Вернуться на главную страницу
О журнале
Научно-редакционный совет
Приглашение к публикациям
Предыдущие
выпуски
журнала
2012 № 4(15)
2012 № 3(14)
2012 № 2(13)
2012 № 1(12)
2011 № 6(11)
2011 № 5(10)
2011 № 4(9)
2011 № 3(8)
2011 № 2(7)
2011 № 1(6)
2010 № 4(5)
2010 № 3(4)
2010 № 2(3)
2010 № 1(2)
2009 № 1(1)

Концепция семейного совладания: основные положения

Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ (проект № 11-06-00812а)

Куфтяк Е.В. (Кострома)

 

 

Куфтяк Елена Владимировна

–  доктор психологических наук, доцент, доцент кафедры специальной психологии Института педагогики и психологии Костромского государственного университета им. Н.А. Некрасова.

E-mail: elena.kuftyak@inbox.ru

 

Аннотация. В статье представлен анализ известных зарубежных исследований совладающего поведения в семье как коллективного явления. Описываются формы семейного совладания, развитие и динамика совладания в семье, оценка эффективности совладания. Приводятся данные эмпирического исследования семей, переживающих в своем развитии ненормативный кризис и не испытывающих стрессов, в котором доказывается разнородность системы механизмов защитной активности семей. Приводятся результаты адаптации зарубежных методик на отечественной выборке. Формулируются основные положения концепции семейного совладания.

Ключевые слова: семейное совладание, диадический и семейный копинг, динамика совладания, жизненный цикл семьи, эффективность, методы измерения, адаптация методик.

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

Совладание с кризисными ситуациями семьей как группой — новое направление в психологии, которое интегрирует семейный системный подход (рассмотрение семьи как целостной системы), концепции стресс-копинг процесса и развивающийся в отечественной психологической науке субъектный подход. Понятие «совладающее поведение» (coping) используется для обозначения поведения личности в любых ситуациях, категоризуемых человеком как критические или же «трудные». В современной психологической науке совладающее поведение трактуется как поведение, позволяющее субъекту с помощью осознанных действий способами, адекватными личностным особенностям и ситуации, справиться со стрессом или трудной жизненной ситуацией. Психологическое предназначение совладания состоит в том, чтобы как можно лучше адаптировать человека к требованиям ситуации, позволяя овладеть ею, ослабить или смягчить эти требования, постараться избежать или привыкнуть к ним и таким образом погасить стрессовое воздействие ситуации. Большинство исследований сосредоточены на изучении индивидуального совладающего поведения человека, его способности справляться со стрессовыми ситуациями разного уровня. Развитие направления психологии семейного совладания как относительно самостоятельной области психологических исследований связано с включением зарубежными исследователями семейного копинга как независимого фактора в модели семейного стресса и приспособления. В отечественной психологии с начала 90-х годов прошлого столетия ведется исследование семейного стресса и копинга в здоровых семьях, семьях людей групп риска и лиц с хроническими заболеваниями [5; 7; 11]. Несмотря на попытки понять и оценить механизмы совладающего поведения в семьях, находящихся под воздействием стресса, функция совладания с кризисной ситуацией как составная часть семейного уровня до настоящего времени глубоко и всесторонне не рассматривалась.

Исследование коллективного копинга семьи

В зарубежной психологии распространен термин «совместный (коллективный) копинг» (communal coping), обозначающий социальный контекст копинг-поведения. Теоретические и прикладные исследования зарубежных психологов свидетельствуют о том, что копинг-поведение не является отдельным, независимым явлением, это неотъемлемая часть сложного, динамического процесса личности, социального окружения и их взаимоотношений. Анализ публикаций на английском языке позволил нам выделить три подхода к пониманию коллективного копинга на уровне семьи как целого. Первый подход, развивается в рамках модели многоосевого копинга С. Хобфолла, фиксируется на осознании влияния социального окружения на копинг-поведение человека, выделении группового уровня копинга [15]. Это означает, что люди справляются с ситуацией, сочетая собственные и социальные ресурсы, как индивидуально, так и в отношениях с другими. Второй подход, объединяющий исследования копинга семейных пар, концентрируется на выборе специфических стратегий совладания партнерами по браку в зависимости от уровня стресса и их согласованности, факторах определяющих выбор стратегий совладания в паре супругов. Дж. Койн и Д. Смит в исследовании супружеских пар, в которых мужья перенесли инфаркт миокарда, выделили два главных типа копинга, сфокусированного на взаимоотношениях: первый тип — активное взаимодействие, включал в себя активные дискуссии партнеров, беспокойство о самочувствии пациента и решение проблем сообща; второй — защитная буферизация, представлял собой попытки закрыть партнера от стресса, утаивая от него тревоги и беспокойство и уступая во всем, чтобы избежать конфликтов [14]. Активное взаимодействие показало наличие очень слабой связи, либо ее отсутствие с изменениями в состоянии здоровья пациента, а использование женами защитной буферизации соотносится с повышением работоспособности и самооценки у мужей. При изучении связи между адаптивностью копинг-поведения супругов и уровнем их удовлетворенности браком, Т. О’Брайен и А. Де Лонгис установили, что в семьях, где уровень удовлетворенности был низок, мужья, включаясь в защитную буферизацию, повышали уровень стресса у жен [19]. Среди пар, удовлетворенных браком, подобная стратегия не оказывала негативного воздействия на жен.

Третий подход, базирующийся на концепциях диадического копинга, акцентирует свое внимание на диадическом (системном) процессе стресса и копинга, описании видов диадического копинга, изучении его влияния на взаимоотношения в брачных парах и разработке методического инструментария для его изучения. Диадический копинг соотносится с уровнем качества супружеских отношений, стабильностью отношений и коммуникативным поведением [12]. Стратегии совместного (диадического) копинга имеют как отрицательное, так и положительное влияние на качество отношений в паре (табл. 1). Эффективный диадический копинг не только сокращает стресс и укрепляет семейное благополучие, но также и усиливает чувство единения партнеров.

