Никольская И.М.

 

Вернуться на главную страницу
О журнале
Редакционный совет
Приглашение к публикациям

Состояние благополучия женщины в период беременности

Творогова Н.Д., Кулешова К.В. (Москва, Россия)

 

 

Творогова Надежда Дмитриевна

Творогова Надежда Дмитриевна

–  доктор психологических наук, профессор, психотерапевт, руководитель отделения «Клиническая психология», заведующая кафедрой педагогики и медицинской психологии; федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сеченова Министерства здравоохранения Российской Федерации, ул. Трубецкая, д. 8, стр. 2, Москва, 119991, Россия.
Тел.: 8 (495) 688-52-61.

E-mail: n.tvorogova@gmail.com

Кулешова Ксения Владимировна

Кулешова Ксения Владимировна

–  кандидат психологических наук, доцент кафедры педагогики и медицинской психологии; федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сеченова Министерства здравоохранения Российской Федерации, ул. Трубецкая, д. 8, стр. 2, Москва, 119991, Россия. Тел.: 8 (495) 688-52-61.

 

Аннотация

В отличие от ставшего традиционным патоцентристского подхода, направленного на выявление факторов риска психосоматических заболеваний женщины в период беременности, препятствий на пути ее адаптивного развития в этот период, предлагаемое в статье исследование преимущественно нацелено на выявление факторов развития, в центре внимания которого — здоровая личность. Беременность рассматривается как период возможной самоактуализации и самореализации женщины, когда женщина может превзойти саму себя, открыть в себе новые возможности, что сопровождается, по терминологии А. Маслоу (2011), метаудовольствием.

Цель проведенного исследования — раскрытие содержания, направлений и факторов развития личности женщины в период беременности. Достижение цели обеспечено использованием комплекса взаимодополняющих методов: методы теоретического анализа, анкетирование, интервьюирование, наблюдение на рабочем месте, психодиагностические методики (тестирование, опросники, анализ самоотчетов). Эмпирической базой исследования послужила клиника акушерства и гинекологии Первого МГМУ им. И.М. Сеченова. Общий объем выборки — 569 женщин (369 беременных; 100 — после проведенного аборта; 20 — в послеродовом периоде; 80 женщин, для которых на период опроса тема беременности была неактуальной); все женщины по медицинским показателям отнесены к группе здоровых. Эмпирическое исследование состояло из трех этапов. Цели первого этапа: а) оценить качество жизни обследованных беременных женщин; б) выявить мнения женщин, сделавших аборт, в отношении причин, по которым они решили прервать беременность. Цель второго этапа: выявить дополнительные (к выявленным другими исследователями) факторы, влияющие на адаптивное развитие женщины в период беременности. Цель третьего этапа: выявить факторы здорового развития женщины в период беременности, влияющие на переживание женщиной метаудовольствия. Использован комплекс исследовательских процедур и методов. Каждая эмпирическая серия на каждом этапе начиналась с использования клинико-психологического метода, включающего психологическую беседу (интервью) и наблюдение (во время беседы и вне нее). Использовалась также стандартная методика первичного интервью Н. Пезешкиана. В зависимости от цели этапа эмпирического исследования, эмпирической серии были использованы следующие анкеты:

(а) анкета из 30 вопросов для анонимного опроса женщин, перенесших аборт (анкета разработана в филиале поликлиники № 97  г. Москвы);

(б) авторская анкета для определения социального статуса беременной женщины, материального положения ее семьи;

(в) авторская анкета, включающая перечень вероятных стрессогенных воздействий (составлен по результатам предварительного опроса беременных женщин) и позволяющая женщине оценить выраженность каждого из них в определенный триместр ее беременности.

Для решения поставленных задач в эмпирическом исследовании использовались следующие психодиагностические методики: Тест-опросник И.В. Добрякова для выявления нервно-психических нарушений у беременных женщин, Тест личностной идентичности Л.Б. Шнейдер, Самоактуализационный тест Э. Шострома, Тест смысложизненных ориентаций (СЖО) Д.А. Леонтьева, Методика измерения мотивации ведущих жизненных ценностей Е.Б. Фанталовой, Методика исследования самоотношения (МИС) С.Р. Пантелеева, Опросник для диагностики эмпатийных тенденций личности А. Меграбяна и Н. Эпштейна в переложении И.М. Юсупова, Методика оценки личностной и ситуативной тревожности Г.Д. Спилберга, адаптированная Ю.Л. Ханиным, Тест субъективного ощущения одиночества М. Фергюссона, Личностная шкала проявления тревоги Дж. Тейлор, опросник «Самооценка, активность, настроение» (САН, В.А. Доскин и др.), Характерологический опросник К. Леонгарда (только шкалы «Гипертимия», «Циклотимия», «Дистимия», «Тревожность», «Эмотивность»), Опросник структуры темперамента В.М. Русалова (ОСТ), Опросник уровня субъективного контроля Е.Ф. Бажина и др. (УСК), Опросник для определения депрессивных состояний Зунге в адаптации Т.И. Балашовой, Методика дифференциальных эмоций К. Изарда. В целях определения структуры параметров личностного самоопределения женщин исходные данные были подвергнуты факторному анализу методом главных компонент с последующим «Варимакс»-вращением. Число выделенных факторов определялось по критерию Кайзера. Для оценки значимости различий был использован непараметрический критерий Манна — Уитни, удобный для определения достоверности различий между несвязными выборками. Обработка данных производилась при помощи компьютерного статистического пакета программ (SPSS). В результате проведенного исследования получены следующие результаты:

1. Субъектный подход, послуживший методологической основой концепции развития личности женщины в период ее беременности, позволяет представить этот этап в жизни женщины как этап ее личностного самоопределения, выбора направления развития.

2. Развитие личности женщины (в зависимости от успешности решения ею стоящих перед ней задач) может осуществляться в одном из направлений, характеризуемых моделями соответственно здорового, адаптивного и дезадаптивного развития.

3. Выбор направленности развития личности женщины определяется ее готовностью к решению важнейших психологических задач этого периода: достижение материнской идентичности, принятие аффективно-смысловых перестроек своей личности, трансформация своих социальных ролей, обретение статуса зрелой личности.

4. Доказана принципиальная возможность здорового развития личности женщины в период беременности, которое характеризуется актуализацией позитивной личностной и материнской идентичности, высокой осмысленностью жизни, развитой иерархизированной системой ценностно-смысловых ориентаций, обеспечивающих возможность активной жизненной позиции и позитивного непротиворечивого самоотношения. Женщины, характеризуемые здоровым развитием, отличаются позитивным опытом межличностных отношений, высоким уровнем эмпатии, интересом к себе и другим, развитым жизненным опытом и, в целом, зрелостью личности.

5. Адаптивное развитие личности женщины, оставившей свою беременность (не сделавшей аборт), характеризуется недифференцированной структурой ценностно-смысловых ориентаций личности, недостаточной осмысленностью отдаленных жизненных перспектив, противоречивым неотрефлексированным самоотношением, сопряженным с общим негативным эмоциональным фоном, в котором превалирует тревожность, а также преобладанием статуса «моратория» личностной идентичности.

6. Здоровое и адаптивное развитие личности в период беременности характеризует разное качество жизни женщины в этот период, принципиально различный ее эмоциональный статус и, соответственно, различные риски течения беременности.

