Ильон Я.Г.

 

Вернуться на главную страницу
О журнале
Редакционный совет
Приглашение к публикациям

Киберсексуальная аддикция: от онлайновой сексуальной активности к сексу с роботами

Узлов Н.Д. (Москва, Россия)

 

 

Узлов Николай Дмитриевич

Узлов Николай Дмитриевич

–  кандидат медицинских наук, доцент по кафедре психологии и социальной работы, клинический психолог, врач-психотерапевт, преподаватель дистанционной формы обучения; Автономная некоммерческая организация «Национальный исследовательский институт дополнительного профессионального образования», Варшавское шоссе 79, корп. 2, помещение VII, комната 14, Москва, 117556, Россия.
Тел: 8 (495) 150-17-11.

E-mail: knots51@mail.ru

 

Аннотация. В статье дается обзор отечественных и зарубежных публикаций, касающихся различных аспектов киберсексуальной аддикции — порнографии и интернет-порнофилии, виртуального секса, киберпроституции, онлайновой сексуальной активности и др. В частности, показано, что потребление порнографии в Интернете за последнее десятилетие выросло в 15 раз, и в него вовлекается почти равное число мужчин и женщин. Анализ интернет-трафика показывает, что значительную его часть (более 50%) занимают материалы сексуального и порнографического характера. Порнография ставится в один ряд с другими зависимостями, наряду с алкоголизмом и наркоманией, и ряд авторов считают, что в настоящее время ее распространение достигает эпидемического уровня. Представлены данные зарубежных исследований о распространенности увлечения виртуальным сексом, ставшим повседневной практикой в развитых странах, в виде использования компьютеризированных материалов для сексуальной стимуляции и достижения полового удовлетворения. Приводятся данные о социально-демографических характеристиках виртуальных секс-аддиктов. Отмечено, что вопрос о возможных негативных последствиях увлечения виртуальным сексом для физической половой жизни партнеров остается дискутабельным. Указано, что широкое распространение получает киберпроституция, становящаяся все более реальной конкуренткой оффлайновой проституции. Проблема ее контроля упирается, в том числе, и трудно разрешимые правовые аспекты. В работе приводятся классификации и диагностические критерии онлайновой сексуальной активности и зависимости от виртуального секса, результаты дискуссии относительно возможности включения киберсексуальных девиаций в существующие классификации психических и поведенческих расстройств. Описываются новые сексуальные практики с использованием технологий теледильдоники (секс-гаджетов, имитаторов полового акта, стимуляторов, специальных костюмов, киссфонов и др.). Отмечено, что внедрение технологий искусственного интеллекта в секс-индустрию создает новые варианты виртуализации интимной жизни человека, одним из которых является секс с роботами, которому американские футурологи пророчат обыденность занятия им уже в ближайшие десятилетия. Дается обзор новейших достижений в области робототехники, настоящих и потенциальных возможностей секс-роботов. В заключении статьи обсуждаются этические и морально-нравственные аспекты проблемы в контексте философии пост-человека и его эволюции. Автор также поднимает вопрос о возможности и трудностях терапии новых киберсексуальных аддикций, к которым современная медицинская наука, в т.ч. психиатрия, оказывается не готова, в силу, прежде всего, технологического отставания от секс-индустрии, берущей на вооружение самые передовые технические достижения и быстро внедряющей их в жизнь ради своих корыстных целей, даже в ущерб физическому и психическому здоровью ее потребителей.

Ключевые слова: киберсексуальная аддикция; онлайновая сексуальная активность; виртуальный секс; киберпроституция; теледильдоника; секс с роботами; футурология киберсекса.

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

В связи с бурным развитием сети Интернет, появлением и постоянным совершенствованием различных гаджетов в настоящее время большую популярность приобретают виртуальные формы сексуальной активности. Это ставшие уже традиционными аудио-визуальные ее варианты (просмотр фото-, кино-, видеоматериалов эротического или откровенно порнографического содержания [38]; сексуальные квесты и компьютерные секс-игры, секстинг [31; 58], отправка сексуальных селфи [28], активные виды сексуального общения в чатах: виртуальный секс [7; 8; 13; 21; 37], киберпроституция [36; 40] и др.). Особую группу составляют виды сексуальной активности, так или иначе связанные с компьютером и сетью Интернет, использующие различного рода приспособления (шлемы, костюмы, теледильдоника, секс с роботами и др. [14; 34]).

