня нет материальной базы»). Если такие женщины не находят поддержки со стороны родственников и окружения, у них тоже возникают тревожные опасения, но чаще не за здоровье будущего малыша, а за будущее и за отношения с близкими.

Таким образом, готовность к материнству – это сложный, обусловленный различными (медицинскими, социальными, психологическими) факторами, феномен. Формирование оптимального варианта ПКГД оказывает непосредственное влияние на течение самой беременности и родов, на последующие взаимоотношения матери и ребенка. Возраст является одним из факторов, определяющих оптимальный психологический компонент гестационной доминанты, а так как юные (17-20 лет) и возрастные (35-39) мамы находятся в группе риска ПКГД, то им необходимо грамотное психологическое сопровождение беременности и, при необходимости, психокоррекция репродуктивных установок.

 

    Литература

  1. Аршавский И.А. Очерки по возрастной физиологии. – М., 1967. – 476 с.
  2. Батуев А.С., Соколова Л.В. Учение о доминанте как теоретическая основа формирования системы «мать–дитя» // Вестник Ленингр. ун-та. – Сер. 3. – 1994. – Вып. 2. – № 10. – С. 85-102.
  3. Бубнова С.С. Методика диагностики индивидуальной структуры ценностных ориентаций // Методы психологической диагностики / под ред. Воронина А.Н. – М.: Институт психологии РАН, 1994. – Вып. 2. – С. 144-157.
  4. Добряков И.В. Клинико-психологические методы определения типа психологического компонента гестационной доминанты // Хрестоматия по перинатальной психологии. – М., 2005. – С. 93-102.
  5. Леонтьев Д.А. Методика изучения ценностных ориентации. – М.: "СМЫСЛ", 1992. – 17 с.
  6. Мотков О.И., Огнева Т.А. Методика «Ценностные ориентации». – М., 2008.
  7. Рабовалюк Л.Н. Выделение подтипов ПКГД на основе теста отношений беременной И.В. Добрякова // Социальные науки и общественное здоровье: теоретические подходы, эмпирические исследования, практические решения: материалы II международной научно-практической конференции 20-21 апреля 2012 года. – Пенза – Москва – Витебск: Научно-издательский центр «Социосфера», 2012. – C. 111-123.
  8. Рабовалюк Л.Н. Материнство с позиции доминантности // «Научная дискуссия: инновации в современном мире» 23 мая 2012 г. – Москва – Международный центр науки и образования, 2012.
  9. Рабовалюк Л.Н. Методика исследования мотивов сохранения беременности (МИМСБ) // Молодой ученый. – 2012. – Т. 2, № 6.

 

 

Ссылка для цитирования

Рабовалюк Л.Н., Кравцова Н.А. Возраст как один из факторов, определяющих психологический компонент гестационной доминанты [Электронный ресурс] // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. – 2012. – N 4 (15). – URL: http://medpsy.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

 

В начало страницы В начало страницы

ОБОЗРЕНИЕ ПСИХИАТРИИ И МЕДИЦИНСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

им. В.М. Бехтерева


Попов Ю.В., Пичиков А.А. Особенности суицидального поведения у подростков (обзор литературы)


Емелина Д.А., Макаров И.В. Задержки темпа психического развития у детей (обзор литературных данных)


Григорьева Е.А., Хохлов Л.К. К проблеме психосоматических, соматопсихических отношений


Деларю В.В., Горбунов А.А. Анкетирование населения, специалистов первичного звена здравоохранения и врачей-психотерапевтов: какой вывод можно сделать о перспективах психотерапии в России?

Серия 16

ПСИХОЛОГИЯ

ПЕДАГОГИКА


Щелкова О.Ю. Основные направления научных исследований в Санкт-Петербургской школе медицинской (клинической) психологии

Cамые читаемые материалы журнала:


Селезнев С.Б. Особенности общения медицинского персонала с больными различного профиля (по материалам лекций для студентов медицинских и социальных вузов)

Панфилова М.А. Клинический психолог в работе с детьми различных патологий (с задержкой психического развития и с хроническими соматическими заболеваниями)

Копытин А.И. Применение арт-терапии в лечении и реабилитации больных с психическими расстройствами

Вейц А.Э. Дифференциальная диагностика эмоциональных расстройств у детей с неврозами и неврозоподобным синдромом, обусловленным резидуально-органической патологией ЦНС

Авдеева Л.И., Вахрушева Л.Н., Гризодуб В.В., Садокова А.В. Новая методика оценки эмоционального интеллекта и результаты ее применения