Сеченов И.М.

 

Вернуться на главную страницу
О журнале
Редакционный совет
Приглашение к публикациям

Клинико-психологическое и социально-психологическое консультирование: общее и специальное

Арпентьева М.Р. (Калуга, Россия)

 

 

Арпентьева Мариям Равильевна

Арпентьева Мариям Равильевна

–  доктор психологический наук, доцент, старший научный сотрудник кафедры психологии развития и образования; Калужский государственный университет им. К.Э. Циолковского, ул. Ст. Разина, 26, Калуга, 248023, Россия. Тел.: +7 (4842) 57-80-38.

E-mail: mariam_rav@mail.ru

 

Аннотация

Статья посвящена рассмотрению особенностей и проблем исследования клинико-психологического и социально-психологического консультирования как одной из основных технологий психосоциальной работы в России, включая проблемы определения и разработки единой концепции психологического консультирования, взаимоотношений клинико-психологического, социально-психологического и возрастно-психологического консультирования. Рассматриваются основные проблемы и тенденции развития клинико-психологического и социально-психологического консультирования как сфер человеческих отношений, сотрудничества и взаимопонимания.

Возрастно-психологическое консультирование и клинико-психологическое консультирование обращают особое внимание на роль биологических процессов и основ развития (биологические аспекты нормы и патологии). Консультирование в социальной работе и социально-психологическое консультирование обращают внимание на роль социальных процессов и основ развития человека (социальные аспекты нормы и патологии). Цель консультирования — помочь клиентам понять происходящее в их жизненном пространстве и осмысленно достичь поставленной цели на основе осознанного выбора при разрешении ими жизненных проблем и их психологических аспектов личностного и межличностного характера.

Проблемы, с которыми сталкиваются клиенты, могут быть охарактеризованы как проблемы, связанные преимущественно с нарушениями и затруднениями понимания социальных ситуаций, себя или окружающих людей в интимно-личностных, деловых и других видах отношений. Основные группы проблем клинико-психологического консультирования при этом сопровождаются, стимулируют и/или инициируются проблемами социально-психологического уровня. Продуктивное консультирование, как правило, направлено на расширение и углубление понимания, а также отношений с понимаемыми объектами.

Идеал консультативной помощи связан с радикальным конструктивным системным и стабильным внутренне и внешне направленным преобразованием понимания субъектов себя, других людей, проблемной ситуации и окружающего мира в целом, сопровождающимся перецентрацией понимания, его расширением и углублением. Эти параметры могут выступать как критерии помощи: чем больше критериев этого списка выполнено, тем более эффективной можно считать оказанную помощь и более значимым — связанное с нею изменение.

Потеря субъектом целостного понимания происходящего с ним и с другими людьми, существенное сужение категорий и аспектов осмысления понимаемого может быть результатом деструктивных тенденций в консультировании, в том числе травм и конфликтов в процессе общения с некорректным, непрофессиональным консультантом. Такая потеря также может быть необходимым эффектом, связанным с перецентрацией и фокусировкой: отсечением лишних, «зашумляющих» понимание аспектов. Вместе с тем такая потеря не может быть постоянной и не является целью консультирования: только целостное осмысление происходящего (соотнесение психосоматичеcких, нравственных и социальных компонентов нарушений) дает возможность исцеляющего выхода из консультативной ситуации.

Ключевые слова: клинико-психологическое консультирование; социально-психологическое консультирование; эдология; понимание.

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

Консультативная психология включает ряд областей; социально-психологическое консультирование существует наряду с возрастно-психологическим и клинико-психологическим консультированием, консультированием в социальной работе [2; 6; 9; 13; 20; 36]. Возрастно-психологическое консультирование предполагает психологическую помощь людям по поводу проблем, возникающих в ходе возрастного развития и обучения, использование в процессе помощи клиентам закономерности и психотехнологии, активизирующие механизмы возрастного развития.

Клинико-психологическое консультирование, во многом отождествляемое с психотерапией, предполагает психологическую помощь в связи с серьезными нарушениями функционирования и развития психических функций личности, использует в процессе помощи клиентам закономерности и технологии, активизирующие восстановительные (реабилитационные) процессы. Возрастно-психологическое консультирование и клинико-психологическое консультирование обращают особое внимание на роль биологических процессов и основ развития (биологические аспекты нормы и патологии).