Чтобы представить масштаб проблемы, рассмотрим ее на примере пристрастия людей к порнографии. По данным пресс-релиза Международного союза электросвязи (МСЭ) от 22.07.2016 г., количество пользователей Интернета в мире составляет 3,5 млрд чел. В период с 2000 по 2015 год удельный вес пользователей интернета увеличился почти в семь раз — с 6,5 до 43% мирового населения. По сравнению с 2015 годом прирост пользователей Интернета на Земле составил 300 млн чел. [24].

Анализ интернет-трафика показывает, что значительную его часть (более 50%) занимают материалы сексуального и порнографического характера. Только одна фраза «порно фото и видео» в Яндексе указывает на 304 млн результатов, а Google дает за 1 мин. 1 870 000 ответов (запрос от 22.08.2017 г.); в сравнении с аналогичным запросом от 25.10.2015 г. указанные поисковики давали соответственно 209 млн и 1 950 000 ответов).

По данным Internet Pornography Statistics (данные 2006 года), пользователи со всего мира тратили на порно в Сети $3075,64 каждую секунду. В настоящее время на сайте установлен специальный счетчик. Он показал, что за время нахождения автором статьи на данном сайте на просмотр порнографии в Интернете было потрачено $3,4 млрд, а поисками порнографического контента было занято свыше 52 млн чел. Слово «sex» является самым популярным поисковым запросом в мире — его доля составляет около 25% всех запросов. Указывалось, что в интернете 12% от общего числа веб-сайтов являются порнографическими [50]. Некоторые из них служат мощными держателями сексуальных контентов. Так, Xvideos (самый большой порно-сайт в сети с 4,4 млрд просмотров в месяц) в три раза превосходит по посещаемости новостной канал CNN или ESPN (американский спортивный канал, доступный на кабельном и спутниковом телевидении) и вдвое превышает показатели Reddit (социальный новостной сайт в США). Самыми большими порносайтами являются LiveJasmin, YouPorn, Tube8, и Pornhub [12].

В 2014 г. Pornhub, будучи крупнейшим видеохостингом, провел сравнительный анализ посещаемости порносайта в сравнении с предыдущим годом и насчитал 78,9 млрд просмотров видео на протяжении 2014 года, что значительно превышало посещаемость в 2013 году (63,2 млрд). Пользователи сайта осуществляли 5800 личных посещений за секунду. При этом США представляли львиную долю международного трафика с показателем чуть менее 40% и занимали первое место, далее следовали Великобритания, Канада и Индия. Россия в рейтинге 20 стран занимала 12-е место, опережая Голландию, Польшу и Японию. При этом поисковый тег «teen» (секс с подростками) был самым популярным во всем мире на протяжении обоих лет. Лидером является запрос «lesbian seduces straight girl» (лесбиянка соблазняет натуралку) — рост на 328%, за ним следовал «shemale fuck girl» (транссексуал трахает девушку), у которого было 191%. Американцы в среднем тратят на просмотр порновидео 9 мин. 40 секунд, россияне — 7 мин. 47 сек. Было показано, что в мире в среднем смотрят порно 77% мужчин и 23% женщин (в России соответственно — 76 и 24%). Женщины лидируют в Бразилии и Аргентине (29 и 28%), для сравнения, в США — всего 15% [23]. Отмечено также, что среди россиян выявлено предпочтение видео с анальным сексом [27].

Потребление порнографии (порнофилия) — явление глобальное и массовое. И.С. Кон ссылается на данные зарубежных исследований, которые указывают, что этим занимаются от 86 до 98% мужчин и от 56 до 85% женщин [16]. М.М. Решетников приводит данные английских сексологов, которые отмечают, что число «порнофиликов» за последние десять лет выросло в 15 раз. Они ставят порнографию в один ряд с другими зависимостями — алкоголизмом и наркоманией, и считают, что в настоящее время мы имеем дело со своеобразной эпидемией [25]. В середине 2000-х годов эксперты приводили цифру — 12 млн чел. во всем мире, страдающих компьютерной порнофилией [24; 29].