7. Дезадаптивное   развитие  личности  в  период  беременности, предполагающее произвольное прерывание этой беременности, выявляется у женщин, характеризуемых преобладанием утилитарных ценностей в их системе ценностно-смысловых ориентаций и внутренней позицией, проявляющейся в нежелании впустить образ будущего ребенка в свою внутреннюю жизнь.

Ключевые слова: психология здоровья; состояние благополучия; психоэмоциональное состояние.

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

Женский организм (как и мужской) — совершеннейшая физиологическая система, настроенная природой на здоровье [37]. Воспроизведение потомства — это реализация одной из ведущих биологических функций женского организма. Концепция безопасного материнства сформулирована в 80-х годах прошлого столетия Всемирной организацией здравоохранения как совокупность мероприятий, способствующих рождению желанных детей без отрицательного влияния на здоровье женщин. Этот подход закреплен в одном из основных принципов Алма-Атинской декларации ВОЗ-ЮНИСЭФ (1978); Оттавская хартия по укреплению здоровья (1986) определила основные приоритеты, среди них: развитие личностных навыков, направленных на укрепление здоровья, включая предоставление информации о факторах, влияющих на здоровье [10].

Психология здоровья

Индивидуальное здоровье в формулировке, предложенной экспертами Всемирной организации здравоохранения («состояние полного физического, душевного и социального благополучия, а не только отсутствие болезней и физических дефектов» — Устав ВОЗ), отражает целостное понимание человека. Это позитивное определение здоровья подчеркивает, что наряду с континуумом всевозможных патологий (их глубины) нужно изучать и континуум состояний здоровья, различные состояния благополучия (телесного, психического, социального) [11].

В современных исследованиях состояние полного физического благополучия подразумевает состояние свежести, бодрости, работоспособности и пр., а не только отсутствие каких бы то ни было неприятных, болезненных физических ощущений [63]. Социальное благополучие в зарубежных исследованиях оценивается успешностью физического, психического, социального и экономического функционирования ([64; 65] et al.); благополучие глубоко связано с качеством отношений человека с окружающими [44, с. 91]. Понятие психическое благополучие (psychological well-being, PWB) в понимании К. Рифф [67] — это объективная оснащенность необходимыми психологическими особенностями, позволяющими субъекту функционировать успешно. Используются и другие индикаторы психического благополучия [54], среди которых: а) отсутствие психиатрических симптомов; б) функциональная эффективность и выполнение индивидом требований социальной роли; в) рост и самоактуализация личности, преодоление жизненных трудностей, использование ценимых навыков и достижение ценностей-целей; г) субъективное благополучие (отражает самооценку, удовлетворенность жизнью, оценку степени удовлетворения актуальных потребностей) [39; 40; 41; 42].

Зарубежные исследования субъективного благополучия преимущественно ориентируются на переживаемые эмоциональные состояния. Общая цель нашего исследования (теоретического и эмпирического) — выявить факторы эмоционального состояния беременной женщины как одного из индикаторов ее психического благополучия/неблагополучия [13; 14].

Эмоции как индикатор субъективного благополучия

Эмоции являются связующим механизмом между психической и соматической сферой (доклад Комитета экспертов ВОЗ, 1965); от того, какие эмоции испытывает человек, во многом зависит его психическое и физическое состояние [48], верна и обратная связь. Каждое эмоциональное переживание характеризуется соответствующим нейрофизиологическим сопровождением. «Эмоции определяют качество нашей жизни» [46, с. 10), они могут сделать жизнь комфортнее или отравить ее. Позитивные эмоциональные состояния: счастье, удовлетворенность жизнью, психологическое благополучие, переживание потока, надежда, оптимизм, др. [68] — оказывают саногенное (оздоравливающее) влияние на физическое состояние.

В ряде исследований выявлены отчетливые различия в эмоциональной сфере лиц мужского и женского пола. У женщин эмоциональная сфера дифференцированнее и сложнее, чем у мужчин; при исследовании психоэмоционального благополучия [30] выявлено преобладание неблагополучия девочек по сравнению с «сильным» полом. Жизнь российской работающей женщины характеризуется высоким уровнем эмоционального напряжения [1].

Беременность для современной женщины является чрезвычайно значимым событием, требующим адаптироваться за короткий срок к изменениям в своем организме, к изменениям в своей социальной жизни. В результате анализа релевантной научной литературы нами выявлены факторы психоэмоционального состояния, отражающего благополучие/неблагополучие беременной женщины [13; 14; 16; 17; 18; 19]. Эти факторы нами разделены на 3 группы: а) факторы, связанные с состоянием женского организма; б) социальные факторы, в) психологические факторы [50; 51].

Наличие факторов риска свидетельствует, что женщина, скорее всего, в период беременности обречена испытывать преимущественно отрицательные эмоции (т.к. в это время ее подстерегает множество опасностей, неопределенностей, внутриличностных конфликтов; от нее требуется перестроить многие свои стереотипы — физиологические, психические, социальные, что сопровождается, как известно, по результатам исследования, проведенного академиком И. Павловым, отрицательными эмоциями).

Однако в последние десятилетия, наряду с указанным патоцентристским подходом (направленным на выявление факторов риска), все больше стал утверждаться саноцентристский подход, в центре внимания которого — ресурсы организма, психики, личности, общества [38]. Именно в рамках последнего подхода, опираясь на ВОЗовское определение здоровья, мы провели свое исследование здоровья беременных женщин.

Направления развития личности женщины в период беременности

По данным проведенного нами обзора научной литературы, беременность — это нормальный кризис, который присутствует у большинства женщин и приводит к резкой потере их психикой устойчивости, из него нет возврата в прошлое состояние, независимо от того, рождается ли в должный срок ребенок, случается ли выкидыш или делается аборт [47]; это и развивающий кризис [5], движение по направлению к новой роли наивысшей важности для развития женщины; это кризис, который может способствовать созреванию не только ее организма, но и ее личности. Как известно, «кризис» на китайском языке означает «открывающаяся возможность».

Построена [20; 55] модель направлений возможного развития женщины в период беременности с указанием факторов, на них влияющих. Рассмотрены следующие направления развития: 1) развитие «здоровое», 2) «адаптивное» развитие, 3) выход из состояния беременности (аборт). Если адаптивное развитие предполагает реализацию модели совладающего поведения, освобождающего женщину от трудного процесса личностной перестройки и самодетерминации, то развитие «здоровое» предполагает значимые перестройки ценностно-смысловых ориентаций личности, обусловленные актуализацией процессов личностного самоопределения. Беременность для женщины — это период стремительного развития самоидентичности, пересмотра ее границ [47]. Это напряженная внутренняя работа, сопровождающаяся примериванием на себя новой роли; выбирать рост — значит открыть себя новому, неожиданному опыту, рисковать оказаться в неизвестном.

Динамика личностных особенностей женщины в период беременности нами рассмотрена на фоне ее возрастных особенностей (все обследованные женщины находились в детородном возрасте). Первая, самая многочисленная группа участвовавших в опросе женщин (в возрасте от 20 до 30 лет) относится к ранней взрослости (начальному периоду зрелости); это период, когда можно достичь пика физической деятельности, способность к воспроизведению потомства в самом расцвете [12]. Главными задачами периода являются упрочение идентичности и установление близости [47]. Для этого возраста, при нормальном протекании процесса развития женщины, характерен процесс удовлетворения ею своих дефицитарных потребностей [Приводится по: 26]. Хронологически 2-я группа наших испытуемых (в возрасте от 40 до 44 лет) относится к средней взрослости (среднему возрасту). В этом возрасте физические способности достигают в своем развитии плато, хотя начинают отмечаться изменения эмоционального и физического характера, связанные с началом угасания деятельности половых желез. В сфере потребностей при нормальном протекании процесса развития на первый план выступает потребность в самоактуализации и самореализации, поскольку задачи выживания в основном уже решены [66]. У той женщины, которая решила в 40 лет оставить беременность и родить первого ребенка, образ жизни, опыт и переживания совсем не такие, как у той, которая родила рано [12; 33].