Консультирование в социальной работе часто меняет фокусировку или включает ряд аспектов, рассматривая педагогические, психологические, юридические, экономические, медицинские сегменты проблем клиентов [5; 13; 20; 22; 36]. Социально-психологическое консультирование, нередко отождествляемое с концептом «консультирование», фокусируется на проблемах взаимоотношений человека с собой и миром, рассматривая эти отношения и как источник проблем, и как путь к их преодолению. Консультирование в социальной работе и социально-психологическое консультирование обращают внимание на роль социальных процессов и основ развития человека (социальные аспекты нормы и патологии).

Однако, с одной стороны, поскольку нарушения отношений, деформации социально-психологического уровня констатируются и в ситуации возрастных кризисов, и в ситуации психических нарушений, постольку можно говорить не просто о социально-психологическом консультировании, но о социально-психологическом подходе в консультировании. С другой стороны, психосоматические деформации и психические нарушения также неизбежно сопровождают нарушения социально-психологические, в том числе нарушения духовно-нравственного уровня и нарушения собственного социального уровня. Поэтому в большей мере социально-психологическим можно считать подход к рассмотрению разных видов консультирования: консультирование в разных сферах и по поводу разных видов проблем может быть рассмотрено как процесс построения и развития взаимоотношений.

Вместе с тем собственно социально-психологическое консультирование как эдологическая (помогающая) практика, сфера профессиональной деятельности, формируется на стыке двух других областей: медицинской помощи и психотерапии и социальной работы [2; 4; 6; 12; 15; 17]. Социально-психологическое консультирование предстает как сложное полиморфное явление, связанное с помощью разным группам клиентов в решении проблем их отношений с собой и миром: внутриличностного, межличностного, а также внутригруппового и межгруппового функционирования, развития и восстановления (абилитации и реабилитации).

Клиенты в контексте социально-психологического консультирования, в отличие от клинико-психологического консультирования и психотерапии, рассматриваются не как пациенты, страдающие от дисфункций психических процессов (деятельности) или даже органических причин их нарушений, нуждающиеся в помощи врача-психотерапевта, но как клиенты, стремящиеся исправить более или менее выраженные, осознанные, обширные и глубокие проблемы социально-психологического функционирования и развития, которые проявляются в отношении индивидуальных и групповых субъектов к самими себе и/или к окружающим их субъектам, миру в целом (на внутреннем или внешнем по отношению к личности или группе уровнях). Таким образом, клиенты могут стремиться уменьшить диссонанс или деформацию, восстановить гармонию и развивать себя и отношения с миром, реализуя себя и давая возможность реализоваться окружающим.

Что касается клинико-психологического консультирования и медицинской — собственно психотерапевтической — помощи, являющейся историческим источником социально-психологического и иных видов консультирования, то нужно отметить все большее обособление и, вместе с тем, тенденцию к экспансии социально-психологического подхода в теорию и практику клинического, психиатрического и психотерапевтического взаимодействия, а также экспансии социальной работы в теорию и практику медицины в целом, формирования социально-медицинской работы, в которой, как и в социально-педагогической работе, ведущим моментом является психологическое консультирование (краткосрочное или долгосрочное) [4; 6; 12; 15; 17; 30; 34]. Выполняя свои собственные задачи, социально-психологическое консультирование позволяет преодолеть усеченность диагностики и помощи (лечения) в медицинской психотерапии и психиатрии, для которых типичен клинический редукционизм — игнорирование социально-психологических факторов нарушений [1; 11; 15; 17; 23; 24; 25; 27; 28; 30; 37].

Насколько важен учет социально-психологических аспектов помощи людям, демонстрирующих те или иные признаки психических и психосоматических болезней, нарушений, а также социально-психологических затруднений (в том числе общую или парциальную социально-психологическую некомпетентность) во взаимоотношениях с обществом, людьми, самими собой, говорят современные концепции психосоматики, «антипсихиатрии» и целительства, противопоставляющие «объектному» подходу к человеку, его ограничениям и ошибкам преобразующий диалог. Это существенно расширяет круг проблем и клиентов, которым может быть оказана помощь, изменяет сам контекст, смысловые акценты, рассмотрения проблем клиентов.