В Интернете имеется более 40 млн страниц изображений обнажённых тел, большинство из которых — женские. Эксгибиционирующих женщин в Сети, демонстрирующих, наряду с другими частями тела (грудь, ягодицы, ноги и др.), свои агрессивно распахнутые вагины, становится все больше и больше [20; 38].

Многие люди, зависимые от интернет-порно, могут испытывать серьезные психологические проблемы в оффлайновых межличностных отношениях [2; 20]. Согласно данным, полученным немецкими учеными с помощью томографа, регулярный просмотр порно приводит к подавлению глубинных структур мозга и нарушениям связей в дорсолатеральной префронтальной коре, проблемы в которой часто связываются со снижением способности удерживать внимание, отвлекаемостью, нарушениями кратковременной памяти, снижением скорости мышления [51].

Сексологи различают: 1) онлайновую сексуальную активность — online sexual activity (OSA), т.е. использование Интернета в каких-то сексуальных целях (отдых, развлечение, образование, приобретение или обмен сексуальных материалов, поиск партнеров и т.д.); 2) кибер-секс — использование компьютеризированных материалов (текстов, звуков, образов и др.) для сексуальной стимуляции и достижения полового удовлетворения, включая разглядывание порнографических картинок, участие в сексуальных разговорах (чатах), обмен электронными письмами откровенного характера и эротическими фантазиями, взаимное сексуальное возбуждение и получение оргазма посредством специальных приспособлений и т.д. [8; 15].

В.А. Доморацкий указывает, что в популярных изданиях OSA часто отождествляют с киберсексом и что 61% пользователей OSA вообще не занимается киберсексом, а среди лиц, которые к нему прибегают, лишь 3% делают это часто или постоянно [8]. Однако эти границы могут быть размытыми.

И.С. Кон приводит данные широкомасштабного шведского исследования, посвященного киберсексу, в котором показано, что киберсекс — это быстро растущее явление: из 1828 вовлеченных в OSA шведов почти треть (30% мужчин и 34% женщин) занималась также киберсексом [17; 56]. В Германии 12 млн взрослых людей предпочитают не вступать в сексуальные контакты. В Англии 27% молодых людей в возрасте до 29 лет заменили реальный секс порнофильмами и киберсексом. Рекордсменами в Европе выступают датчане: до 65% жителей этой страны периодически предпочитают компьютер реальным связям [6].

Ярким примером онлайновой сексуальной активности является киберпроституция, которая состоит в оказании виртуальных сексуальных услуг за деньги. Сетевые проститутки становятся реальными конкурентками офлайновых, предложения услуг последних в Интернете, по нашим расчетам, значительно превышают реальный спрос в 6—12 раз [39].

Киберпроституция отличается от рекламы услуг проституции в Сети, которую Т.Л. Тропина, известный специалист в области киберпреступности, относит к категории т.н. «computer-facilitated crimes» — преступлений, совершение которых компьютер облегчает или дает новые возможности для их совершения. Автор указывает, что действия онлайновых проституток не попадают под действие норм о проституции, действующих в большинстве государств, по одной лишь простой причине, что никакого физического контакта не происходит [36]. Р. Крукс и К. Баур, авторы известного руководства по психологии сексуальности, указывают, что киберпроституция крайне редко преследуется по закону [18]. Российские правоохранители также не знают, как квалифицировать подобные действия и тем более как их пресекать. По сути дела, проституцией подобные действия не являются, т.к. девушка всегда может заявить, что занимается этим исключительно ради собственного удовольствия. Нет и факта передачи наличных денег, которые переводятся на электронный кошелек, который может быть зарегистрирован на кого угодно [9; 36]. В России также фиксируются все больше случаев вовлечения молодых девушек в подобную практику. Ее потребителями являются люди с достатком или иностранцы, преимущественно молодые мужчины, работающие в сфере бизнеса и менеджменте [19].

