Вернуться на главную страницу
О журнале
Научно-редакционный совет
Приглашение к публикациям
Предыдущие
выпуски
журнала
2012 № 4(15)
2012 № 3(14)
2012 № 2(13)
2012 № 1(12)
2011 № 6(11)
2011 № 5(10)
2011 № 4(9)
2011 № 3(8)
2011 № 2(7)
2011 № 1(6)
2010 № 4(5)
2010 № 3(4)
2010 № 2(3)
2010 № 1(2)
2009 № 1(1)

Андрей Евгеньевич Личко — реформатор и консерватор в психоневрологии в одном лице (воспоминания ученика)

Эйдемиллер Э.Г. (Санкт-Петербург)

 

 

Эйдемиллер Эдмонд Георгиевич

–  член научно-редакционного совета журнала «Медицинская психология в России»;

–  доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой детской психиатрии, психотерапии и медицинской психологии ГБОУ ВПО «Северо-Западный государственный медицинский университет имени И.И. Мечникова».

E-mail: eidemiller_mapo@mail.ru

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

Я познакомился с А.Е. Личко в 1970 г. Поводом моего обращения к нему было желание поступить в клиническую ординатуру. Когда я представился, он воскликнул громким голосом: «Судя по фамилии, Вы — немец!». Далее он сказал, что он живет на Васильевском острове, на набережной Макарова. И что до войны Васильевский остров называли — Немецким.

Э.Г. Эйдемиллер на набережной адмирала Макарова в Санкт-Петербурге, возле дома,
в котором жил А.Е. Личко. Коммунальная квартира Личко находилась на втором этаже,
над аркой (там, где балкон)

 

В те годы фамилия «Эйдемиллер» у многих чиновников вызывала подозрение — не является ли этот Эйдемиллер евреем.

Андрей Евгеньевич поделился своими планами о создании первого в СССР отделения подростковой психиатрии. Он сказал, что берет меня в клиническую ординатуру по детской и подростковой психиатрии. Для меня это предложение было и почетным, и неожиданным. Я себя идентифицировал как взрослого психиатра, и откровенно испугался перспективой стать детским и подростковым специалистом. Но Андрей Евгеньевич меня успокоил, сказав, что в документе об окончании будет написана специальность — «психиатрия».

Отделение подростковой психиатрии

 

Тогда я полюбопытствовал, из-за чего он хочет стать подростковым психиатром? Личко спросил: «Вам какой ответ дать, серьезный, или шутливый?»

Мой ответ был, что оба.

Серьезный ответ состоял в том, что никто в Советском Союзе не занимался углубленным изучением психики подростков. Шутливый ответ: «Те, кто работает с детьми и подростками, сохраняет в себе свою молодость». И надо сказать, что если в этот момент Андрей Евгеньевич был одет старомодно, то после того, как было открыто отделение подростковой психиатрии в психиатрической больнице № 3 имени Скворцова-Степанова, он преобразился. Личко стал носить очень красивый приталенный пиджак фирмы BIDERMAN и необыкновенно модный по тем временам широкий галстук.

Когда я, спустя год, заказывал себе костюм в ателье имени Н.К. Крупской, самом модном ателье Ленинграда, то сказал портному, что хочу костюм, как в фирме BIDERMAN.

Еще при первом знакомстве с Андреем Евгеньевичем меня поразила его устная речь. Личко говорил экспрессивно, с использованием примеров, цитат из литературы и метафор. Он был очень начитанным человеком, любил стихи М. Цветаевой. Более сдержанно оценивал А. Ахматову. Цитировал по памяти многие стихотворения Ф. Тютчева, А. Блока.

Главной житейской и научной ценностью для Андрея Евгеньевича был поиск «золотой середины». Приведу в связи с этим разговор с ним Юрия Львовича Нуллера, профессора Психоневрологического института им. В.М. Бехтерева, работавшего в то время над докторской диссертацией по лечению эндогенных депрессий.

Нуллер: «Понимаешь, Андрей, я в растерянности. Когда я читаю много литературы, то перестаю думать и предлагать что-то свое. Когда я читаю мало, у меня появляется ощущение, что я чего-то не знаю и что-то не могу сделать». — Ответ Андрея Евгеньевича: «Юра, читай средне».