Социально-психологическое консультирование характеризуется, таким образом, широкой ориентацией как групп проблем и клиентов, которым оказывается помощь, так и парадигм помощи и лежащих в их основе эпистемологических оснований. Рассмотрение различных проблем и работа с самыми разными группами клиентов предполагает выход за пределы ситуации индивидуальной жизнедеятельности, ее рассмотрение в широком социальном контексте. С социально-психологической точки зрения трудные ситуации, становящиеся причинами страданий клиентов, включают внутриличностные, межличностные и межгрупповые социально-психологические конфликты и нарушения, возникающие в связи с рядом проблем [2; 14; 31]:

1)

макросоциальные кризисные стрессовые ситуации, связанные с катастрофами, терактами, войнами, стимулирующие возникновение трансординарных нарушений типа «вины выжившего», «стокгольмского синдрома», посттравматических стрессовых расстройств;

2)

социальное насилие, столкновение человека с частной и государственной преступностью, активизирующие нарушения, связанные с переживаниями социального каннибализма, беззащитности и отсутствия контроля, опыта рабства и виктимизации;

3)

проблемы и конфликты религиозно-нравственных и межкультурных отношений, активизирующие нарушения, связанные с переживаниями отчуждения, агрессии, несправедливости, расовой, национальной и религиозной дискриминации;

4)

отклоняющееся поведение, преступность и правонарушения, активизирующие экзистенциальный кризис и нарушения, связанные с переживаниями агрессивной неудовлетворенности собой, миром, стремления отомстить миру и людям, «взять от жизни все»;

5)

терминальные заболевания и связанные с ними состояния (комы, изоляции и т.д.), переживание потерь близких людей, активизирующие нарушения понимания себя и мира, работу механизмов компенсации или восстановления (по поводу обратимых) и горевания (по поводу необратимых) потерь;

6)

инвалидность, хронические психосоматические и психические заболевания, алкоголизм и наркомания, активизирующие нарушения внутриличностного и межличностного функционирования, способствующие различного рода искажениям развития, в том числе инволюционные ресоматизации, психопатии и т.д., ставящие задачи поиска продуктивных защит и стратегий совладания с болезнями, исследования нужд и трансформации желаний;

7)

социально-экономическая нужда и бедность, безработица и профессиональная дезадаптация, активизирующие переживания, связанные с лишением доступа к реализации собственных ресурсов, сознательный или бессознательный отказ от связей с обществом и профессиональных отношений, включая феномены «дауншифтинга», создания симулякров, маргинализацию;

8)

сексизм как половая дискриминация и насилие, искажения гендерных и половых ролей и жизнедеятельности, активизирующие проблемы и переживания неудовлетворенности в семейной и профессиональной жизни, необходимость пересмотра семейных и родовых сценариев и опыта взаимоотношений;

9)

одиночество детей, взрослых, пожилых, их бездомность, отсутствие семьи или проблемы семейных взаимоотношений, разводов и т.д., активизирующие переживания по поводу невозможности подтверждения и разделения, связанные с отсутствием близости и изоляцией, невозможности понимания, помощи и изменений в себе и значимых (близких) других, побуждающие к поиску и пересмотру внутренних оснований жизнедеятельности;

10)

проблемы кризисов возрастного, личностного и духовного развития, «экзистенциальной фрустрации», межвозрастного взаимодействия, «эйджизма», взаимодействия групп, отличающихся по духовно-нравственным ориентациям;

11)

профессиональное консультирование, включая академическое консультирование и консультирование в различных профессиональных контекстах, например, политическом, управленческом и т.д., по поводу выбора профессии, обучения, функционирования и развития в организации и вне нее, нарушений взаимодействия профессионалов с организацией, клиентами;

12)

проблемы организационно-управленческого плана, коучинг нововведений и антикризисных, развивающих программ, сопровождение процессов управления карьерой и кадрами в организации и т.д.

Проблемы, с которыми сталкиваются клиенты, могут быть охарактеризованы как проблемы, связанные преимущественно с нарушениями и затруднениями понимания социальных ситуаций, себя или окружающих людей в интимно-личностных, деловых и других видах отношений, локализованные на ценностно-ролевых, смысловых и непосредственно интерактивных уровнях жизнедеятельности [3; 19; 21; 22; 29; 33; 34].