Согласно литературным источникам, среди разнообразных форм интернет-зависимостей все большее распространение получает виртуальный секс [11; 47; 65]. Его также называют киберсекс, компьютерный секс, интернет-секс, netsex, mudsex, TinySex, cybering, conversex, виртуальный секс, означающий, согласно Wikipedia, «встречу, в которой два или более человек, связанных удаленно через компьютерную сеть, отправляют друг другу сексуально откровенные сообщения, описывающие сексуальный опыт».

Э. Мирошникова определяет киберсекс как секс, представляющий собой мастурбацию перед монитором компьютера, где возбуждение приходит от созерцания эротических образов в сочетании с интерактивным общением по Интернету на тему секса [21]. Первоначально виртуальный секс был текстовым, в первую очередь благодаря технологии ICQ и ей подобной. Затем он стал визуальным и мультимедийным благодаря союзу порноиндустрии и разработчиков компьютерных игр [5].

В 2000-м г. группа американских психологов под руководством Эла Купера [47] опубликовала результаты специального анкетирования, в котором принимали участие 9265 обычных пользователей Интернета. Около 6% респондентов обнаружили пристрастие к киберсексу, а еще 10% были отнесены исследователями к группе риска. Почти 79% опрошенных сказали, что они занимаются интернет-сексом только на домашних компьютерах, а 20% мужчин и 12% женщин использовали свои рабочие компьютеры для доступа к сексуальным онлайновым материалам. Шесть из каждых 100 работающих сообщили, что их рабочие места — главное средство доступа к сексуальным веб-сайтам.

По экспертным оценкам, в апреле 2003 г. пять наиболее посещаемых сексуально-ориентированных сайтов «для взрослых» посетили около 9 млн чел. Это приблизительно 15% из 57 млн американцев, пользовавшихся на тот период Интернетом. Еще ранее (1998) компания MSNBC провела опрос 13500 респондентов и установила, что свыше 90% жителей США, пользователей Интернета, проводят за занятиями киберсексом менее 10 часов в неделю. Приводятся данные, что среди американских интернет-пользователей приблизительно 25 млн чел. проводят за данным занятием от 1 до 10 часов в неделю, однако другие 4,7 млн чел. уделяют ему более 11 часов [5]. По мнению специалистов, именно эта цифра (11 и более часов в неделю) является критической и дает основание говорить о психологической зависимости от киберсекса, которую причисляют к одной из новых форм нелекарственных аддикций, требующих серьезного вмешательства психиатра или психолога ([10; 11: 52; 65] и др.).

Согласно зарубежным исследованиям, киберсексу почти в равной степени подвержены как мужчины, так и женщины, при этом гомосексуальные мужчины занимаются киберсексом в 4 раза чаще, чем гетеросексуалы [17]. Установлено, что киберсекс не является преимущественно сексом одиночек, брачный статус на него практически не влияет. Опрос более 1300 интернет-пользователей, практикующих киберсекс, выявил, что 55 процентов из них уже состоят в официальном браке или характеризуют свои отношения как крепкие и сложившиеся. В 65 процентах случаев после киберсекса партнеры встречались в офлайне. Установлен усреднённый среднестатистический портрет киберсекс-аддикта: это мужчина 29 лет или женщина 43 лет (±5—7 лет). Профессиональный статус — студенты или люди с высшим образованием, преимущественно «белые воротнички», среди женщин отмечается высокий процент домохозяек или безработных. У мужчин привязанность к киберсексу обычно начинается между 25 и 35 годами; у женщин несколько раньше. Тем не менее, между полами наблюдаются те же различия, что и в обычной сексуальной жизни. Почти половина женщин предпочитает чаты, где люди разговаривают друг с другом, картинки выбирают только 23% женщин. Мужские предпочтения прямо противоположны. В целом тенденция отражает ситуацию реальной жизни: женщины «любят ушами», т.е. им больше нравится разговаривать и слушать, а мужчинам — смотреть и действовать [5; 13; 56].