И это было лейтмотивом всей его профессиональной и личной жизни — стремиться к «золотой середине». Правда, за это его критиковали. Известный гериатрический психиатр профессор Ефим Соломонович Авербух говорил: «Конечно, нужно стремиться к золотой середине во всем, но только Андрей Евгеньевич знает, как ее достигнуть».

В то время заканчивалась научная дискуссия о расширительной и ограничительной диагностике шизофрении. Андрей Евгеньевич признавал «золотой серединой» в этом споре сближение концепции академика А.В. Снежневского и концепции реабилитации психически больных директора Психоневрологического НИИ им. Бехтерева М.М. Кабанова. Он старался соединить в них самое лучшее.

С позиции современной психиатрии, психотерапии и медицинской психологии можно сказать, что это было развитие идей психоневрологии В.М. Бехтерева, которое в настоящее время называется биопсихосоциальной парадигмой R. Engel.

Далее я позволю себе привести биографические данные об А.Е. Личко [1].

 

Андрей Евгеньевич Личко родился в 1926 году, в городе Луга Ленинградской области. После окончания Владимирской фельдшерско-акушерской школы он стал студентом 1-го Ленинградского медицинского института им. академика И.П. Павлова, а затем — аспирантом психиатрического сектора Института физиологии им. И.П. Павлова АН СССР. Его кандидатская диссертация была посвящена нарушениям высшей нервной деятельности при инфекционных психозах.

В 1954 А.Е. Личко стал сотрудником группы академика Леона Апгаровича Орбели  и под его руководством сформировался как оригинальный мыслитель и исследователь. В 1956 г. при открытии Института эволюционной физиологии им. И.М. Сеченова АН СССР он был назначен его ученым секретарем, сделав впоследствии в этом институте блестящую карьеру. Он много сделал для разработки дифференцированной для разных категорий больных программы инсулинокоматозной терапии. За монографию «Инсулиновые комы» (М., Л.: Изд. АН СССР, 1962. — 260 с.) ему была присуждена ученая степень доктора медицинских наук. Благодаря этой книге, я, будучи интерном в Республиканской психиатрической больнице Марийской АССР, стал проводить инсулинокоматозную терапию психически больным.

В 1966 года Личко был назначен заместителем директора по научной части Психоневрологического института им. В.М. Бехтерева и в этой должности проработал до конца своей жизни.

Скончался А.Е. Личко летом 1994 года после тяжелой и продолжительной болезни в областной клинической больнице Санкт-Петербурга.

 

Сообщение Андрея Евгеньевича о том, что он организует первый в нашей стране научный коллектив по изучению проблем подростковой психиатрии, открывает отделение подростковой психиатрии, разрабатывает патохарактерологический диагностический опросник для подростков (ПДО), удивило и воодушевило меня.

В то время существовало противостояние двух школ — патопсихологии Блюмы Вульфовны Зейгарник в Москве и зарождающейся медицинской психологии в Ленинграде, которую отличало внимание к клинической психодиагностике, стремление к изучению личности с помощью опросников и проективных методик. Трудно себе представить, что врач, который долгое время работал, основываясь на биологических теориях функционирования головного мозга, не только сделал смелый шаг в сторону психологии, но также взялся за разработку одного из первых отечественных опросников, который активно используется и в настоящее время.

В 1970 г. мы познакомились с рецензией профессора Эрика Якобовича Штернберга на монографию Карла Леонгарда «Акцентуированные личности». Обсуждение этой публикации вызвало у всех сотрудников отделения подростковой психиатрии живой интерес.

Вспоминаю такой случай. Андрей Евгеньевич проводил клинический разбор подростка с нарушением поведения. У каждого, кто принял участие в дискуссии было смутное ощущение, что это не психопатия, но в то же время и не вариант нормы. Заведующая отделением Лия Борисовна Богдановская сказала: «Ну, кто он такой, кто его знает… Вообщем, акцентуант какой-то.»

Надо было видеть реакцию А.Е. Личко! Он сразу понял, что этот термин окажется наиболее востребованным для описания и определения крайних вариантов нормы.

На основе классификации типов психопатий Петра Борисовича Ганнушкина А.Е. Личко создал собственную классификацию акцентуаций характера у подростков. Как я уже раньше говорил, он обладал богатым, образным литературным языком. Портреты акцентуантов, созданные им, были настолько живыми и яркими, что позволяли лучше понимать переживания этих подростков

В то время ленинградские психиатры, диагностируя те или иные нарушения у психически больных, старались не стигматизировать их (хотя в то время такого термина еще не было). Например, я предлагал Андрею Евгеньевичу такой вариант диагноза — «транзиторные нарушения поведения на фоне такой-то акцентуации, обусловленные семейной дисфункцией».