 

Таблица 1

Положительные и отрицательные стороны диадического копинга

 

Семейное совладание в системе механизмов защитной активности семьи

По данным многочисленных исследований известно, что устойчивые замкнутые группы (какой является и семья) вырабатывают множество механизмов для поддержания собственной целостности. Групповые психологические защитные механизмы — система процессов и механизмов, направленных на сохранение психологической целостности семьи как коллективного субъекта (поддержание позитивного субъективного состояния, соответствующего целостности).

Семья — целостность, которая испытывает на себе влияние кризисов, связанных с особенностями прохождения жизненных циклов семьи, а также влияние ненормативных кризисов, связанных с понятием жизненного пути семьи [10]. Угроза для целостности семьи порождает ее психологическую защитную активность. Психологическая защитная активность семьи, в нашем понимании, означает систему процессов и механизмов, направленных на поддержание и восстановление семьи при нарушении целостности, стабильности семейной системы [3]. Семейное совладание выступает ведущим механизмом в психологической защитной активности семьи и понимается как осознанная организация по преодолению трудностей. Совладание определяется нами как реакция на переживаемое внутреннее напряжение одного или нескольких членов семьи либо семейную дисфункциональность, когда семье приходится проявлять необычные усилия — наблюдать, получать новый опыт, определять и предпринимать специальные действия, чтобы вернуться к привычной жизнедеятельности. Семейное совладание как процесс поддерживает множество параметров семейной жизни. Копинг является порождением элементов семейной системы, т.е. ее составляющих. Следовательно, его можно рассматривать как механизм поддержания или неподдержания, или порождения целостности.

В серии исследований, посвященных интегральному изучению семейного совладающего поведения в ситуации нормативного семейного кризиса (при прохождении основных этапов жизненных циклов) были определены формы совладающего поведения, используемые в ситуациях стресса в близких отношениях: индивидуальный копинг; диадический копинг; семейный копинг (рис. 1).

Индивидуальный копинг нами понимается как актуальные ответы человека на воспринимаемую угрозу. В первых попытках по устранению трудной ситуации, ее преобразованию или приспособления к ней человеком обычно используются индивидуальные стили и стратегии совладания. В случае неудачных попыток индивидуально совладать с ситуацией используются диадический и групповой копинг.

 

Рис. 1. Формы семейного совладания

 

Диадический копинг рассматривается как копинговые усилия одного из партнеров, направленные на улучшение и усиление функционирования другого партнера, и их взаимоотношения. По мнению Г. Боденманна данная форма копинга выступает системным событием, основанным на учете стресс-сигналов одного партнера, восприятии этих сигналов другим партнером и его ответные реакции в какой-либо форме диадического копинга [12]. Результаты исследования, посвященного интегральному изучению семейного совладающего поведения в ситуации нормативного и ненормативного семейного кризиса позволили нам выделить две разновидности диадического копинга — симметрический и комплементарный диадический копинг.

Симметрическое копинг-поведение партнеров выражается в сходной взаимосвязи использования стратегий совладания. Установлено, что симметрический характер согласованности в совладании супругов отмечен в период диадических отношений — симметричность наблюдается в выборе позитивной стратегии совладания, а в «зрелой семье» — симметричность наблюдается в выборе стиля, ориентированного на решение проблем.

При комплементарном поведении супружеской пары один из партнеров находится в более успешной / адаптивной позиции, чем другой. При этом виде поведения один из партнеров выполняет «защитную буферизацию», что включает попытки позитивного настроя партнера на преодоление трудностей, готовность взять на себя ответственность за решение проблемы.

Семейный копинг рассматривается как взаимодействие и объединение копинг-усилий членов семьи. При данной форме копинг-поведение одного партнера (супруга) не является независимым от другого, как и результат их общих усилий (или разрешение ситуации).

На основе факторного анализа нами были выделены три стиля семейного копинга: 1) стиль «эмоциональной направленности супруга» в структуре семейного совладания, включающий фокусирующиеся на эмоциональных проявлениях стратегии совладания со своими негативными переживаниями и тревожными мыслями о травмирующих событиях (уход от развивающегося конфликта); ориентацию на личные интересы и потребности; проявление настойчивости при решении проблем и погружение в эмоции; 2) стиль «семейная эмоциональная регуляция — проблемно-ориентированность», направленный на отстранение от себя и изменение трудной ситуации путем поиска средств ее преодоления, рассматривается как групповой стиль совладания семьи; 3) стиль «семейной эмоционально-позитивной включенности», проявляющийся в обращении в трудной ситуации к эмоциональной составляющей супружеских отношений путем демонстрации супругами чувств, переживаний и физической привязанности по отношению друг к другу, что отражает специфичность совладания в семье как целостной структуре, основанной на близких эмоциональных отношениях.

Результаты позволили нам установить, что стиль «эмоционально-позитивной включенности» наиболее выражен на этапе формирования семьи и семьи, имеющей ребенка-подростка, и предполагает попытки преодоления негативных переживаний из-за проблемы за счет обращения к эмоциональной стороне супружеских отношений. Выбор данного стиля закономерно объясняется особенностями этих этапов: этап диады — эмоциональная основа в отношениях доминирует, зрелый этап — переоценка отношений, семейной жизни и возврат к эмоциональным отношениям. На этапе детородящей семьи наибольшим весом обладает стиль «эмоциональной направленности супруга»: в ситуации ожидания и появления ребенка характерно осознание мужчинами ощущение незаменимости в решении многих вопросов. Наибольший вес стиля «семейная эмоциональная регуляция – проблемно-ориентированность» установлен на этапе семьи, имеющей ребенка-дошкольника, что позволяет справиться с собственными конфликтами и изменить ситуацию путем ее разрешения. Так, выявленный вес того или иного семейного стиля совладания обусловлен задачами семейной жизни и нормативной ситуацией семейного кризиса, решая и преодолевая возникающие с этим трудности, семья развивается.