В доступной литературе мы не нашли статистических данных о распространенности этого явления в России, хотя эта тема активно обсуждается на многочисленных форумах и чатах в Интернете [1].

Некоторые американские ученые полагают, что 2/3 пользователей Интернета, пристрастившихся к киберсексу, не имеют сексуальных контактов вне Сети, а оставшаяся треть совмещает свою привязанность к сексу во всемирной паутине с другими сексуальными пристрастиями: порнографией различных видов, сексом по телефону, посещением проституток и вуайеризмом. Считается, что каждый 15-й пользователь Сети имеет проблемы с оффлайновой половой жизнью, которые связываются с их болезненным пристрастием к снятию сексуального напряжения на разнообразных порно-сайтах и чатах. При этом почти 1% «живущих в Сети» вообще не представляет себя участником нормальных отношений между мужчиной и женщиной [1; 5; 29].

Эти мнения противоречат результатам уже цитированного шведского исследования, на которые ссылается И.С. Кон: «Вопреки предположению, что киберсекс уменьшает реальную сексуальную активность, выяснилось, что, хотя эти люди тратят больше времени на OSA, они также ведут более активную сексуальную жизнь и имеют больше сексуальных партнеров вне Интернета, в реальной жизни, чем люди, которые киберсексом не занимаются» [17]. Автор находит объяснение этому факту в том, что люди, занимающиеся киберсексом, более сексуальны, вместе с тем отмечает, что «комфорт может быть обманчивым, уменьшая готовность человека прилагать усилия к нахождению реальных сексуальных партнеров, а то и подрывая существующие партнерские отношения». Аналогичной точки зрения придерживаются А.Н. Бегоян и А.Р. Торосян. Согласно их наблюдениям, у киберсексуально зависимых не утрачивается интерес к сексу. Наоборот, их сексуальное влечение возрастает и становится извращенным [2].

В равной степени это касается и оценки того, считать ли киберсекс проявлением супружеской измены. Этот вопрос активно обсуждается на многочисленных форумах в Интернете (см., например, [1]). Многие люди не рассматривают виртуальный секс как супружескую неверность, а скорее, как развлечение или способ расширения сексуального репертуара в рамках уже существующих взаимоотношений. Между тем, опрос, проведенный среди 240 студентов в Великобритании, показал, что 51% респондентов считает любовную связь в Интернете изменой. А среди 1117 австралийских женщин, опрошенных учеными, 41% заявил, что не видит разницы между онлайновыми и офлайновыми сексуальными отношениями. Практически все опрошенные считали занятия виртуальным сексом обманом и изменой, хотя и не настолько серьезной, как физические отношения, но намного более значительной, чем наблюдение за стриптизершей или просмотр порнографических фильмов и фотографий. Вместе с тем, более 30 процентов опрошенных сознались в том, что у них были онлайновые сексуальные связи [Там же]. Таким образом, отношение к киберсексу определяется существующей в обществе или микросоциуме половой моралью.

В научном мире продолжается дискуссия о том, как влияет Интернет на сексуальность человека. Сформировались две основные точки зрения: категорическая, сторонники которой рассматривают интернет-сексуальность как патологическую силу, приводящую к болезненной зависимости, и либеральная, представители которой считают, что сексуальная деятельность онлайн не приводит к какой-либо зависимости.

Детальный разбор данных концепций представлен, например, в ставшей уже классической работе известного специалиста в области интернет-пристрастий M. Griffiths «Sex on the Internet» [49]. Сам автор придерживается точки зрения о том, что большинство тех, кто избыточно применяет Интернет, не являются зависимыми непосредственно от Интернета, для них Интернет — это своего рода питательная среда для поддержания других зависимостей, будь то гемблинг или офлайновая сексуальная аддикция.