Это верно и для клинико-психологического консультирования, основные группы проблем которого центрированы вокруг следующих моментов:

1)

недоразвитие психическое и соматическое,

2)

дисфункции психические и соматические,

3)

нарушения и болезни психические и соматические.

Все эти моменты сопровождаются, приводят и/или инициируются, как отмечалось, проблемами социально-психологического уровня.

В итоге разные виды консультирования содержат больше сходств, чем различий: мы можем говорить о социально-психологическом, клинико-психологическом или личностно-психологическом взглядах на консультирование, о выделении практиками и теоретиками разных сторон консультирования. Однако само консультирование едино.

Цель консультирования — помочь клиентам понять происходящее в их жизненном пространстве и осмысленно достичь поставленной цели на основе осознанного выбора при разрешении ими жизненных проблем и их психологических аспектов личностного и межличностного характера [7; 26; 36].

Консультирование в целом включает ряд типичных ситуаций:

1)

информирование, осуществляемое по запросу клиента о конкретной проблеме или части социальной реальности, отражающее поиск клиентом направлений и мер преобразования трудной жизненной ситуации или ее фрагмента (на этапе ориентировки в проблеме);

2)

ситуации информирования, носящие периодический характер, осуществляемые в рамках поддержки клиента, переживающего трудную жизненную ситуацию в модусе активного совладания с нею (на этапе совладания с проблемой);

3)

ситуации консультирования, носящие характер долгосрочного взаимодействия, в том числе как ведущий компонент в программе длительного сопровождения клиентов на разных этапах коррекционно-развивающей работы, включая этапы ориентировки, совладания и разрешения проблемы;

4)

ситуации консультирования о выходе, которые время от времени возникают в практике взаимодействия с клиентом: на этапе разрешения проблемы клиенту может понадобиться более или менее длительное консультирование относительно феноменологии выхода из трудной жизненной ситуации (кризиса) и из консультативного запроса как такового.

Достижение и закрепление результата консультирования — одна из важнейших проблем теории и практики помогающего взаимодействия. Результат консультирования оценивается по двум параметрам: эффективность и продуктивность. Эффективность связана с достижением максимально выраженного результата (изменения) за минимальное количество времени и с использованием минимального количества иных затрат. Продуктивность связана с достижением действительно конструктивных для клиента и его жизнедеятельности, социума в целом изменений — в частности, разрешением кризисной жизненной ситуации, позволяющим клиенту и обществу функционировать на более высоком, чем до возникновения кризиса и в течение кризиса, уровне.

Обычно этот уровень описывается как состояние, в котором клиент способен оказывать помощь не только самому себе, но и другим людям: в этом случае часто говорят о формировании групп самопомощи и взаимопомощи, частью деятельности которой является консультирование клиентов, проходящих сходные изменения в жизнедеятельности. Кроме того, это уровень, связанный со способностью избегать повторения проблем, послуживших источником кризиса, а также некоторых иных проблем, потенциально угрожающих нормальному развитию субъекта.

Что касается эффективности, то она является внешним по отношению к ситуации консультирования показателем и может быть оценена по критериям, связанным как с обострением и углублением кризисной ситуации, так и с ее завершением. При этом такой параметр, как отсроченные результаты консультирования, более важен, если мы оцениваем его продуктивность. Наличие отсроченных результатов консультирования — еще один параметр продуктивности помощи: по нему с достаточной степенью уверенности можно оценить, действительно ли изменения, произошедшие в процессе помощи, а также усилия клиента и специалистов были значимыми.

Консультирование обладает весьма неочевидными эффектами продуктивности: то, что кажется существенным в процессе работы специалисту, может не восприниматься таковым клиентом и наоборот. Расхождения в оценке значимости помощи, однако, не препятствуют анализу изменений, особенно в их долговременной перспективе. Вместе с тем оценка долговременных результатов консультирования сама по себе сталкивается с тем, что за время жизни клиента с ним происходит множество иных событий, прямо не связанных с консультированием, но способных оказывать не меньшее как минимум влияние. Поэтому исследование отсроченных результатов необходимо осуществлять, рассматривая консультирование как один из факторов жизненных изменений клиента.