В соответствии с современными представлениями о стресс-копинг процессе [1; 2; 9] и аргументированными данными [8] об объединении в единое пространство регулятивных механизмов поведения, связанных с адаптацией — совладания, психологических защит, контроля поведения, нами проведено исследование структуры психологической защитной активности семьи. В исследовании приняли участие супруги из семей, переживающих в своем развитии ненормативный кризис (ситуации измены, предразводный период, хронический конфликт) и не испытывающих стрессов, вызванных семейными проблемами. Изучались показатели механизмов психологической защиты, диадического копинга и совладающего поведения.

Анализ корреляционных связей между показателями выбора копинг-стратегий и способами защиты дает нам основания для выявления весомых различий в системе механизмов защитной активности исследуемых семей. Обнаружилось, что связи показателей механизмов защиты и совладания в группе семей, переживающих кризис, отличаются меньшим разнообразием и логичностью, нежели в группе сравнения. Причем, взаимодействие диадического копинга с защитами и копинг-стратегиями не установлено (1 связь), что свидетельствует об ограниченности и невозможности успешного осуществления способов регуляции и восстановления, направленных на преодоление трудностей в семейной организации.

Так, в группе семей, переживающих кризис, показатели выбора стратегий дистанцирование и бегство-избегание значимо положительно связаны с механизмом регрессии. В нашем случае частый выбор стратегий, направленных на избегание трудностей способствует возвращению в сложной ситуации к более онтогенетически незрелым паттернам поведения и удовлетворения, что соответствует «роли ребенка».

Отрицательные корреляции в этой группе выявлены между стратегиями самоконтроль и поиск социальной поддержки и механизмом вытеснение. Чем реже супруги осуществляют контроль за стрессом за счет намеренного подавления негативных эмоций или ориентации на взаимодействие с другими, тем активнее работает механизм удаления (выдавливания и вымещения) из сознания негативных эмоций, мыслей и проявлений, что снижает уровень напряжения. Подобный результат подтверждает наличие дисгармоничных эмоциональных связей между членами семьи, что нарушает адекватное функционирование не только на общесемейном уровне, но и на индивидуальном уровне.

Отметим положительную корреляцию в этой группе делегированного копинга супругов с механизмом замещения. Чем ниже выраженность в распределении между супругами ответственности над определенными проблемами и задачами для снижения воздействия стресса на партнера, тем реже супруги осуществляют замену и перенос негативных эмоций на незначимый объект. Согласованная работа данных механизмов защитной активности не способствует разрешению существующих проблем, снижению эмоционального состояния.

В группе семей «без стрессов» интересны корреляции между механизмами рационализация и проекция со стратегиями диадического копинга (ДК). Механизм проекции имеет компенсаторную корреляционную связь со стратегиями делегированного ДК, негативного (общего, личного и партнера) ДК. Это означает, что у супругов из семей, не испытывающих стрессов, часто распределяющими ответственность между собой для минимизации стресса, проявляющими поддержку, сопровождаемую критикой и обвинением, снижают вероятность переноса ответственности за происходящее в их жизни на окружающий мир и приписывания другим людям каких-либо неблаговидных поступков. Защитный механизм рационализация положительно связан со стратегиями общения во время стресса, поддерживающим ДК, общим ДК и общей выраженностью положительного ДК. Этот результат позволяет утверждать, что рациональное переживание конфликтных ситуаций через рассуждение, объективное отношение к ситуации способствует передаче информации о стрессе между супругами, оказанию поддержки другому супругу, активному участию партнера в разрешении трудностей.

В этой группе семей механизм интеллектуализация связан компенсаторной корреляционной связью с копинг-стратегиями конфронтация, дистанцирование, негативный ДК (личный, общий). Так, произвольная схематизация события, ее истолкование повышает у супругов чувство субъективного контроля над ситуацией, поэтому они реже склоны к выбору стратегией, ориентированных на снижение эмоционального дискомфорта.

Механизм замещение отрицательно связан с копинг-стратегиями принятие ответственности, положительная переоценка, общий ДК, и положительно с негативным ДК. Активный перенос супругами эмоциональных реакций на менее значимый объект понижает их самокритичность и ориентированность на положительное переосмысление проблемы. Вероятно, разрядка эмоций на незначимом объекте позволяет супругам не прибегать к копинг-стратегиям, направленным на снижение эмоционального дискомфорта, но в качестве незначимого объекта может выступить партнер по браку.

В группе семей «без стресса» обнаружены положительные корреляционные связи механизма компенсация со стратегиями поиск социальной поддержки, бегство-избегание, общий ДК и положительный ДК. Компенсация как когнитивно сложный и сознательно используемый защитный механизм, позволяет находить собственные недостатки и работать над ними. Благодаря этому супруги ориентированы на взаимодействие с другими людьми, поддержку супруга и избирательное (от уклонения до активного участия) участие в решении проблем партнера по браку.

В группе условно благополучных семей механизм регрессия положительно связан со стратегиями поиск социальной поддержки, дистанцирование, бегство-избегание, и компенсаторно с копингом планирование решения проблемы. Чем менее вероятно возвращение в конфликте к позиции «слабого и маленького», тем более целенаправленно и конструктивно супруги разрешают трудности, что свидетельствует о зрелых и адаптивных механизмах защитной активности у супругов из семей «без стрессов».