Использование термина «акцентуация» было тем более оправданным, что в ряде катамнестических исследований было показано, что некоторые подростки с диагнозом «психопатия» оказывались вполне адаптированными, когда становились взрослыми. Кроме того, диагноз «психопатия», освобождая от службы в советской армии, закрывал молодым людям путь в некоторые вузы, режимные предприятия, на корабли торгового и рыбного флотов.

Ближе к середине 70-х годов у меня начало формироваться противоречивое отношение к избранной А.Е. Личко концепции акцентуаций характера. В дальнейшем для себя это противоречие я назвал «реформатор и консерватор в одном лице». Дело в том, что Андрей Евгеньевич считал, что тип акцентуации определяет все многообразие эмоционально-поведенческих реакций человека. Например, если подросток курит крепкие папиросы, пьет водку и любит кошек, то в сочетании с другими признаками дезадаптации он обязательно определялся, как эпилептоид.

Попытки мои и других сотрудников доказать Андрею Евгеньевичу, что надо также учитывать неосознаваемые мотивы поведения, особенности интеллекта, воспитания, зависимость от социальной среды, — во внимание им не всегда принимались.

Могу вспомнить смешную историю.

Застолье коллег. Андрей Евгеньевич с интересом смотрит на одного из гостей и с изумлением говорит: «Нет, подумать только, эпилептоид, вместо того чтобы злиться, смеется и шутит!»

В настоящее время общепризнано, что Личко внес существенный вклад в развитие медицинской психологии, особенно психологической диагностики и патохарактерологии. Разработанный под его руководством патохарактерологический диагностический опросник ПДО, предназначенный для оценки психопатий и акцентуаций характера у подростков, получил широкое признание. Вместе с тем, Андрей Евгеньевич испытывал большие трудности, внедряя ПДО в практику. Упреки в его адрес были следующими: 1. Почему, вместо того, чтобы прямо отвечать на каждый вопрос «да» или «нет», испытуемый может выбрать от одного до трех ответов, или вовсе отказаться отвечать на вопросы данной темы? 2. Каждая тема в опроснике обозначена, например, «Отношение к родителям», «Отношение к друзьям» и пр. Психологи говорили, что такие обозначения формируют установочные реакции испытуемых. 3. В опроснике отсутствует шкала лжи, что снижает надежность результатов.

Эти замечания в какой-то мере были конструктивными, но одновременно эмоциональный подтекст замечаний был недоброжелательным, в нем порой сквозила зависть.

В середине 70-х годов состоялась научная дискуссия, посвященная возможности использования ПДО в психодиагностике. Большинство выступавших психологов и психиатров заняли негативную позицию и активно критиковали опросник. Психиатры говорили, что вообще никакие опросники в психиатрии неуместны. Психологи не верили в валидность и надежность опросника. Андрей Евгеньевич сидел бледный, подавленный, с трудом нашел в себе силы сделать заключительное сообщение. В защиту опросника выступили только Модест Михайлович Кабанов, Борис Дмитриевич Карвасрский и автор этих строк, тогда аспирант А.Е. Личко.

В своем выступлении я рассказал, что использую опросник не только для аутоидентификации подростков, но также для создания портретов родителей подростками и портретов подростков — родителями. Тогда мы еще не знали, что эта процедура, предложенная также А.Е. Личко, в будущем будет называться «исследование прогностической эмпатии». Я, находясь в состоянии сильной тревоги и страха, обратился к аудитории с вопросом: «Как быть с результатами взаимооценок, когда родители больных шизофренией достоверно чаще, чем родители других подростков, выбирают определенные ответы, которые являются проекцией их собственных нежелаемых качеств на больных детей? Разве можно проигнорировать такой факт, если эта информация позволяет выдвинуть новые гипотезы о происходящем в семьях?»

Это мое высказывание в какой-то мере переломило ход дискуссии в позитивную сторону.

Еще один сложный момент, связанный с опросником ПДО, произошел на одном из научных заседаний в Институте судебной медицины имени В.П. Сербского. Выступил Владимир Николаевич Мясищев и сказал, что по данным опросника ПДО больше 60% советских подростков являются конформными, то есть конституционально глупыми по П.Б. Ганнушкину. Шок, вызванный этим сообщением, побудил А.Е. Личко внести изменения в опросник. Это привело к тому, что ПДО сейчас вообще не диагностирует конформный тип акцентуации характера и определяет только степень конформности.