Беременность как возможность самоактуализации
и самореализации женщины

Беременность как актуализация возможностей женского организма может оказаться как конгруэнтной, так и неконгруэнтной уровню развития женской личности, что будет сказываться на ее психоэмоциональном состоянии как показателе уровня благополучия/неблагополучия.

Удовольствия, позитивные эмоциональные состояния беременной женщины, в контексте теоретической модели Маслоу А. [58; 59], могут порождаться как патологическими мотивами, удовлетворением патологических потребностей, так и здоровыми. Первые не являются «благими» [27], т.к. не приносят пользы ни самой женщине, ни развивающейся в ней новой жизни. Удовольствия, порождаемые удовлетворением здоровых потребностей, связаны с: а) мотивами роста; б) дефицитарными мотивами. С удовлетворением метапотребностей (потребности роста, бытийных потребностей) связаны метаудовольствия беременной женщины (высокое качество ее эмоциональных переживаний), что в контексте гуманистической психологии рассматривается как показатель здоровой, благополучной личности. Основной предпосылкой здорового развития личности является любовь, которая раздвигает границы «единственности». А. Маслоу [26] определил два вида любви взрослой личности: дефицитарная (исходит из стремления получить то, чего не хватает; это любовь, которая берет, но не дает) и бытийная.

В классификации потребностей А. Маслоу потребность в продолжении рода может быть отнесена к базовым потребностям женщины, а также и к потребностям роста, к бытийным потребностям, метапотребностям. Если беременная женщина является «развитой личностью в ее связях и отношениях с другими индивидами и с общественным целым» [23, с. 323], то ее потребность в продолжении рода можно отнести и к особой форме проявления потребности в самореализации (поскольку Д.А. Леонтьев рассматривает самореализацию как потребность, форму и результат деятельности развитой личности). Российская научная школа психологии доказала, что биологические потребности человека становятся (могут стать) благодаря фактору культурной детерминации специфически человеческими, культурными потребностями [21]. Беременность для женщины имеет шанс стать потребностью, формой и результатом (объективным и субъективным) не только реализации (на уровне организма), но и самореализации (на уровне личности) ее женской сущности. Осуществляя самореализацию, личность неизбежно определяет себя заново, перестает быть «себе-тождественным» [29, с. 148).

Психологи и психотерапевты экзистенциально-гуманистической ориентации именно самоактуализирующуюся, самореализующуюся личность считают личностью здоровой. С точки зрения А. Маслоу [27], жизнь в направлении самоактуализации означает сонастройку со своей собственной внутренней природой. Личность на определенных этапах своего жизненного пути переходит, по утверждению А.Г. Асмолова [2], от адаптивной модели своего развития к модели самоактуализации. Награда, которую за это личность получает, — переживание благополучия [27].

Однако, чтобы указанное стало возможным, женщине, узнавшей о своей беременности, необходимо успешно разрешить ряд фундаментальных экзистенциальных проблем этой стадии ее развития, связанных с самоопределением и самоидентификацией [57; 60].

Беременность как способ достижения гендерной идентичности

Здоровье любого человека в значительной мере связано с общей удовлетворенностью жизнью, которая в свою очередь связана с позитивной «Я»-идентичностью [8]. Традиционно распространение в научных исследованиях термина «идентичность» связывают с именем Эрика Эриксона (хотя он считал предшественниками своей концепции У. Джемса и З. Фрейда, а также Ч. Дарвина и К. Маркса). Понятие идентичности соотносимо для Э. Эриксона, прежде всего, с понятием непрекращающегося развития «Я» [47]. Один из способов решения проблемы идентичности — испытание различных ролей.

А. Ватерман считает, что формирование идентичности — не единичный акт, а серия взаимосвязанных выборов, посредством которых человек принимает свои личные цели, ценности, убеждения. Дж. Мид [9] считал, что при рождении человек не обладает идентичностью, она возникает как результат его социального опыта, взаимодействия с другими людьми. Развитие идентичности идет от неосознаваемой идентичности к осознаваемой. Человеческая жизнь предстает как путь преодоления различных по содержанию кризисов идентичности.

Гендерная идентичность — это особый вид социальной идентичности, сосуществующий в самосознании человека в единстве с представлениями о профессиональном, семейном, этническом, образовательном и тому подобном статусе. По мнению Р.В. Овчаровой [28], беременность, роды и материнство — это определенные ступени формирования зрелой женской идентичности, поскольку традиционно женщины обучены, что любовь и интимность, материнство являются оценкой их женственности; материнство продолжает считаться вершиной женственности. Женщина, добившаяся успехов в работе, но живущая без детей, без любви и брака, не может быть удовлетворенной, так как идеал женственности для нее недостижим [7]. Позитивная «Я»-идентичность — один из факторов психологического благополучия личности, здоровья женщины.

Материнство на высших эволюционных стадиях развития выделяется в самостоятельную потребностно-мотивационную сферу поведения [43]. Ее эволюционным назначением является обеспечение со стороны матери адекватной заботы о потомстве, что и является материнскими функциями. По мнению многих авторов (Ж. Годфруа, И. Кон, М. Мид, Э. Банинтер и др.), материнство не является полностью обеспеченным врожденными механизмами. Кросскультурные исследования показали, что материнское поведение и содержание эмоциональных переживаний и представлений о своей материнской роли весьма различны в разных культурах [45]. В современных условиях материнство занимает незначительное место в иерархии ценностей большого количества женщин; Т.В. Скрицкая [34] отмечает тенденцию изменения ценностных ориентаций в обществе в сторону гедонизма и индивидуализма. На успешность адаптации женщины к своей беременности влияет уровень ее готовности к материнству. Описаны шесть вариантов переживания беременности [43]: адекватный, тревожный, эйфорический, игнорирующий, амбивалентный, отвергающий. В зависимости от того, какое место в иерархии мотивов начинает занимать ребенок, женщина начинает строить свою жизненную перспективу, оценивать окружающий мир и саму себя. Наделенная смыслом беременность воодушевляет будущую мать, создает соответствующий аффективный фон.

В процессе развития даже самой желанной и осмысленной беременности у женщин имеются условия для возникновения и негативных изменений в эмоциональной сфере. Оба этих психологически противоположных плана развиваются одновременно, требуя от женщины самоопределения, принятия решения в отношении предстоящего материнства.

Изучение измененных состояний сознания как одного из индикаторов здорового и нездорового развития женщины в период ее беременности

Изучение традиционно русской акушерской культуры свидетельствует об опыте духовного окормления беременных, рожениц [45]. В соответствии с православной житейской традицией вынашивание плода, роды и последующие 40 дней рассматриваются как время особой близости не только ребенка и матери, но и отца к сфере трансцедентального. На страницах Жития Сергея Радонежского приводится объемный перечень видений, вещих снов и знамений родителям многих святых мужей до и после родов. И в настоящее время необычные переживания отмечаются совсем нередко; однако женщины мало о них говорят, поскольку боятся, что их посчитают психически неполноценными.