Отметим в этой группе семей компенсаторные корреляционные связи копинг-стратегий принятие ответственности, планирование решения проблемы с негативным ДК. Так, признание супругами своей роли в ситуации, ее целенаправленный анализ и выработка плана действия по разрешению проблемы снижают вероятность отдаления от партнера и его обвинение за ситуацию.

В целом, полученные результаты демонстрируют, что структура психологической защитной активности семьи характеризуется своеобразием в зависимости от характера ситуации (выраженности стрессовой ситуации). В семьях «без стресса» отмечается наличие компенсаторных, согласованных связей между показателями механизмов защитной активности, что позволяет говорить о лаконичном и адекватно функционирующим стиле активности семьи. Для семей, переживающих кризис, структура психологической защитной активности характеризуется немногочисленными связями между изучаемыми компонентами, отсутствием компенсаторных возможностей, что ограничивает и затрудняет регуляционные и восстановительные процессы в семье, усиливает внутрисемейное напряжение и дисфункциональность семьи.

Семейное совладание как процесс

Исследование психологических закономерностей семейного совладания ведет нас к пониманию семейного совладания как процесса, или явления, которое постоянно изменяется. Члены семьи и их отношение друг к другу, отношения семьи с окружающим миром постоянно динамичны, что требует их переоценки и отражается, в том числе, на способах совладания и их изменчивости.

В настоящее время при рассмотрении процессуального аспекта семейного совладания учитываются следующие параметры: стадии семейного совладания с учетом конкретной ситуации; фазы совладания; семейное совладание на разных этапах жизненного цикла; совладание с различными стрессорами.

В процессе семейного совладания исследователи выделяют три стадии регуляции стрессовой ситуации: ожидание (уровень антиципации), воздействие и пост-воздействие. На стадии ожидания семье приходится на когнитивном уровне работать над такими вопросами, как: «Как это можно предотвратить? Что можно сделать, чтобы подготовиться к стрессу или уменьшить его действие? Если этого нельзя избежать, то можно ли это выдержать?». На этой стадии семья может использовать стратегии совладания, начиная с избегания и заканчивая решением проблем.

На стадии воздействия, некоторые мысли и действия, присутствующие на предыдущей стадии, теряют актуальность. Для того чтобы справиться с несоответствиями между ожиданиями и действительностью, семья вынуждена находить и использовать новые стратегии совладания.

По мере продвижения семьи к стадии пост-воздействия, появляются новые размышления на тему: «А что теперь? Может ли и / или хочет семья вернуться к положению, существовавшему ранее?». Эти реакции в свою очередь могут привести к новому уровню ожидания.

Д. Рейсс и М. Оливьери в процессе семейного совладания выделяют три фазы, вытекающие из концептуальной модели решения проблем: определение проблемы, пробное воздействие и уверенность в принятом решении [20]. Они полагают, что именно эти три фазы выступают концептуальными пунктами исследования реакции семьи на стрессовую ситуацию. Так, в пределах каждой из этих фаз, семьи используют стратегии, основанные на собственных ресурсах.

Другой точки зрения на фазы семейного совладания придерживаются Г. Маккабин и Дж. Паттерсон в предложенной ими модели реагирования семьи на приспособление и адаптацию [18]. Эти авторы выделяют три фазы: сопротивления, изменения структуры и укрепления, в процессе которых семьи применяют различные адаптивные стратегии семейного совладания. Каждая фаза описывает способность семьи совладать со стрессовым событием, влияние стрессоров на устойчивость и сопротивляемость семьи, ресурсы и способности совладания / решения проблем. Предполагается, что фазе изменения структуры предшествует фаза сопротивления. Однако семьи не обязательно напрямую двигаются от кризиса к адаптации. Семья может застрять в одной из фаз или следовать циклическим путем по мере того, как она (семья) разбирается в ситуации.

Известно, что некоторые стрессовые ситуации являются краткосрочными, другие ситуации требуют от семьи совладания в течение длительного периода времени, как например, в ситуации пролонгированного характера стресса (хроническая болезнь, утрата одного из членов семьи).

Семья как «организм, развивающийся во времени» имеет свой цикл развития [10]. Динамический аспект жизненного цикла вносит необходимость приспособления стратегий совладания к конкретным событиям и ситуациям.

В цикле исследования, посвященного интегральному изучению особенностей совладающего поведения на разных этапах жизненного цикла, нами были получены доказательства динамического порядка выбора стилей / стратегий совладания в семье [4]. Было обнаружено, что наиболее часто в начале стрессового эпизода супругами использовался только индивидуальный копинг, за которым следовали совместные копинг-усилия партнеров, лишь после (уже в ситуации невозможности самостоятельно преодолеть стрессовую ситуацию) — партнеры осуществляли поиск социальной поддержки. Более того, было установлено, что чем более жестким и/или пролонгированным был стрессор, тем больше копинговых действий было осуществлено (в указанном порядке — от индивидуальных копинг-стратегий к совместным копинговым усилиям партнеров).

Далее были получены убедительные доказательства специфики совладания (выбор стилей совладающего, супружеского и диадического копинга) в супружеских парах на четырех этапах жизненного цикла семьи и её динамики (с учетом двух факторов — этапа жизненного цикла семьи и пола). В молодой семье (без детей) супруги при столкновении с трудностями совладают чаще ориентируясь на эмоционально-положительную сторону супружеских отношений, диадическое разрешение трудностей и предпочитая фокусироваться на проблеме. В ситуации ожидания и появления ребенка в семье эмоциональное реагирование женщины компенсируется ориентированностью мужа на решение проблем, выбор им позитивной стратегии. Для этапа семьи, воспитывающей дошкольника, отмечаемого семейными психологами как критического периода (стаж семейной жизни от трех до семи лет характеризуется столкновением индивидуальных и семейных ценностей, связан с личностным развитием, нарастанием неудовлетворенности браком), характерно выжидание при решении проблем, осуществление самостоятельного решения проблем супругами, что является наиболее безболезненным вариантом преодоления существующих трудностей. На зрелом этапе развития семьи — семьи с подростком — при столкновении с неизбежными трудностями подросткового кризиса чаще выбирают конструктивное отвлечение внимания, мужчины указывают на поддерживающий диадический копинг их супруги.