Историю с созданием и апробацией опросника можно использовать для характеристики Андрея Евгеньевича и как реформатора, и как консерватора. Его консерватизм проявлялся также в том, что, безусловно веря в свой опросник, он в то же время с недоверием относился к другим психологическим методикам, таким как, тест интеллекта Векслера, проективные тесты, а также современным методам статистической обработки данных.

А.Е. Личко задался благородной целью дестигматизации психических расстройств у подростков. Для этого им было создано в стенах института имени Бехтерева амбулаторное отделение подростковой психиатрии, в котором подростки могли зарегистрироваться анонимно, приходить по желанию с родителями или без них. Учитывалось согласие подростков посылать или не посылать медицинские сведения в психоневрологические диспансеры по их  месту жительства.

Такая организационная форма была обусловлена тем, что углубленное изучение Андреем Евгеньевичем вялотекущей шизофрении в подростковом возрасте позволило ему определить, что нередко госпитализации подростков в психиатрический стационар были обусловлены не только и не столько обострением самого заболевания, но также дефицитом родительского внимания и неумелой тактикой ведения больных участковыми психиатрами.

Личко первым в СССР заявил, что больные вялотекущей шизофрении не нуждаются в длительной поддерживающей медикаментозной терапии.

Таким образом, разрабатывая актуальные вопросы психиатрии подросткового возраста, А.Е. Личко развил ряд оригинальных концепций, касающихся не только акцентуаций характера у подростков и специфических подростковых поведенческих реакций, но также эндореактивных психозов у подростков. Итоги этих исследований представлены в монографии «Психопатии и акцентуации характера у подростков» (1-е издание в 1977 г., 2-е в 1983 г.) и руководстве «Подростковая психиатрия» (1-е издание в 1979 г., 2-е — в 1985 г). За монографию о психопатиях А.Е. Личко был удостоен Почетного диплома им. В.М. Бехтерева АМН СССР. Эти книги, а также «Шизофрения у подростков», «Подростковая наркомания» широко известны среди психиатров страны.

А.Е. Личко — автор около 200 научных трудов. Он известен также активным участием в дискуссиях по актуальным вопросам психиатрии. Андрей Евгеньевич принимал активное участие в возрождении журнала «Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В.М. Бехтерева». Кроме того, был автором популярных статей в журналах «Наука и религия», «Здоровье», «Юность» [1]. Особенно он гордился книгой очерков «Эти трудные подростки», изданной в 1983 году Лениздатом.

Научные и научно-популярные работы, написанные А.Е. Личко, с интересом и пользой изучали и изучают не только специалисты, но также все, кто интересуется вопросами психиатрии и психологии.

К психотерапии, особенно групповой, Личко относился двойственно. Групповую психотерапию он часто называл «душевным стриптизом». Предупреждал, подчас необоснованно, что некоторым акцентуантам групповая психотерапия противопоказана. И, в то же время, именно в своем отделении он стимулировал проведение разных моделей групповой психотерапии с подростками.

Ученики А.Е. Личко Э.Г. Эйдемиллер и В. Юстицкис —
соавторы первой в СССР монографии по семейной
психотерапии и знаменитой монографии
«Психология и психотерапия семьи» (январь 2008)

А.Е. Личко, также как и В.Н. Мясищев, верил, что настоящая психотерапия может быть только индивидуальной. При всем этом, моему знакомству и творческому сотрудничеству с Викторасом Юстицкисом способствовал интерес Андрея Евгеньевича к семейным взаимоотношениям и разработкам в области семейной психотерапии. Под руководством А.Е. Личко я защитил в 1976 году кандидатскую диссертацию «Взаимоотношения в семьях подростков с психопатиями и психопатоподобными расстройствами».

Всего под руководством А.Е. Личко было подготовлено и защищено 18 кандидатских и 4 докторских диссертаций. Длительное время он был экспертом ВАКа.

А.Е. Личко любил общаться с молодежью. Его лекции-семинары, проводимые на школах молодых психиатров СССР, были самыми посещаемыми. На них собиралась не только молодежь, но и известные психиатры. С большим восторгом они до сих пор вспоминают его занятия по возрастной психопатологии, подростковым суицидам, наркоманиям у подростков.