S.R. Leiblum полагает, что в паттерне увлечения сетевым сексом отражены сексуальные интересы индивидуума и его поведение в целом. При этом сила данного увлечения варьируется в широких пределах — от простого любопытства, свойственного большинству взрослых людей, до обсессии (навязчивое состояние), более характерной для тех, у кого возникла сексуальная зависимость; между этими двумя крайностями имеется множество промежуточных состояний. Автор выделяет 3 вида клинических проблем, связанных с интернет-сексом: 1) индивидуальные проблемы людей с гомосексуальной, гетеросексуальной или транссексуальной ориентацией, которым сетевой секс помогает приспособиться к какой-либо проблемной жизненной ситуации; 2) проблемы у пар, если увлечение одного партнера сетевым сексом кажется другому партнеру нездоровым или неприемлемым; 3) проблемы клиентов, страдающих парафилиями, у которых увлечение сетевым сексом становится навязчивым, и возникает зависимость от него как от источника стимуляции или удовлетворения [52].

K.S. Young рассматривает киберсексуальную зависимость (cybersexual addiction) как самостоятельное расстройство группы интернет-зависимостей, наряду с компьютерной зависимостью (computer addiction), компульсивной навигацией в сети (net compulsions); перегруженностью информацией (information overload); киберкоммуникативной зависимостью (cyber-relational addiction) [45; 64].

S.A. Davis предлагает когнитивно-поведенческую модель патологического использования Интернета, в которой выделяет две формы — специфическое патологическое использование Интернета (specific pathological Internet use) и генерализованное патологическое использование Интернета (generalized pathological Internet use). Киберсексуальная зависимость относится к первой форме, но может реализовываться и в виде офлайновой сексуальной активности. Вторая форма представляет собой неспециализированное, многоцелевое избыточное пользование Интернетом, когда, например, просмотр порно или эпизоды виртуального секса могут сопутствовать несексуализированной активности в социальных сетях, информационных сайтах, онлайн играх и др. [48].

А.Е. Егоров выделяет 7 групп интернет-аддиктов (гемблеры, геймеры, трудоголики, покупатели, интернет-аддикты отношений, эротоголики и сексоголики). К последним он относит субъектов, посещающих разнообразные порносайты, занимающиеся виртуальным сексом. Автор также считает, что интернет-аддикции представляют собой вторичную форму поведенческих зависимостей, в которых компьютер является лишь средством их реализации, а не объектом [11].

Американские исследователи Jennifer Schneider и Robert Weiss утверждают, что большинству любителей киберсекса Интернет дает широкую возможность для сексуального экспериментирования. По их мнению, только 8—10% становятся зависимыми от киберсекса. Проблемы, которые у них возникают, они разделяют на две категории: 1) возникающие из-за длительного использования Интернета, 2) специфически связанные с сексуальной активностью [57].

Среди исследователей нет согласия относительно включенности не только виртуальных секс-аддикций, но и в целом интернет-зависимостей в номенклатуру психических расстройств, в частности DSM-V, на что указывает, например, Ronald Pies [55]. Среди наиболее часто цитируемых авторитетов приводится мнение Дж. Блока (J.J. Block), предлагающего включить в DSM-V: 1) избыточную игровую деятельность, 2) сексуальную зависимость, 3) зависимость от электронной почты/текстовых сообщений. Общими критериями для всех этих типов являются: а) чрезмерное использование (потеря чувства времени, игнорирование основной деятельности), б) симптомы отмены (напряженность, гнев, возбуждение и/или депрессия, когда доступ к компьютеру блокируется), в) толерантность (увеличение времени использования и/или усложнение компьютерного оборудования), г) негативные последствия (например, плохая успеваемость/производительность, усталость, социальная изоляция, конфликты) [46]. Однако критики данного подхода, в частности, тот же R.Pies, указывают, что набора одних только психопатологических симптомов недостаточно, чтобы диагностировать абстинентные расстройства, подобно тем, что проявляются при злоупотреблении опиатами или барбитуратами [55].

Кимберли Янг предложила модель (ACE-model), объясняющую формирование интернет-зависимости, в которой ключевыми моментами являются: Accessibility (доступность информации, интерактивных зон и порнографических изображений), Control (персональный контроль и анонимность передаваемой информации), Excitement (возбуждение: внутренние чувства, которые на подсознательном уровне устанавливают больший уровень доверия к общению в онлайн-формате).

Она также определила диагностические признаки, позволяющие установить онлайновую сексуальную зависимость. К их числу относятся следующие:

1.