Л. Брюдаль [52, с. 17] считает конструктивным изучение психики беременных, рожениц в аксиоматике теории измененных состояний сознания (ИСС). В России при обследовании 257 пациенток, находившихся в двух родильных домах Санкт-Петербурга [36], у 78% выявлены необычные психические феномены. В физиологических родах чаще отмечались субъективное чувство глубокой «радости-счастья» и мысленного контакта с ребенком. Реже регистрировались переживания прохождения перед «внутренним взором» прожитой жизни, мысленный контакт с родными. Достаточно редко отмечался феномен «наблюдения за собой со стороны». Очень редко отмечались обманы чувств (звуки, цвет, музыка, голоса). После родов часто регистрировались феномены глубокой «радости-счастья», а также изменения сна и возникновение мысленного контакта с ребенком. Женщины, описывающие указанные выше феномены, сохраняли критичность к своему состоянию, у них не было патологии в анамнезе; протекание их беременности и родов прошли без срывов, что позволяет говорить, что их состояние представляет собой вариант нормы [Там же].

Другой взгляд на особые состояния беременной женщины вытекает из теоретической модели, предложенной в рамках гуманистической психологии. Д. Танцер — аспирантка А. Маслоу — в 1967 г. исследовала пиковые переживания при естественных родах, экстаз материнства. Сосредоточенность сознания на еще неродившемся ребенке (внутри нее, но уже отличном от нее) характерна для женщины, принявшей свою беременность; беременная женщина может испытывать мистические (если угодно — религиозные) переживания, просветление, откровение, инсайт. Напомним, что с точки зрения А. Маслоу, самоактуализирующие личности представляют собой образец психологически здоровых и максимально выражающих человеческую сущность людей.

Отмеченное выше позволяет констатировать наличие не только биологических, психологических, социальных аспектов феномена беременности, но и его духовного аспекта. Чувство радости на пути духовного развития сигнализирует об удовлетворении фундаментальной потребности человека — потребности быть самим собой. Исполком ВОЗ в январе 1998 г. предложил дополнить определение здоровья его духовной составляющей («Здоровье — есть динамическое состояние полного физического, психического, духовного и социального благополучия, а не только отсутствие болезней и физических дефектов» — Резолюция ЕВ101.R2), однако эта формулировка еще не принята Ассамблеей и государствами-членами, не вступила в силу.

Итак, измененные состояния сознания, наблюдающиеся у беременной женщины, могут быть либо патологическими, либо они могут быть защитой ее сознания от необычных ситуаций, в которых она находится (могут быть своеобразным механизмом отключения сознания, чтобы психика своим влиянием не нарушала, например, родовой акт), либо могут быть вершинными переживаниями женщины, становящейся Матерью, находящейся на вершине своего духовного здоровья, благополучия. У беременной женщины возможны как первые (их традиционно изучают психиатры), так и вторые, и третьи состояния сознания, которые нужно научиться дифференцировать.

Эмпирическое исследование факторов здорового развития личности беременной женщины

Мы исходили из предположения, что сама по себе беременность как актуализация детородного потенциала женского организма автоматически не детерминирует направление психологического развития в этот кризисный и для женской личности период. Женщине приходится делать трудные для себя выборы, каждый из которых предопределит на некоторое время направление развития ее личности.

Цели первого этапа эмпирического исследования: а) оценить качество жизни обследованных беременных женщин; б) выявить мнения женщин, сделавших аборт, в отношении причин, по которым они решили прервать беременность (женщины в ситуации кризиса своей идентичности приняли решение прервать беременность, чтобы не перестраивать кардинально жизнь, себя).

В исследовании приняли участие женщины (175 человек), разделенные на 4 группы: 1) физически здоровые женщины, небеременные (воспитывают уже имеющегося ребенка), 2) женщины с физиологическим протеканием беременности, 3) недавно родившие женщины (опрос проводился в женской поликлинике), 4) женщины после аборта. Возраст женщин, участвовавших в обследовании, — от 20 до 25 лет. Образование — высшее, незаконченное высшее. Семейное положение — все замужем.

Использовались следующие диагностические методики [6]: а) опросник SF-36 (русскоязычная версия, созданная и рекомендованная МЦИКЖ) для оценки качества жизни испытуемых; б) опросник Томаса Ф. Кэша BIQLI для количественного определения положительного или отрицательного влияния образа тела на качество жизни; в) анкета из 30 вопросов для анонимного опроса женщин в отношении причин, по которым они решили сделать аборт (анкета разработана в филиале поликлиники № 97 г. Москвы); г) методика первичного интервью Н. Пезешкиана, д) наблюдение на рабочем месте.

Результаты 1-го этапа эмпирического исследования:

• 

На фоне низких субъективных показателей качества жизни беременных женщин образ их собственного изменившегося тела оказывает незначительное влияние на эти показатели: показатели влияния образа тела на качество жизни значительно ниже нормы (по среднему значению), а у небеременных женщин результаты равны норме или выше нее. Между беременными и небеременными женщинами выявлены статистически значимые различия по параметру «Влияние образа собственного тела на качество жизни».

• 

По результатам проведенного нами клинического интервью женщины основной причиной сделанного аборта считают низкий уровень своей жизни («Семьи, по сути, нет; материальное положение тяжелое; в таких условиях ребенок — непосильная ноша, его не вырастишь, да и о себе надо подумать»); причем те женщины, у которых уже есть ребенок, в качестве причины аборта чаще называли свои неустойчивые отношения с отцом ребенка.

• 

Отсутствие эмоционально окрашенного отношения к зачатому ребенку способствует тому, что 70% опрошенных женщин в возрасте до 30 лет и 60% женщин в возрасте от 30 до 42 лет считают аборт для себя вынужденной мерой, относятся к нему или без особых эмоций, или испытывают после него моральное и физическое облегчение.

Цель второго этапа: выявить дополнительные факторы, влияющие на адаптивное развитие женщины в период беременности, эффективность которого оценивалась по качеству ее эмоционального состояния (в том числе проверялось влияние основных причин, названных женщинами при принятии решения об аборте, на их психоэмоциональное состояние в случае сохранения беременности).

В исследовании приняли участие 204 женщины в возрасте 17—30 лет: а) находящиеся на разных сроках беременности, б) небеременные женщины (контрольная группа). Для проверки гипотез эмпирического исследования выделялись экспериментальные группы: 1) беременные женщины с высоким и низким материальным достатком в семье, 2) беременные женщины, состоящие и не состоящие в зарегистрированном браке, 3) беременные женщины первородящие и повторнородящие. У всех женщин несколько раз оценивалось эмоциональное состояние, а также изучалась психологическая компонента гестационной доминанты (ПКГД).

Использовались следующие диагностические методики: а) методика измерения личностной и ситуативной тревожности, разработанная Ч.Д. Спилбергом и адаптированная Ю.Л. Ханиным; б) опросник для определения депрессивных состояний Зунге в адаптации Т.И. Балашовой; в) структурированное интервью с целью выявления мнения женщин в отношении того, какие воздействия ими воспринимаются как стрессогенные; г) методика И.В. Добровича для изучения психологического компонента гестационной доминанты; е) анализ анкетных данных о семейном статусе женщины (находится ли в зарегистрированном браке), материальном положении ее семьи, сроках беременности, о том, является ли она первородящей или повторнородящей.