Важно также отметить, что хотя консультирование не претендует на само изменение, предоставляя скорее информационно-психологическую поддержку жизнедеятельности клиента, оно все же нацелено именно на преобразование — и как можно более выраженное продуктивное преобразование — его жизни. Кроме того, это преобразование в формате идей психологической помощи должно быть продуктивным как для клиента, так и для всего окружающего его сообщества. Консультант выступает как двойной агент, помогая соотнести интересы клиента и общества. Таким образом, консультант способен учесть интересы клиента и его модель продуктивных преобразований настолько, насколько это учитывает общество в данный историко-культурный период.

Имплицитно и имманентно существующий конфликт интересов субъекта и окружающего его сообщества в ситуации консультирования предстает как поиск продуктивного компромисса средствами продуктивной конфронтации между этими интересами и стоящими за ними смысловыми позициями. Информационно-психологическая поддержка клиента проясняет позиции участвующих в трудной жизненной ситуации сторон и помогает найти продуктивные контексты рассмотрения и примирения противоречий между индивидуальными и социальными интересами. Примирение и согласование помогают вносить новое как в практику консультирования, так и в практику взаимоотношений человека и общества, общественное развитие.

Современными исследователями показана необходимость создания культуры консультирования и жизнедеятельности, в которой клиент и консультант не «просто выполняют приказы» общества и иных людей, но совершают сознательный выбор, пытаясь гармонизировать отношения между людьми [2; 7; 26; 36].

Необходимость взаимосвязанных и взаимно поддерживающих друг друга внутренних и внешних изменений — залог продуктивности любой поддержки: без этого единства говорить о действительно значимом изменении невозможно. Внутренние изменение обеспечивают стабильность и разворачивание все новых изменений снаружи. Внешние изменения помогают и подтверждают осуществление изменений внутри. Их гармоничное единство — цель консультативной помощи в социальной работе как на этапе профилактики, так и на этапах совладания и завершающего осмысления происходящего с субъектом, переживающим трудную жизненную ситуацию.

Множество внутренних по отношению к субъекту результатов консультирования может быть классифицировано следующим образом:

1)

изменения отношений субъекта к миру и проблемной ситуации в целом, изменения миропонимания и понимания ситуации;

2)

изменения отношения субъекта к другим (конкретным) субъектам, изменения понимания значимых (в жизни в целом или в конкретной ситуации) других людей;

3)

изменения отношения субъекта к самому себе, изменения самопонимания.

В свою очередь три эти сферы изменений могут быть условно разделены на:

1)

изменения, связанные с расширением и углублением понимания, отношений или, напротив, с «оплощением» и усечением понимания;

2)

изменения, связанные с более или менее выраженной перецентрацией отношения и понимания, включая переосмысление жизни и ее компонентов, и оцененные как более или менее радикальные и продуктивные;

3)

изменения, носящие выраженный действенный характер, связанные с большим или меньшим преобразованием внутренней, личностной, или внешней, социальной жизни субъекта (оцененные как интра- и экстранаправленные);

4)

изменения, имеющие более или менее отсроченные последствия, больший или меньший спектр и устойчивость этих последствий в целом (оцененные как системные, парциально-фрагментарные или локальные, а также стабильные или неустойчивые).

Идеал консультативной помощи, как кажется, связан с радикальным конструктивным (продуктивным) системным и стабильным внутренне и внешне направленным преобразованием понимания субъектов себя, других людей, проблемной ситуации и окружающего мира в целом, сопровождающимся перецентрацией понимания, его расширением и углублением [3; 19; 21; 22; 29; 33; 34]. Эти параметры, однако, не обязательно должны характеризовать любое изменение или любую консультативную помощь. Вместе с тем они могут выступать как ее критерии: чем больше критериев этого списка выполнено, тем более в целом эффективной можно считать оказанную помощь и более значимым — связанное с нею изменение.

Продуктивное консультирование, как правило, направлено на расширение и углубление понимания, а также отношений с понимаемыми объектами, однако в некоторых случаях наблюдается — как более или менее постоянный эффект — потеря субъектом объемного видения происходящего с ним и с другими людьми, существенное сужение категорий и аспектов осмысления понимаемого. Это может являться как результатом деструктивных тенденций в консультировании, в том числе травм и конфликтов в процессе общения с некорректным, непрофессиональным консультантом, так и необходимым эффектом, связанным с перецентрацией и фокусировкой, — например, отсечением лишних, «зашумляющих» понимание аспектов. Особенно это заметно тогда, когда пришедший на консультацию клиент «накручивает себя», гиперболизируя угрозы, исходящие от личности или ситуации, сверх-обобщает, воспринимает свои страдания как совершенно уникальные и исключительно глубокие, обширные, а также исследует, вслед за кем-то из своего окружения, то, что не имеет к нему и его состоянию никакого отношения.