В динамике развития семьи супруги чаще выбирают конструктивное отвлечение внимания, возрастает обращение женщин к проблемно-ориентированному копингу, позитивный стиль и эмоционально-ориентированный стиль с переходом к зрелости семьи выбирается реже.

Итак, определено, что динамическое развитие семьи и копинг-стратегий связано с её развитием как целостной системы. Эмпирически доказано, что динамика совладания идёт от индивидуального совладания к совместному, и эта же динамика характерна для развития семьи как целостной системы — от простой диады, в которой существует два, пока ещё привыкающих друг к другу человека, до единого организма, включающего межпоколенные взаимодействия. Семейное совладание понимается как процесс непрерывного регулирования и поддержания баланса между внутренними и внешними требованиями. Семьи сталкиваются с новыми потребностями и возможностями, которыми нужно управлять в условиях динамики жизненного цикла.

Эффективность совладания

Понятие «эффективность совладания» является довольно скрытым, не выраженным явно. Эффективность зависит от совпадения требований, предъявляемых ситуацией и семейных ресурсов, а также от семейной оценки и действий, направленных на решение проблемы.

Выбор стратегии совладания — один из факторов, влияющих на эффективность совладания. Известно, что стратегии совладания не могут быть однозначно хорошими или плохими, эффективными или неэффективными. Стратегия, успешно используемая в одной ситуации, может совершенно «не работать» в другой ситуации. Эффективность стратегии зависит от того, насколько она отвечает требованиям ситуации.

Установлено, что эффективность не может зависеть только от выбора стратегии. Даже если учитывать, что совладание традиционно рассматривается как набор конструктивных усилий, предпринимаемых для защиты семьи, могут возникать побочные эффекты либо затраты на совладание. Побочные эффекты совладания появляются тогда, когда совладание с трудностями осуществляется достаточно успешно, но при преодолении действия стрессора наносит вред другим сферам жизни человека. По мнению исследователей при продолжительной попытке совладания возникает эффект накапливаемой усталости, что истощает энергию познания. А при использовании стратегий в неподходящих ситуациях возможно развитие чрезмерной генерализации стратегий совладания.

Г. Маккабин с коллегами в исследовании, посвященном видам подросткового поведения, опасных для здоровья, выявили потенциально дисфункциональную природу конструктивных и полезных для здоровья стратегий совладания [18]. Так, подростки используют стратегию разрядка напряжения путем дискуссий, обсуждений (выражают чувства досады и негодования, кричат, жалуются ближайшему окружению), которая является положительной в отличие от выбора избегания трудностей с помощью алкоголя, курения и наркотиков. Несмотря на то, что для подростков выбор стратегии разрядка напряжения эффективен, остальные члены семьи считают их неэффективными и источником стресса для семьи как целого.

В исследовании, посвященном интегральному изучению семейного совладающего поведения в ситуации нормативного семейного кризиса, были получены доказательства эффективности выбора эмоциональных стратегий в контексте семейных трудностей [6; 13]. Нами было установлено большее количество связей характеристик семейных отношений с выбором супругами позитивной стратегии в разрешении трудностей семьей (тогда как связей с проблемно-ориентированным копингом не было обнаружено). Проявление мужем и женой позитивной стратегии с помощью привязанности друг к другу, совместного общения и поддержки повышают личностную общность супругов, взаимопонимание между ними и их сексуальную гармонию, активность в роли родителя, в ведении домашнего хозяйства, а, следовательно, способствуют успешному функционированию семейной структуры в целом. Выбор взрослыми членами семьи эмоционально-ориентированного копинга соотносится с взаимопониманием между членами семьи, активным участием в воспитании детей и ведении домашнего хозяйства.

Аргументом в пользу эффективности эмоциональных стратегий служат исследования других авторов [6]. Р. Лазарус в одной из последних работ пересматривает отношение к эмоционально-ориентированным стратегиям. Рассмотрение двух функций совладания (проблемно-фокусированного разрешения и эмоционального реагирования) как отдельных и конкурирующих, по его мнению, это серьезная теоретическая ошибка. «В природе части процесса взаимодействуют как согласованный механизм, поэтому разделить и определить их как конкурентов, значит исказить фактический метод их функционирования» [17, с. 22]. Подобное заявление дает основания для пересмотра отношения к эмоционально-ориентированному копингу. Ряд других исследователей отмечают, что в ситуациях, связанных со сложностями межличностного взаимодействия, эффективными признаются эмоционально-ориентированные стили совладания [13]. Таким образом, эмоциональное отреагирование — это та цена, которую платят супруги за активное включение в те сферы, которые отличают семью от других групп.

Об эффективности семейного совладания можно судить по функциональному состоянию семьи и ее способности восстанавливаться после стрессового события. Показано, что в «проживании» и преодолении семьей кризисов и трудных жизненных ситуаций возможны следующие варианты:

–  ситуация (кризис) не затронула («не пошатнула») семью, несмотря на внесение необходимых изменений, семья продолжает оптимальное функционирование;

–  ситуация (кризис) незначительно сказалась на семейном функционировании — семья переживает период кризиса, но после некоторого времени с изменениями преодолевает ситуацию;

–  ситуация (кризис) оказалась не разрешена семьей, однако в привычных условиях для семьи действие стрессора оказывается допустимым, но при нарушении привычного функционирования внутренняя мобилизация для преодоления стресса невозможна и семья оказывается неспособна противостоять ему;

–  семья продолжительное время находится в кризисном (дисфункциональном, экстремальном) состоянии, так как отрицает необходимость меняться или сопротивляется изменениям, либо испытывает перегрузку от изменений.