Результаты 2-го этапа эмпирического исследования:

• 

состояния, влияния, события, происходящие с беременной женщиной, рассматриваются ею как стрессогенные в зависимости от триместра беременности и от наличия у нее опыта беременности, родов (является ли она первородящей или повторнородящей);

• 

в период беременности женщина, как и любой человек, испытывает в большей или меньшей мере не только тревогу, но и целую палитру разнообразных эмоций — как отрицательных (страх, вину, обиду, гнев, др.), так и позитивных (радость); ее эмоциональная жизнь разнообразна и очень изменчива; в отличие от небеременных, беременная женщина свои эмоциональные состояния связывает в первую очередь с развивающейся внутри нее новой жизнью;

• 

на изменчивое эмоциональное состояние беременной женщины, на которое воздействуют многие факторы, нами выявлено влияние ее семейного статуса (состоит ли она в зарегистрированном браке или нет);

• 

гипотеза о влиянии материального положения семьи на эмоциональное состояние беременной женщины статистически не подтвердилась (подтвердилась лишь при качественном анализе эмпирических данных). Следовательно, материальный фактор не оказывает существенного влияния на эмоциональное состояние женщины, которая оставила свою беременность (хотя и такой женщине не мешает наличие денег, трата которых приносит те или иные небольшие удовольствия, но не основные).

Цель третьего этапа эмпирического исследования: выявление факторов здорового развития женщины в период беременности, влияющих на переживание женщиной метаудовольствия.

В исследовании приняли участие 86 беременных женщин в детородном возрасте (в возрасте от 20 до 45 лет). Для проверки гипотезы о влиянии хронологического возраста женщины на вероятность ее самоактуализации в период беременности среди обследованных были сформированы две экспериментальные группы (по 25 человек в каждой): а) «молодые» беременные (в возрасте от 20 до 30 лет), б) «старородящие» (в возрасте 40—45 лет). Для минимизации влияния малочисленных по объему выборок на получаемые результаты и их интерпретацию обе экспериментальные группы «уравновешены» по показателям: численность, образование, семейное положение, первые предстоящие роды, триместр беременности, особенности протекания беременности.

В исследовании использованы следующие диагностические методики: а) методика «Самочувствие, активность, настроение» (САН [31]); б) Опросник личностной тревожности Ж. Тейлор; в) Характерологический опросник К. Леонгарда; г) Опросник уровня субъективного контроля (УСК [3]); д) Опросник структуры темперамента (ОСТ, [32]); е) Опросник самоактуализации личности (САМОАЛ); ж) стандартизированный опросник Э. Шостром (модификация А.В. Лазукина и др.). Шесть первых методик разбиты на две группы: 1) «методики психического состояния» (САН, личностной тревожности Ж. Тейлор, характерологических особенностей К. Леонгарда, ОСТ (шкалы «предметного мира»)); 2) «методики самопонимания и взаимодействия с социальным миром» (УСК, САМОАЛ, ОСТ (социальные шкалы)).

В результате проведенного исследования выявлены различия между двумя группами беременных женщин с разным хронологическим возрастом. Качественный анализ результатов показал, что респондентки группы 1 — в основном несамоактуализирующиеся личности (низкие значения по шкалам автономности, спонтанности, самопонимания, аутосимпатии, общей интернальности (Ио), интернальности в области достижений (Ид), в области неудач (Ин), в семейных отношениях (Ис), межличностных отношений (Им), производственных отношений (Ип), в области здоровья (Из), эргичности социальной (СЭР), темпа социального (СТ), пластичности социальной (СП); высокие значения по шкале социальной эмоциональной чувствительности — СЭМ, а респондентки группы 2 — в основном самоактуализирующиеся личности (высокие значения по шкалам автономности, спонтанности, самопонимания, аутосимпатии, Ио, Ид, Ин, Ис, Им, Ип, Из, СЭР, СТ, СП; низкие значения по шкале СЭМ). Различия обнаружены и с помощью методов математической статистики (по критерию Манна — Уитни, относящемуся к методам непараметрической статистики, не требующему проверять выборки на нормальное распределение, уровень значимости <0,05). Следовательно, выявлены значимые различия между группами по указанным выше параметрам. Таким образом, преимущественная несамоактуализированность респонденток группы 1 и самоактуализированность респонденток группы 2 доказана и качественно, и статистически. Однако, в группе 1 выявлены и 4 самоактуализирующиеся женщины («почти самоактуализирующиеся»), а в группе женщин в возрасте от 40 до 44 лет выявлены 4 несамоактуализирующиеся, то есть группы 1 и 2 не являются однородными.

Остановимся теперь на психических характеристиках, которые мы получили с помощью методик, условно названных нами «методиками психического состояния». Несмотря на то, что плохое самочувствие отмечается у респонденток обеих групп, по критерию Манна — Уитни между двумя группами статистически значимое различие по этому параметру выявлено, а по критерию Колмогорова — Смирнова — нет. Полученные эмпирические данные не позволяют утверждать, что между двумя группами существуют надежные различия по шкале самочувствия.

Также и по шкалам активности и настроения методики САН различий между двумя группами беременных женщин не выявлено. Низкая активность наблюдается у респонденток обеих групп; у респонденток каждой группы может наблюдаться как плохое, так и хорошее настроение.

По шкале личностной тревожности выявлен ее высокий уровень для респонденток группы 1 и низкий уровень для респондентов группы 2; различие статически значимо.

Результаты 3-го этапа эмпирического исследования:

Респонденты группы 1 (в возрасте от 20 до 30 лет) — в основном несамоактуализирующиеся личности, они тревожны, не ответственны по всему многомерному профилю (даже по отношению к здоровью) локуса контроля, боятся социальных контактов, имеют узкий набор коммуникативных программ, не активны при взаимодействии с предметным миром, на момент обследования у них выявлено плохое самочувствие, низкая активность, у половины группы хорошее настроение, у половины — плохое. Кроме того, в этой группе выявлены респондентки, у которых есть некоторая тенденция к самоактуализации; у них выше показатели по УСК и по шкалам ОСТ, однако уровень тревожности такой же высокий, как и у других респондентов данной группы.

• 

Респонденты группы 2 (возраст от 40 до 44 лет) — в основном (21 из обследованных 25 беременных женщин) самоактуализирующиеся личности, они не тревожны, ответственны по всему многомерному профилю локуса контроля, не боятся социальных контактов, умеют в них вступать, активны при взаимодействии с предметным миром; на момент обследования у них выявлено плохое самочувствие, низкая активность, как хорошее, так и плохое настроение. Группа респондентов 2 не однородна. Среди них выявлены 4 респондента, которые не являются самоактуализирующимися личностями; у этих респондентов низкие показатели по УСК и шкалам ОСТ; фактически, их результаты совпадают с результатами респондентов группы 1; кроме того, у этих четырех респондентов выявлен высокий уровень личностной тревожности и высокие показатели тревожности при взаимодействии с миром предметным и миром социальным (соответственно, шкалы а) эмоциональной чувствительности с миром предметным — ЭМ и б) эмоциональной чувствительности социальной — СЭМ по методике ОСТ).

• 

Исследуемое психическое состояние беременной женщины зависит от того, является ли она актуализирующейся личностью или нет.