Изменения, носящие выраженный действенный характер, обычно являются очевидной задачей консультанта. Однако, с одной стороны, спешка в достижении «действенности» консультирования опасна: существенные внутри-личностные и межличностные изменения, в том числе их проявление в поведении и общении человека, являются подчас результатом длительной и развернутой смысловой переработки проблемной ситуации в диалоге консультанта и клиента с его окружением. Такого рода диалоги могут осуществляться и в процессе, и по окончании консультирования.

С другой стороны, отсутствие поведенческих изменений и изменений в общении клиента с окружающими людьми обычно свидетельствует об отсутствии серьезных изменений внутри него, его понимания себя и мира. Изменения, которые происходят в понимании клиента, имеют более или менее отсроченные последствия, а также больший или меньший спектр и устойчивость. Говорить о том, что локальные и парциальные изменения менее значимы, чем те, которые можно отнести к системным, неправомерно. Каждый клиент в своем поиске новых смыслов жизнедеятельности двигается в собственном ритме и по собственной дороге: консультант-фасилитатор помогает ему, но не форсирует изменений.

Неустойчивые изменения могут обозначать моменты переходов, в том числе к более значимым и более устойчивым трансформациям внешней и внутренней жизни клиента. Тем более, если речь идет о «негативных» парциальных краткосрочных изменениях, смысл которых может быть понят лишь в общем контексте завершенного процесса ценностно-смысловой трансформации личности, связанной с тем или иным изменением ее жизнедеятельности [2; 14; 31].

Оценка эффективности помощи по списку выделенных критериев, в связи с описанными выше аспектами неоднозначности в понимании происходящего в консультировании и в рассмотрении его результатов, не является, таким образом, абсолютной [2; 8; 10; 12; 16; 31; 32]. В любом случае она представляет собой в каждом отдельном эпизоде конкретную практическую задачу, решаемую специалистами по ходу консультирования, а также в процессе мониторинга общих проблем и результатов консультирования.

 

Литература

1.   Adams M. The myth of the untroubled therapist: private life, professional practice. – N.-Y.: Routledge, 2013. – 160 p.

2.   Arpentieva M.R. Psychological aspects of cancer // Social Science and Humanity. – 2016. – № 3. – P. 210–228.

3.   Bager-Charleson S. Reflective practice in counseling and psychotherapy. – N.-Y.: Learning Matters, 2010. – 192 p.

4.   Ballatt J., Campling P. Intelligent kindness: reforming the culture of healthcare. – N.-Y.: RCPsych Publications, 2011. – 224 p.

5.   Barker R.Z. Social work dictionary. – NASW, Silver Spring. Md., 1987. – 280 p.

6.   Bentall R.P. Doctoring the mind: why psychiatric treatments fail. – N.-Y.: Penguin, 2010, 384 p.

7.   Chaleff I., Zimbardo Ph. Intelligent disobedience: doing right when what you're told to do is wrong. – N.-Y.: Berrett-Koehler Publishers, 2015. – 240 p.

8.   Clarkson P., Wilson St. The therapeutic relationship. – N.-Y.: Wiley-Blackwell, 2003. – 300 p.

9.   Clinical effectiveness in psychotherapy and mental health: strategies and resources for the effective clinical governance / Eds. by P. Leroux, S. McPherson, Ph. Richardson. – N.-Y.: Karnac Books, 2003. – 128 p.

10.   Cormier L., Hackney H. The professional counselor. – Prentice Hall: PRT, 2013. – 320 p.

11.   De-Medicalizing misery: psychiatry, psychology and the human condition / Eds. by M. Rapley, J. Moncrieff, J. Dillon. – N.-Y.: Palgrave Macmillan, 2011. – 320 p.

12.   Deurzen van E., Adams M. Skills in existential counseling & psychotherapy. – N.-Y.: SAGE Publications Ltd, 2010. – 176 p.