Исследователи предлагают подход к оценке эффективности семейного совладания, основанный на дифференциации между функциональными и дисфункциональными способами совладания семьи. Параметры дифференциации функциональности / дисфункциональности способов совладания следующие: способность определить источник стресса; определение ситуации как семейной проблемы, а не только проблемы одного или двух членов семьи; попытки выработать подход, ориентированный на решение проблемы; проявление терпимости к другим членам семьи; четкое выражение преданности, привязанности и любви к другим членам семьи; открытое и ясное общение между членами семьи; сплоченность семьи; разумное и гибкое распределении ролей в семье; адекватное использование ресурсов внутри семьи и вне её; отсутствие открытого или завуалированного насилия в семье; отсутствие в семье членов, злоупотребляющих алкоголем, наркотиками.

Методы измерения способов совладания в семейном контексте

В диагностическом портфеле зарубежных психологов находится большое число разнообразных опросников, предназначенных для диагностики стратегий совладания. Опросники предназначены для определенной возрастной группы либо исследования выбора способов совладания в конкретных трудных ситуациях. Наиболее часто используемым опросником в исследованиях зарубежных психологов является «Опросник способов совладания — The Ways of Coping Questionnaire (WCQ)», авторами которого являются Р. Лазарус, С. Фолкман. Данный опросник получил широкое распространение и среди отечественных психологов и исследователей, неоднократно проводилась его адаптация на русскоязычной выборке.

В отечественных исследованиях мы пока не встречали описания специальных методов изучения совладающего поведения в семейном контексте. В зарубежной психологии активно используются две методики для исследования копинг-поведения супругов: 1) Marial Coping Inventory (MCI, 1990), канадского психолога М. Боуман в нашем переводе «Опросник супружеского копинга»; 2) Dyadic Coping Inventory (DCI), швейцарского психолога Г. Боденманна (2006) — «Опросник диадического копинга». Начиная с 2005 года автором проводится апробация зарубежных методик на отечественной выборке. Обе методики с согласия авторов были были переведены на русский язык с английского.

«Опросник супружеского копинга» предназначен для испытуемых старше 18 лет и состоит из 64 утверждений, которые объединены по пяти шкалам. Методика измеряет пять стратегий совладания в супружеских отношениях: конфликтный стиль, самообвинение, позитивный стиль, эгоистический стиль, избегание. Шкала конфликтный стиль совладания включает 15 пунктов, отражающих конфликт, критику, сарказм и месть. Шкала самообвинение — 15 пунктов, касающихся чувств беспокойства, самопорицания, тревоги, нарушений сна и здоровья. Шкала позитивный стиль совладания — 14 пунктов, отражающих жесты физической привязанности, юмор, инициирование совместной деятельности и приятные воспоминания. Шкала эгоистический стиль состоит из 9 пунктов и отражает повышенную активность вне семьи. Шкала избегание — из 11 пунктов, включает отрицание, вытеснение из сознания и подавление чувств.

По результатам апробации опросника на выборке из 368 испытуемых (средний возраст М = 31,58, стандартное отклонение SD = 9,04, медиана Me = 28) оценка внутренней согласованности шкал теста или коэффициент α Кронбаха составил от 0,6 до 0,84. В психометрической традиции удовлетворительным значением коэффициента α Кронбаха считается значение большее 0,6.

Было установлено, что данные выраженности шкал опросника на русскоязычной и иностранной выборках практически не различаются (табл. 2).

 

Таблица 2

Общие показатели выраженности супружеского копинга
на иностранной и русской выборках

Примечание. M — среднее значение, SD – стандартное отклонение

 

При сравнении данных женщин (средний возраст М = 31,44, стандартное отклонение SD = 9,47, медиана Me = 28) и мужчин (средний возраст М = 31,7, стандартное отклонение SD = 8,69, медиана Me = 28) выявлены значимые различия групп по шкалам конфликтный стиль и самообвинение (табл. 3). Эти результаты в целом соответствуют данным, полученными западными психологами: в большинстве исследований совладающего поведения обнаружено, что женщины в ответ на семейные проблемы чаще испытывают тревогу, прибегают к конфликту. Обнаруженные половые различия предполагают эмоциональную включенность в супружеские отношения, что совпадает с данными исследований, свидетельствующими о том, что женщины чаще рассчитывают на отношения с мужчинами с целью получения эмоциональной поддержки, чем наоборот [13].

 

Таблица 3

Различия по сумме баллов между мужчинами и женщинами
в выборе супружеского копинга
(N = 368: муж. N = 206, жен. N = 162)

Примечание. * — р ≤ 0,05; ** — р ≤ 0,01; *** — p ≤ 0,001 (критерий Манна-Уитни).

 

В исследовании супружеских пар автор методики установила, что позитивность коррелирует с семейным счастьем, а конфликтный стиль выступает признаком несчастливого брака, избегание значимо и отрицательно связано с семейным счастьем, эгоизм значимо связан с несчастливым браком [13, с. 463-473].

В исследовании супругов из российских семей было показано, что конфликтный стиль, самообвинение, эгоистичный стиль, избегание положительно связаны со стажем семейной жизни (табл. 4). Отрицательная связь выбора позитивности в супружеском совладании со стажем супружеской жизни означает, что супруги на поздних этапах брака реже инициируют совместную деятельность, проявляют жесты физической привязанности и используют юмор. Так, изменения в выборе копинг-стратегий в зависимости от количества лет совместной жизни, свидетельствуют о том, что копинг-усилия в супружестве носят временный характер.