• 

Беременные женщины в возрасте от 40 до 44 лет, отнесенные к группе самоактуализирующихся, имели пиковые переживания (поскольку эти переживания были продолжительными, уместнее говорить о плато-переживаниях), которые сопровождали долгожданную для этих женщин беременность.

Общий вывод из третьего этапа эмпирического исследования: в период беременности женщина в процессе своего развития может приобрести многие черты, свойственные самоактуализирующимся личностям.

Результаты эмпирического исследования подтверждают исходные гипотезы. Гипотеза о влиянии финансового положения семьи на психоэмоциональное состояние беременной женщины не подтвердилась. Гипотеза о существовании связи между хронологическим возрастом женщины и зрелостью ее личности в период беременности также не подтвердилась.

Выводы

1.

В ходе эмпирического исследования выявлено, что показатели физического и психического качества жизни (оцененные с помощью опросника SF-36) у обследованных беременных женщин в целом ниже нормы (отмечается значительное ограничение их социальных контактов, снижение уровня общения в связи с ухудшением эмоционального и физического состояния и др. факторов).

2.

По результатам проведенного клинического интервью женщины основной причиной принятия решения об аборте считают состояние социального неблагополучия (низкий материальный уровень своей жизни, неустойчивые отношения с отцом ребенка).

3.

В случае сохранения беременности, по результатам проведенного эмпирического исследования, наряду с субъективной значимостью для женщины наличия поддержки со стороны отца ребенка на ее психоэмоциональное состояние влияют также: 1) наличие/отсутствие у нее опыта беременности (первородящая или повторнородящая), 2) наличие событий, состояний, которые женщина рассматривает как стрессогенные.

4.

Для женщин, не состоящих в зарегистрированном браке, беременность достоверно является более тяжелой ситуацией в эмоциональном плане, чем для женщин, состоящих в браке (оценивался баланс положительных и отрицательных эмоций). Ощущение комфорта от состояния беременности у женщин в III триместре, не состоящих в зарегистрированном браке, достоверно ниже, чем у беременных женщин, состоящих в браке; а уровень личностной и ситуативной тревожности выше.

5.

В период беременности женщина имеет шанс приобрести многие черты, свойственные самоактуализирующимся личностям, что будет свидетельствовать о ее здоровом развитии в этот период.

6.

Как в группе молодых, так и в группе «старорожающих», встречались как самоактуализирующиеся, так и несамоактуализирующиеся личности, хотя во второй группе их было значительно больше. На самоактуализации в период беременности, по полученным нами данным, сказывается не столько хронологический возраст женщины, сколько ее безоговорочное принятие своей беременности, радостное ожидание материнства, безусловное принятие своего еще не родившегося ребенка [56].

Заключение

Полученные результаты нацеливают программы общественного здравоохранения, озабоченного охраной здоровья материнства и детства, способствовать через соответствующие социальные институты созданию условий для удовлетворения дефицитарных потребностей беременных женщин (физиологических, в безопасности, в укреплении семьи и пр.), что обществом в целом осознается ([49; 53; 61; 62] и др.).

Однако есть еще один путь повышения качества жизни беременной женщины, уровня ее субъективного благополучия [13; 14; 15]. Наше исследование показало, что в период беременности актуализированная сущностная потребность женского организма в продолжении рода имеет шанс приобретать статус метапотребности, удовлетворение которой сопровождается метаудовольствием, наивысшим уровнем переживания счастья, чего не может дать удовлетворение никакой дефицитарной потребности. Опытно познав переживание счастья при выходе за границы себя «в таинственном слиянии с другим… с другой индивидуальностью» [4, с. 41], со своим ребенком женская личность получает своеобразную прививку безусловной любви, которая имеет шанс расцвести в материнстве. Самоактуализирующаяся беременная женщина испытывает особые вершинные состояния, границы ее самоидентичности расширяются, центр ее внимания смещается с нее самой на развивающуюся в ней новую жизнь.

В статье В. Соловьева «Смысл любви» [35] любовь, имеющая, по утверждению автора, сугубо личностное начало, рассматривается как единственная сила, которая в состоянии упразднить эгоизм, не упраздняя индивидуальность (автор пишет о спасении индивидуальности через жертву эгоизма), придает личности духовное измерение. Вслед за В. Соловьевым Н. Бердяев в книге «Смысл творчества» (1916) утверждает, что истинная любовь «сверхприродна, в ней выход в другой мир» [4, с. 136] «любовь — путь реализации личности» [Там же. С. 173]; любовь связана с красотой. Энергия любви рассматривается автором как вечный источник творчества (в творческом акте любви только любящий подлинно воспринимает личность любимого, единственную и неповторимую, знает о ней то, чего весь мир не знает). На наш взгляд, контакт личности со своей сущностью, путь любви, духовное слияние с индивидуальностью любимого способствуют процессам самоактуализации и самореализации женщины в период ее беременности, достижению ею духовного благополучия. Эта энергия любви и сопутствующие ей процессы позволяют беременной женщине находиться в особом эмоциональном состоянии, повышающем, несмотря на объективные условия ее жизни, субъективное качество жизни.

Тенденция женщины в период беременности к самоактуализации зависит от ее выбора, который она должна сделать в этот критический период своей жизни. В своих последних работах А. Маслоу [27] писал, что он не знает, как получить вершинное (пиковое) переживание, сопровождающее самоактуализацию, поскольку оно не связано однозначно с какой-либо намеренно осуществляемой процедурой (известно только, что его каким-то образом получают). Далее автор уточняет свою позицию; он назвал «вызов» (стимуляцию) в качестве «спускового крючка», запускающего высшие эмоциональные состояния. В нашем эмпирическом исследовании получены данные, свидетельствующие о том, что для женщин в возрасте 40—44 лет, готовящимся к первым в своей жизни родам, их беременность и стала таким вызовом. Для них беременность — желанная доминанта, все остальные аспекты жизни — на периферии сознания. Эти женщины безусловно принимают свою беременность, с нетерпением ожидают своего первого ребенка; для них характерны высказывания: «Я так счастлива, я буду матерью», «Все неважно, как бы дальше ни сложилась жизнь, но я буду не одна, со мной всегда будет самый близкий мне человечек», «Я переполнена любовью, теперь мне будет, кому ее дарить», «Это самое главное событие моей жизни», «Ребенок придает смысл всему тому, на что я раньше тратила свою жизнь — деньги, карьера», «Мне есть теперь для кого жить» и пр. Ситуация беременности в зрелом возрасте стала для таких женщин вызовом, который они с радостью приняли (но не все), сделав выбор здоровый (в плане личностного развития) и традиционно оцениваемый как нравственный (поскольку он является решительным шагом навстречу другой индивидуальности, во имя любви к ней, во имя ее жизни).

В настоящее время трудно сказать, что стало «спусковым крючком» (в терминологии А. Маслоу), вызовом для молодых женщин, проявивших в период беременности черты самоактуализирующейся личности. Полученные эмпирические данные можно интерпретировать по-разному: либо в состояние беременности вошла уже зрелая личность (в любом возрасте), либо сама беременность как кризисное состояние создает условия, способствующие самоактуализации женщины (которыми она может воспользоваться или нет). Адекватная интерпретация может быть дана в ходе дальнейшего исследования (например, при проведении лонгитюдного исследования).