Человек проводит значительное количество времени на сайтах, в чатах, за написанием личных сообщений с единственной целью — найти киберсекс.

2.

Чувство озабоченности поиском онлайн сексуальных партнеров.

3.

Реализация сексуальных фантазий, невозможных к осуществлению в реальной жизни, с помощью анонимного общения.

4.

Ожидание от каждой последующей онлайн-встречи сексуального возбуждения или удовлетворения.

5.

Желание наладить более близкое взаимодействие с объектом, в том числе и оффлайн-контактах.

6.

Режим секретности, сокрытие сексуальных связей в Интернете от близких, членов семьи и других значимых лиц.

7.

Чувство вины или стыда от занятий киберсексом, переходящим границы дозволенного (виртуальный секс с детьми и подростками, животными, садистические тенденции и др.).

8.

Активный поиск сексуального партнера в Сети при входе в систему после первичной случайной встречи с ним в Интернете.

9.

Мастурбация перед экраном монитора во время пребывания в эротическом чате.

10.

Потеря интереса к сексу или отказ от интимных отношений в реальной жизни [45; 64].

Особую форму киберсекса представляет собой использование электронных устройств, в которых заложена технология, получившая название «теле- или кибердилдоника» (от слова «dildo» — искусственный половой член). Принцип этих приборов прост: мужчина-пользователь надевает на половой член силиконовую насадку, которая через отдельное устройство подключается к компьютеру. Затем на экране монитора клиенту показывают эротический видеоролик, записанный на специальном диске. Можно регулировать скорость достижения оргазма: активность насадки синхронизирована с действиями девушки в кадре. Аналогичные эффекты могут достигаться женщинами и с помощью фаллоимитатора, соединенного с компьютером.

В качестве примеров можно привести секс-гаджеты LovePalz, RealTouch, Pleasure Remote и др. В технологии LovePalz гаджет напрямую соединяется с айфоном владельца через специальное приложение, являющееся аналогом видеочата Facetime. Для начала виртуального полового акта необходимы два девайса, внешне напоминающие вибраторы, которые работают с поддержкой Wi-Fi и Bluetooth. Устройства, соединённые в облаке, обрабатывают данные и управляют скоростью и темпом вращения и вибрации. Устройство RealTouch было разработано в 2009 году. В его основе лежит принцип взаимодействия между продолговатой трубкой, имитирующей вагину, и видеоролика с порнографическим содержанием. RealTouch крепится к половому органу мужчины, соединяется с компьютером через USB-провод и синхронизирует происходящее на экране с действиями небольшого гаджета. Pleasure Remote предназначен для женщин. С виду он выглядит как обычный вибратор, и это его первое предназначение. Однако если подключить девайс через специальное программное обеспечение, вибратор станет слушаться человека за компьютером. Скоростью, интенсивностью движения и прочими параметрами можно управлять удалённо. Pleasure Remote обладает также особым режимом — музыкальным. При его активации вибратор будет «слушать» ту же музыку, что и его владелица, и двигаться в такт музыкальной композиции [35].

А инженеры японской компании VR Tenga изобрели имитатор полового акта с персонажами японского аниме. Реализовать технологию удалось посредством очков дополненной реальности Oculus Rift. В качестве контроллера в разработке используется мужской секс-стимулятор, а визуализируется сцена посредством очков. В зависимости от позиции, выбранной во время сцены пикантного содержания, стимулятор «двигает» сам игрок или же виртуальная любовница [32].

Инновационная система FleshLight Vstroker была создана специально для виртуального секса и считается лучшей в мире. Революционная технология Fleshlight позволяет использовать загружаемый контент. Вы можете выбирать отдельные видео, сценарии и игры для взрослых в соответствии с настроением, посетив один из сайтов, указанных в полном прилагаемом руководстве по эксплуатации. Игрушка контролирует скорость ваших движений, каждое проникновение и передает информацию на компьютер, моделируя изображение. Пользователь сам может управлять действиями на экране своего компьютера, выбирать себе партнершу и позу, в которой он бы хотел заняться сексом [30].