 

Таблица 4

Значимые корреляции между показателями выбора

Примечание. * — р ≤ 0,05; ** — р ≤ 0,01; *** — p ≤ 0,001 (критерий Спирмена)

 

В 2009–2010 годах была проведена работа по адаптации на отечественной выборке  методики DCI — Dyadic Coping Inventory (2006). Тест апробирован на выборке из 240 человек в возрасте от 19 до 55 лет (средний возраст М = 35,97, стандартное отклонение SD = 11,07): 119 респондентов мужского пола (средний возраст М = 36,89, стандартное отклонение SD = 11,25); 121 — женского пола (средний возраст М = 35,06, стандартное отклонение SD = 10,85). Опросник включает 37 утверждений, касающихся поведения супругов в трудной жизненной ситуации. В него заложено 11 шкал, в каждой из шкал от двух до пяти пунктов, за исключением шкал, суммирующих общий балл по личному диадическому копингу и диадическому копингу партнера. Опросник объединяет следующие шкалы: личное общение и общение партнера во время стресса (измеряет уровень передачи информации о переживаемом стрессе, напряжении от одного партнера к другому), поддерживающий диадический копинг личный и партнера (измеряет копинг-действия, направленные на оказание поддержки партнеру, проявление понимания по отношению к нему и участие в разрешении проблем партнера), делегированный диадический копинг личный и партнера (измеряет копинг-действия, связанные с разделением ответственности за дела с целью уменьшения стресса у партнера), негативный диадический копинг личный и партнера (измеряет копинг-действия, включающие обвинение партнера, отдаление от него и проявление равнодушия), общий диадический копинг личный и партнера (измеряет общее включение партнеров в совладание), общий диадический копинг (измеряет общую оценку копинг-действиям партнеров).

На основе данных, представленных в таблице 5, можно сделать вывод о том, что выраженность стратегий диадического копинга у испытуемых и русскоязычной, и иностранной выборки не различается. Однако несколько повышенные значения выявлены у русскоязычных испытуемых по частоте обращения к негативному личностному диадическому копингу и негативному диадическому копингу партнера. Вероятно, выявленная тенденция связана с реалиями жизни российской семьи, что требует дополнительной проверки в ходе дополнительного исследования.

 

Таблица 5

Общие показатели выраженности диадического копинга
на иностранной и русской выборках

Примечание. Mean — среднее значение; SD – стандартное отклонение

 

Подсчет согласованности шкал или внутренняя консистентность шкал проводился с помощью коэффициента альфа Кронбаха (все ли утверждения измеряют одно и то же явление?). Значения полученных коэффициентов α Кронбаха лежат в интервале 0,94 ≥ α ≥ 0,61 (табл. 6).

 

Таблица 6

Данные о внутренней согласованности по шкалам методики

 

Наши результаты показывают в целом удовлетворительную согласованность шкал. Автор опросника приводит коэффициент α Кронбаха в интервале 0,93 ≥ α ≥ 0,63. Известно, что минимально приемлемый уровень альфа в опросниках, измеряющих совладающее поведение как диспозицию или связанный с устойчивыми личностными качествами стиль, вроде CISS – КПСС, обычно равен примерно α = 0,65.

Безусловно, благодаря исследованию зарубежных методик на русскоязычной выборке, инструментарий для исследования совладающего поведения в семье пополняется популярными и распространенными в зарубежной психологии опросниками, что делает возможным более глубокое изучение семейного совладания. Мы отдаем себе отчет в том, что адаптируемые нами методики имеют определенные ограничения, а их адаптация для русскоязычной выборки в настоящее время продолжается.

Основные положения концепции семейного совладания

Таким образом, интеграция положений семейного системного подхода и концепций стресс-копинг процесса, данные собственного исследования, получившие отражение в настоящей статье, позволили нам обозначить следующие основные положения психологии семейного совладания.

1.   Совладающее поведение семьи выступает как механизм действования в ситуациях угрозы нарушения ее целостности. Оно является порождением элементами семейной системы.

2.   Совладающее поведение выступает ведущим механизмом в психологической защитной активности семьи. В структуре психологической защитной активности семьи представлена стилями регуляции, различающимися по уровням адекватности, логичности, согласованности, связанности, компенсаторности и соотношениями копинга и защит.

3.   Совладающее поведение характеризуется иерархической последовательностью выбора стилей и динамикой на разных этапах существования семьи. Изменчивость и пластичность совладания обеспечивает целостность семейной системы.

4.   Совладающее поведение имеет определенную структуру. Она согласована, связана, комплементарна и синергична. Имеет три формы совладания: индивидуальный, диадический, семейный (групповой) копинг.

5.   Основная системная функция — регуляционная и восстановительная.

6.   Качествами совладания группового (семейного) субъекта выступают: динамический порядок выбора стилей совладания — иерархия выбора от индивидуального стиля к совместным копинговым усилиям партнеров; общность — направленность копинг-поведения членов семьи на совместное разрешение трудностей; взаимодействие — объединение копинг-усилий каждого из членов семьи для достижения общего результата; согласованность копинг-усилий членов семьи в достижении общего результата для отдельно взятого члена семьи, так и семьи как целого; значимость копинг-усилий каждого партнера для благополучия другого партнера и их отношений; связанность с социальным контекстом семейной системы.

В заключение отметим, что развитие психологии совладающего поведения выступающей в качестве оптики, позволяет проводить анализ семьи как системы, её развития, динамики, структуры, ее изменений, изменения связей, компонентов, вкладов, и тех условий, факторов, за счет которых возможно сохранение этой системы как целого.