Полученные результаты, их значение мы рассматриваем и в контексте психопрофилактической работы, мишенью которой может стать психоэмоциональное состояние беременной женщины. Для повышения комфорта, снижения ситуативной тревожности женщины, улучшения эмоционального фона ее жизни в период беременности, по результатам нашей психотерапевтической практики, необходимо: а) ее информировать ее (что традиционно делается в школах здоровья для беременных при роддомах); б) работать с ее негативными эмоциями (иногда это тоже делается); в) создавать условия для ее личностного роста, раскрытия позитивных ресурсов состояния беременности. У беременной женщины нет возможности вырваться из тех биологических, материальных, социальных условий, в которых она находится, но у нее есть главная возможность и свобода, давая другому жизнь, утверждая своим выбором (принятием своей беременности) значение другой индивидуальности, возрасти в меру величайшего отпущенного ей духовного потенциала [69]. Ее усилия сторицей окупятся ни с чем несравнимой радостью, состоянием благополучия, которые открываются в процессе «духовного путешествия» на пути к материнству в период беременности. При этом мы понимаем, что такое состояние едва ли останется у женщины на всю ее дальнейшую жизнь. Уже сразу после рождения ребенка женщине придется отвлекаться на удовлетворение более низких (в иерархии А. Маслоу) потребностей. Однако если в период своей беременности женщина пережила ни с чем не сравнимое счастье от зарождающейся в ней безусловной любви, от физического и духовного слияния с другой индивидуальностью, то этот опыт и память о нем у нее никто не может отнять; он останется на всю жизнь, способствуя ее духовному росту.

В функционирующей в стране психологической службе, в школах для беременных упор, на наш взгляд, надо делать на обучение саморегуляции, самоуправлению своим личностным развитием, его духовной составляющей. Как показало наше исследование, в том, будет ли период беременности для женщины периодом счастья или периодом тревог и мучений, решающий фактор — она сама (даже не ее материальные условия), наличие или отсутствие у нее «творческого дерзновения» (по выражению Бердяева Н.А. [4, с. 134]). Эмпирические данные подтверждают известное утверждение, что человека нетрудно сделать несчастным, но сделать его счастливым невозможно.

Проведенное исследование решило поставленные перед ним задачи, в то же время поставило ряд вопросов для дальнейшего исследования.

 

Литература

1.   Алешина Ю.Е., Волович А.С. Проблемы усвоения ролей мужчины и женщины // Вопросы психологии. – 1991. – № 4. – С. 74–82.

2.   Асмолов А.Г. Культурно-историческая психология и конструирование миров. – М.: Издательство «Институт практической психологии», Воронеж: НПО «МОДЭК», 1996. – 768 c.

3.   Бажин Е.Ф., Голынкина Е.А., Эткинд А.М. Опросник уровня субъективного контроля (УСК). – М.: СМЫСЛ, 1993. – 16 с.

4.   Бердяев Н.А. Эрос и личность: Философия пола и любви. – СПб.: Азбука, 2012. – 224 c.

5.   Бибринг Г.Л. Беременность как нормальный кризис // Хрестоматия по перинатальной психологии / сост. А.Н. Васина. – М.: УРАО, 2005. – С. 72–75.

6.   Бурлачук Л.Ф. Словарь-справочник по психодиагностике. – 3-е изд. перераб. и допол. – СПб.: Питер, 2008. – 688 с.

7.   Виттхен Г.-У. Энциклопедия психического здоровья. – М.: Алетейя, 2007. – 552 с.

8.   Груздевская Н.Д. Гендерная идентичность и здоровье личности // Философия укрепления здоровья нации / под общ. ред. А.И. Вялкова, Ю.М. Хрусталева, В.Д. Жирнова. – М.: Российское философское общество, 2008. – С. 112–115.

9.   Заковоротная М.В. Идентичность человека. – Ростов-на-Дону, 1999.

10.   Здоровье-21: Основы политики достижения здоровья для всех в Европейском регионе ВОЗ (Европейская серия по достижению здоровья для всех, № 6). – Копенгаген: Всемирная организация здравоохранения Европейское региональное бюро, 1999. – 310 с.

11.   Клиническая психология: энциклопедический словарь / под общ. ред. проф. Н.Д. Твороговой. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Практическая медицина, 2016. – 608 с.

12.   Крайг Г. Психология развития. – СПб.: Питер, 2000. – 992 с.

13.   Кулешова К.В. Переживание страха беременными женщинами // Медико-психологические аспекты современной перинатологии. – М.: Издательство Института психотерапии, 2003. – С. 73–75.

14.   Кулешова К.В. Психологическая помощь женщинам в контексте программ поддержания общественного здоровья // Ежегодник Российского психологического общества:  материалы 3-его Всероссийского съезда психологов  (Санкт-Петербург, 25–28 июня 2003 г.): в 8 т. – СПб., 2003.

15.   Кулешова К.В. Гендерный подход в работе клинического психолога. Психотерапия женщин. Программа учебной дисциплины для психологического факультета университетов. – М.: УРАО, 2004. – 10 с.

16.   Кулешова К.В. Переживание гнева беременными женщинами // Психология здоровья: психологическое благополучие личности. Материалы межвузовской научно-практической конференции 24–25 мая 2005. – М.: УРАО, 2005. – С. 105–114.

17.   Кулешова К.В. Счастье стать матерью // Материалы секции «Духовно-нравственное здоровье нации» Всероссийского форума «Здоровье нации – основа процветания России». – М.: МГУ, 2005. – С. 39–42.

18.   Кулешова К.В. Переживание стыда, вины, обиды беременными женщинами // Материалы Всемирного конгресса: «Внутриутробный ребенок и общество, роль пренатальной психологии в акушерстве, неонатологии, психотерапии, психологии и социологии». Москва, 20–24 мая 2007 г. – М., 2007. – Т. 2. – С. 15–18.

19.   Кулешова К.В. Эмоциональное состояние беременных // Материалы IV Всероссийского съезда РПО. 18–21 сентября 2007 года: в 3 т. – Москва – Ростов-на-Дону: Издательство «КРЕДО», 2007. – Т. 2. – С. 220–221.

20.   Кулешова К.В. Направления и факторы развития женской личности в период беременности: автореф. дис. канд. психол. наук. – М.: МГУ, 2013. – 35 с.

21.   Леонтьев А.Н. Деятельность, сознание, личность. – 2-е изд. – М.: Политиздат, 1977. – 304 с.

22.   Леонтьев Д.А. Самоактуализация // Человек. Философско-энциклопедический словарь. – М.: Наука, 2000. – С. 319–321.

23.   Леонтьев Д.А. Самореализация // Человек. Философско-энциклопедический словарь. – М.: Наука, 2000. – С. 322–324.

24.   Леонтьев Д.А. Как ковать счастье: секреты мастерства // Чиксентмихайи M. Поток: Психология оптимального переживания. – М.: Смысл: Альпина нон-фикшн, 2011. – С. 9–14.

25.   Личностный потенциал: структура и диагностика / под ред. Д.А. Леонтьева. – М.: Смысл, 2011. – 675 с.

26.   Маслоу А. Самоактуализация // Психология личности. Тексты / под ред. Ю.Б. Гиппенрейтер, В.Я. Романова. – М.: МГУ, 1982. – C. 63–68.

27.   Маслоу А. Новые рубежи человеческой природы / пер. с англ. – 2-е изд., испр. – М.: Смысл: Альпина нон-фикшн, 2011. – 496 c.