А.Е. Личко был очень эрудированным человеком, великолепно знал историю. Написанные им патографии императора Павла 1, А.Ф. Керенского, И.В. Сталина, А. Гитлера до сих пор привлекают внимание широкого круга читателей. Андрей Евгеньевич с удовольствием проводил экскурсии для своих коллег и гостей по памятным местам Ленинграда-Санкт-Петербурга. От Андрея Евгеньевича я впервые узнал, что дом, находящийся напротив окон комнаты его матери, принадлежал фавориту императрицы Анны Иоанновны Бирону.

Вид из окна комнаты матери А.Е. Личко на Малую Неву и «Дворец Бирона»

 

Еще одна грань, иллюстрирующая, как в одной личности столкнулись и связались реформаторские и консерваторские тенденции, — это любовь к литературе и искусству. Личко очень любил драму, но постановки — только классические, к авангарду относился отрицательно. Обожал балет, следил за жизнью и карьерой любимых артистов, но предпочтение, опять же, отдавал классике. При страстной любви к литературе довольно сдержанно относился к живописи.

Однажды мы спросили его, каких художников он любит больше всего. Каждый из нас внутренне ожидал, что ответ будет — или Ван Гог, или Сезанн, или кто-то из импрессионистов, которыми все тогда увлекались. То, что мы услышали, огорошило: «Я люблю Шишкина…»

В то время мы не знали, что у И.И. Шишкина были как «мертвые», так и немногочисленные «живые картины».

А.Е. Личко всю свою жизнь тяжело болел, но находил в себе силы справляться с недугами. И здесь проявилось его стремление к «золотой середине» — сочетание принятия факта болезни, ответственного отношения к лечению и необходимости творческой работы (либо на своем рабочем месте, либо в постели).

Сочетание широты взглядов с четкостью и яркостью их изложения сделало А.Е. Личко одним из самых авторитетных психиатров страны, который при жизни, к сожалению, не получил должного признания. Как одна его тенденция, реформаторство, так и другая, консерватизм, лично мне помогали спорить с ним, с самим собой, расти и развиваться, за что я Андрею Евгеньевичу благодарен.

 

Литература

1.  Ведущие ученые Психоневрологического института им. В.М. Бехтерева: Антология / Акименко М.А., Вид В.Д., Коцюбинский А.П., Попов Ю.В. / под общей ред. Н.Г. Незнанова. – СПб: Изд. ин-та им. В.М. Бехтерева, 2007. – 425 с.

 

 

Ссылка для цитирования

УДК 159.9(092)

Эйдемиллер Э.Г. Андрей Евгеньевич Личко — реформатор и консерватор в психоневрологии в одном лице (воспоминания ученика) [Электронный ресурс] // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. – 2012. – N 5 (16). – URL: http://medpsy.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

 

В начало страницы В начало страницы

ОБОЗРЕНИЕ ПСИХИАТРИИ И МЕДИЦИНСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

им. В.М. Бехтерева


Попов Ю.В., Пичиков А.А. Особенности суицидального поведения у подростков (обзор литературы)


Емелина Д.А., Макаров И.В. Задержки темпа психического развития у детей (обзор литературных данных)


Григорьева Е.А., Хохлов Л.К. К проблеме психосоматических, соматопсихических отношений


Деларю В.В., Горбунов А.А. Анкетирование населения, специалистов первичного звена здравоохранения и врачей-психотерапевтов: какой вывод можно сделать о перспективах психотерапии в России?

Серия 16

ПСИХОЛОГИЯ

ПЕДАГОГИКА


Щелкова О.Ю. Основные направления научных исследований в Санкт-Петербургской школе медицинской (клинической) психологии

Cамые читаемые материалы журнала:


Селезнев С.Б. Особенности общения медицинского персонала с больными различного профиля (по материалам лекций для студентов медицинских и социальных вузов)

Панфилова М.А. Клинический психолог в работе с детьми различных патологий (с задержкой психического развития и с хроническими соматическими заболеваниями)

Копытин А.И. Применение арт-терапии в лечении и реабилитации больных с психическими расстройствами

Вейц А.Э. Дифференциальная диагностика эмоциональных расстройств у детей с неврозами и неврозоподобным синдромом, обусловленным резидуально-органической патологией ЦНС

Авдеева Л.И., Вахрушева Л.Н., Гризодуб В.В., Садокова А.В. Новая методика оценки эмоционального интеллекта и результаты ее применения