 

Литература

1.   Абитов И.Р. Антиципационная состоятельность в структуре совладающего поведения: в норме и при психосоматических и невротических расстройствах: автореф. дис. … канд. психол. наук. – Казань, 2007.

2.   Анцыферова Л.И. Личность в трудных жизненных условиях: переосмысливание, преобразование жизненных ситуаций и психологическая защита // Психологический журнал. – 1994. – Т. 15. – № 1. – С. 3-18.

3.   Куфтяк Е.В. Психология семейного совладания: автореф. дисс. … докт. психол. наук. – М., 2011.

4.   Куфтяк Е.В. Психология семьи: регуляция и защита. – Кострома: КГУ им. Н.А. Некрасова, 2011.

5.   Михайлова Н.Ф. Систематическое исследование индивидуального и семейного стресса и копинга у членов семей здоровых лиц: (В связи с задачами психодиагностики, психогигиены и психопрофилактики): автореф. дис. … канд. психол. наук. – СПб., 1998.

6.   Нартова-Бочавер С.К. «Coping Behavior» в системе понятий психологии личности // Психологический журнал. – 1997. – Т. 18. – № 5. – С. 20-30.

7.   Никольская И.М., Грановская Р.М. Психологическая защита у детей. – СПб. : Речь, 2000.

8.   Проблемы стресса и выгорания и совладание с ними в современном обществе / отв. ред.: А.Л. Журавлев, Е.А. Сергиенко. – М., ИП РАН, 2011.

9.   Сергиенко Е.А., Виленская Г.А., Ковалева Ю.В. Контроль поведения как субъектная регуляция. – М.: Институт психологии РАН, 2010.

10.   Эйдемиллер Э.Г., Добряков И.В., Никольская И.М. Семейный диагноз и семейная психотерапия. – СПб.: Речь, 2003.

11.   Ялтонский В.М. Копинг-поведение здоровых и больных наркоманией: дис. … докт. мед. наук. – СПб., 1995.

12.   Bodenmann G. Dyadic coping and its significance for marital functioning // Couples coping with stress: Emerging perspectives on dyadic coping / Eds. T. A. Revenson, K. Kayser, G. Bodenmann. – Washington : DC: American Psychological Association, 2005. – P. 33-49.

13.   Bowman M. L. Coping efforts and marital satisfaction measuring marital coping and its correlates // Journ. of Marriage and the Family. – 1990. – V. 52. – P. 463-473.

14.   Coyne J. C., Smith D. A. Couples coping with a myocardial infarction: a contextual perspective  on  wives’  distress // Journ.  Personal.  Soc. Psychol. – 1991. – Vol. 61 (3). – P. 404-412.

15.   Hobfoll S. E., Wells J. D., Lavin J. Resource loss, resource gain, and communal coping during pregnancy among women with multiple roles // Psychol. Women Q. – 1997. – V. 21 (4). – P. 645-662.

16.   Lazarus R. Emotion and Adaptation. – N.Y.: Oxford University Press, 1991.

17.   Lazarus R. Emotions and interpersonal relationships: toward a person-centered conceptualization  of  emotions  and  coping // Journ. of Personality. – 2006. – V. 74 (1). – P. 9-46.

18.   McCubbin H. I., Pallerson J. M. The family stress, process: double ABCX model of adjustment and adaptation // Social stress and the family / Eds. H.I. McCubbin, M.B. Sussman. and J. M. Patterson. – New York: The Hayworth Press Inc., 1983. – P. 7-38.

19.   O’Brien T. B., DeLongis A. Coping with chronic stress: an interpersonal perspective // Coping with chronic stress / Ed. by B. H. Gottlieb. – N.Y. : Plenum, 1997. – P. 161–190.

20. Reiss D. Oliveri M. E. Family paradigm and family coping: a proposal for linking the family's intrinsic adaptive capacities to its responses in stress / Family Relattons. — 1980. – V. 29. – P. 131-444.

 

 

Ссылка для цитирования

УДК 159.9:316.356.2

Куфтяк Е.В. Концепция семейного совладания: основные положения [Электронный ресурс] // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. — 2012. – N 5 (16). – URL: http://medpsy.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] — дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

 

В начало страницы В начало страницы

ОБОЗРЕНИЕ ПСИХИАТРИИ И МЕДИЦИНСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

им. В.М. Бехтерева


Попов Ю.В., Пичиков А.А. Особенности суицидального поведения у подростков (обзор литературы)


Емелина Д.А., Макаров И.В. Задержки темпа психического развития у детей (обзор литературных данных)


Григорьева Е.А., Хохлов Л.К. К проблеме психосоматических, соматопсихических отношений


Деларю В.В., Горбунов А.А. Анкетирование населения, специалистов первичного звена здравоохранения и врачей-психотерапевтов: какой вывод можно сделать о перспективах психотерапии в России?

Серия 16

ПСИХОЛОГИЯ

ПЕДАГОГИКА


Щелкова О.Ю. Основные направления научных исследований в Санкт-Петербургской школе медицинской (клинической) психологии

Cамые читаемые материалы журнала:


Селезнев С.Б. Особенности общения медицинского персонала с больными различного профиля (по материалам лекций для студентов медицинских и социальных вузов)

Панфилова М.А. Клинический психолог в работе с детьми различных патологий (с задержкой психического развития и с хроническими соматическими заболеваниями)

Копытин А.И. Применение арт-терапии в лечении и реабилитации больных с психическими расстройствами

Вейц А.Э. Дифференциальная диагностика эмоциональных расстройств у детей с неврозами и неврозоподобным синдромом, обусловленным резидуально-органической патологией ЦНС

Авдеева Л.И., Вахрушева Л.Н., Гризодуб В.В., Садокова А.В. Новая методика оценки эмоционального интеллекта и результаты ее применения