28.   Овчарова Р.В. Психологическое сопровождение родительства. Учебное пособие. – М.: Изд. Института психотерапии, 2003. – 319 с.

29.   Петровский В.А. Человек над ситуацией. – М.: Смысл, 2010. – 559 с.

30.   Подольский А.И., Идобаева О.А. Психоэмоциональное благополучие современных подростков  //  Национальный психологический журнал.  –  2007. – № 1(2). – С. 87–89.

31.   Практическая психодиагностика. Методики и тесты. Учебное пособие / ред.-сост. Д.Я. Райгородский. – Самара: Бахрах-М, 2001. – 672 с.

32.   Русалов В.М. Опросник структуры темперамента. – М.: ИПРАН, Смысл, 1992.

33.   Рыжков В.Д. Практическая психология женских кризисов. – СПб.: Лань, 1998. – 256 с.

34.   Скрицкая Т.В. Ценностные ориентации женщины в период беременности: дис. канд. психол. наук. – Новосибирск, 2002.

35.   Соловьев В.С. Смысл любви. – М., 1892.

36.   Спивак Л.И. Необычные психические состояния в родах // Психика и роды / под ред. Э.К. Айламазяна. – СПб.: АОЗТ «Яблочко СО», 1996. – С. 30–59.

37.   Судаков К.В. Эмоции как субъективная информационная сущность психической деятельности человека: их роль в генезе психосоматических заболеваний // Философия укрепления здоровья нации. – М.: Российское философское общество, 2008.

38.   Творогова Н.Д. Психология здоровья как одно из ведущих направлений клинической психологии // Психология здоровья. – М.: УРАО, 2003. – С. 50–61.

39.   Творогова Н.Д. На пути самореализации // Смысл жизни и акме. – Т. 2. – М.: «Смысл», 2004. – С. 179–191.

40.   Творогова Н.Д. Социальное благополучие личности // Психология здоровья: семейный аспект: материалы конференции. – М.: УРАО, 2004. – С. 7–12.

41.   Творогова Н.Д. Психологическое благополучие личности // Психология здоровья: психологическое благополучие личности. – М.: УРАО, 2005. – С. 207–217.

42.   Творогова Н.Д. Духовное здоровье // Вестник Университета Российской академии образования. – 2006. – № 4. – С. 44–53.

43.   Филиппова Г.Г. Психологическая готовность к материнству // Хрестоматия по перинатальной психологии: Психология беременности, родов и послеродового периода: учебное пособие / сост. А.Н. Васина. – М.: УРАО, 2005. – С. 62–66.

44.   Чиксентмихайи М. Поток: Психология оптимального переживания. – М.: Смысл: Альпина нон-фикшн, 2011. – 461 с.

45.   Щепанская Т.Б. Мир и миф материнства. Санкт-Петербург, 1990-е годы. (Очерки женских традиций и фольклора) // Этнографическое обозрение. – 1994. – № 5. – С. 15–27.

46.   Экман П. Психология эмоций. Я знаю, что ты чувствуешь – СПб.: Питер, 2011. – С. 10.

47.   Эриксон Э. Идентичность женщины // Хрестоматия по перинатальной психологии: Психология беременности, родов и послеродового периода: учебное пособие / сост. А.Н. Васина. – М.: УРАО, 2005. – С. 57–62.

48.   Юматов Е.А. Системная психофизиология субъективного состояния человека. – М.: «Спутник+», 2011. – 142 c.

49.   Antenatal depression, substance dependency and social support / M. Pajulo, E. Savonlahti, A. Sourander [et al.] // J Affect Disord. – 2001. – Vol. 65. – P. 9–17.

50.   Bohlin G., Hagekull B. "Good mothering": Maternal attitudes and mother-infant interaction // Infant Mental Health Journal. – 1987. – Vol. 8, № 4. – P. 352–363.

51.   Bowen M. Family therapy in clinical practice. – New York: Janson Aronson Inc., 1978.

52.   Brudal L. Födandets psykologi. Lärobok i förebyggande arbete. – Svenska, Vällingby: Natur och kultur, 1985.

53.   Determinants of smoking in eight countries of the former Soviet Union: results from the Living Conditions, Lifestyles and Health Study / J. Pomerleau, A. Gilmore, M. Mckee [et al.] // Addiction. – 2004. – Vol. 99, № 12. – P. 1577–1585.

54.   Jahoda M. Current Concepts of Positive Mental Health. – N.Y.: Basic Books, Inc. – 1958.

55.   Kuleshova K.V. The Influence of a Pregnant Woman’s Social Well-Being on the Quality of Her Life // Psychology in Russia: State of the Art. – 2012. – Vol. 5. – P. 219–228.

56.   Kuleshova K.V., Tvorogova N.D., "Pregnant Woman–Prenate" System // Procedia – Social and Behavioral Sciences, 2016. – Vol. 233. – P. 450–454.

57.   Leonard G. Abraham Maslow and the new self // Esquire. – December, 1983. – P. 326–336.

58.   Maslow A.H. A theory of metamotivation: The biological rooting of the value-life // Journal of Humanistic Psychology. – 1967. – Vol. 7, № 2. – P. 93–127.

59.   Maslow A.H. Motivation and personality. – 3rd ed. – New York: Longman, 1987. – 336 p.

60.   Maslow’s hierarchy of needs and psychological health / D. Lester, J. Hvezda, S. Sullivan [et al.] // The Journal of General Psychology. – 1983. – Vol. 109. – P. 83–85.

61.   Nuckolls K.B., Cassel J., Caplan B.H. Psychosocial asserts, life crisis and the prognosis of pregnancy // Am J Epidemiol. – 1972. – Vol. 95, № 5. – P. 431–44.

62.   Pateman C. The Sexual Contract. – Cambridge: Polity Press. – 1988. – P. 131.

63.   Pines D.A. Woman’s Unconscious Use of Her Body. – New Haven: Yale University Press, 1994. – 254 p.

64.   Raphael-Leff J. Pregnancy. The Inside Story. – London: Karnak, 2001. – 216 p.

65.   Raphael-Leff J. Psychological Processes of Childbearing. Fourth Edition. – London: The Anna Freud centre, 2005. – 589 p.

66.   Rein G., Atkinson M., McCarty R. The Physiological and Psychological Effects of Compassion and Anger // Journal of Advancement in Medicine. – 1995. – Vol. 8, № 2. – P. 87–103.

67.   Ryff C.D.  Possible selves in adulthood and old age: a tale of shifting horizons // Psychology and Aging. – 1991. – Vol. 6, № 2. – P. 286–295.

68.   Seligman M.E.P. Authentic Happiness: Using the New positive Psychology to Realize Your Potential for Lasting Fulfillment. – N.Y.: Atria Books, 2004. – 336 p.

69.   Tart C.T. Waking up: Overcoming the Obstacles to Human Potential. – The Institute of Noetic Sciences, 1986.

 

 

Ссылка для цитирования

УДК 159.922.1:618.2

Творогова Н.Д., Кулешова К.В. Состояние благополучия женщины в период беременности // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. – 2017. – T. 9, № 4(45) [Электронный ресурс]. – URL: http://mprj.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

 

  В начало страницы В начало страницы

 

Портал medpsy.ru

Предыдущие
выпуски журнала

2017 год

2016 год

2015 год

2014 год

2013 год

2012 год

2011 год

2010 год

2009 год