13.   Doel M., Shardlow St. Social work practice. Exercises and activities for training and developing social workers. – Gower, UK, 1994. – 240 p.

14.   Eysenck M.W., Keane M.T. Cognitive psychology. – L., Hampshire: Psychological Press, Taylor&Francis Group, 2000. – 640 p.

15.   Feltham C. Critical thinking in counseling and psychotherapy. – N.-Y.: SAGE Publications Ltd, 2010. – 240 p.

16.   Finlay L. Phenomenology for therapists. – N.-Y.: Wiley-Blackwell, 2011. – 312 p.

17.   Freeth R. Humanizing psychiatry and mental health: the challenge of the person-centred approach. – N.-Y.: Radcliffe Publishing Ltd, 2007. – 200 p.

18.   Gopee N. Practice teaching in healthcare. – N.-Y.: SAGE Publications Ltd, 2010. – 208 p.

19.   Gopnik A., Wellman H. The theory theory // Mapping the mind / Eds. by A. Lawrence, S. Gelman, L. Hirschefeld. – L.: Cambridge univers, 1994. – С. 257–293.

20.   Herbert M. Psychology for social workers. – L.: Sage, 1993. – 230 р.

21.   Howard A. Philosophy for counseling and psychotherapy: pythagoras to postmodernism. – N.-Y.: Palgrave Macmillan, 2000. – 380 p.

22.   Kadushin A. Supervision in Social Work. – N.-Y.: Columbia University Press, 1992. – 260 р.

23.   Kinderman P.A prescription for psychiatry: why we need a whole new approach to mental health and wellbeing. – N.-Y.: Palgrave Macmillan, 2014. – 224 p.

24.   Kirsch I. The emperor's new drugs: exploding the antidepressant myth. – N.-Y.: Bodley Head, 2009. – 240 p.

25.   Moloney P. The therapy industry: the irresistible rise of the talking cure, and why it doesn't work. – N.-Y.: Pluto Press, 2013. – 264 p.

26.   Nelson B. The Psychoanalyst as Mediator and Double Agent // Roles and Paradigms  in  Psychotherapy /  Ed.  by  M.C. Nelson. – N. J.: Prentice-Hall, 1968. – P. 145–198.

27.   Paris J. Fads and fallacies in psychiatry. – N.-Y.: RCPsych Publications, 2013. – 124 p.

28.   Perlman H. Social case work: a problem solving process. – Chicago, 1957. – 120 р.

29.   Prochaska J.O., Norcross J.C. Systems of psychotherapy: A transtheoretical analysis. – Pacific Grove, CA: Brooks/Cole, 2010. – 624 p.

30.   Scott I., Spouse J. Practice Based Learning in Nursing, Health and Social Care: Mentorship, Facilitation and Supervision. – N.-Y.: Wiley-Blackwell, 2013. – 240 р.

31.   Teyber E. Interpersonal process in psychotherapy: A relational approach. – Pacific Grove, CA: Brooks/Cole, 1997. – 320 р.

32.   The art and science of psychotherapy / Eds. by St.G. Hofmann, J. Weinberger. – N.-Y.: Routledge, 2007. – 340 p.

33.   Therapy as social construction / Eds. by Sh. McNamee, K.J. Gergen. – N.-Y.: Sage, 1992. – 240 p.

34.   Therapy wars: Contention and convergence in differing clinical approaches / Eds. by N. Saltzman, J.C. Norcross. – San Francisco: Jossey-Bass, 1990. – 312 p.

35.   Wachtel P.L. Relational theory and the practice of psychotherapy. – N.-Y.: Guilford Press, 2010. – 338 p.

36.   Wittaker J. Social treatment: an approach to interpersonal helping. – Chicago: Aldine Transaction Publichers, 1974. – 270 p.

37.   Zastrow Ch. Introduction to social work and social welfare. – Belmont, 1993. – 220 p.

 

 

Ссылка для цитирования

УДК 159.9

Арпентьева М.Р. Клинико-психологическое и социально-психологическое консультирование: общее и специальное // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. – 2016. – N 5(40) [Электронный ресурс]. – URL: http://mprj.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

 

  В начало страницы В начало страницы

 

Портал medpsy.ru

Предыдущие
выпуски журнала

2016 год

2015 год

2014 год

2013 год

2012 год

2011 год

2010 год

2009 год