В начале 2000-х годов передовые технологии Digital Sexsations смогли трансформировать сексуально окрашенные слова текста в ощущения. Это позволило создать принципиально новый подход к созданию модели секс-машины. Оформляя специальными тегами возбуждающие слова, партнеры по виртуальному сексу посылают на устройство сигнал, соответствующий типу и интенсивности переживания, например, ритму и частоте дилдофрикций, — от нежной вибрации до стремительного пульсирования и дикого оргазма [44]. Фирма VR Innovation создала «Виртуальную секс-машину» (Virtual Sex Machine) для мужчин с целым комплексом разнообразных имитирующих воздействий на гениталии [34]. Компания Vivid Entertainment Inc. в конце 1990-х годов разработала специальный костюм, который оснащен 36 сенсорными датчиками-раздражителями, расположенными по всему телу. Сущность работы данного костюма заключается в следующем: сигнал через Интернет поступает на DVD-плеер и, загрузив определенный «шаблон раздражения», активизирует сенсоры в указанной области костюма [Там же]. В США разработана одежда, позволяющая почувствовать прикосновения и объятия другого человека на расстоянии, т.н. «костюм ощущений» (автор идеи — американский дизайнер Франческа Розелла) [3; 33].

Большой прорыв сделан и в области робототехники. В 2001 году австралийский изобретатель Доминик Чой получил патент на новую технологию в области киберсекса. Партнера имитирует специальный робот-манекен, который покрыт эластичным материалом, похожим на человеческую кожу. Сервоприводы двигают различными частями тела робота. Управляющие воздействия поступают как от партнера из Интернета, так и от собственных тактильных и акустических датчиков манекена. Если физический контакт осуществляется с манекеном, визуальное восприятие протекает в виртуальной среде компьютера, при помощи шлема или специального костюма. В данной технологии личность и действия партнеров накладываются на манекен. При этом каждый из партнеров может выбрать себе внешность по вкусу, например, фотомодели или какой-нибудь знаменитости [44].

В 2010 году Компания True Companion продемонстрировала на выставке Adult Entertainment Expo резиновую роботизированную секс-куклу Рокси (Roxxxy Pillow), способную вести разговор с человеком и совершать определенные действия [60]. На данный момент наиболее приближенной к полностью гуманоидному роботу является секс-кукла Real Doll калифорнийской компании Abyss Creations. Куклы Real Doll представляют собой наиболее реалистичные фигуры человека, которые могут быть настроены так, чтобы соответствовать потребительским вкусам и сексуальным пристрастиям клиента [42].

Массовое производство подобных роботов и их «доводка» до уровня, позволяющего получить адекватные удовольствия, такие же, как при интимных человеческих контактах, — дело ближайшего будущего. Пока что для воплощения этой идеи требуется решение многих технических задач. Секс-роботы должны уметь не только стоять, но и самостоятельно передвигаться и двигать конечностями. Они должны иметь реалистичную, а не силиконовую, кожу. Настоящие секс-роботы — это все же не куклы, а объекты, наделенные искусственным интеллектом, способным обучаться у своего партнера и проявлять эмоции. Кроме того, уже существующие в настоящее время модели достаточно дороги и малодоступны, их стоимость достигает $17 000 [Там же].

Исследователи созывают конференции, посвященные сексу с роботами. Так, 19—20 декабря 2016 года в Лондоне прошла 2-я Международная конференция «Love and Sex with Robots», которая собрала экспертов в области искусственного интеллекта и робототехники. На конференции объявили о том, что американская компания Abyss Creation начнет массовое производство роботов для секса, которые будут говорить и передвигаться, как живые люди. Кроме того, были представлены последние разработки в области высокотехнологичных секс-игрушек, например устройство, которое позволяет целовать партнера, даже если он не рядом (киссфон Kissinger). Kissinger позволяет испытать ощущения настоящего поцелуя во время видеочата благодаря силиконовой насадке, оснащенной сенсорами высокой чувствительности, которая может имитировать движение губ [26].

На конференции также были доложены результаты эксперимента, проведенного немецкими учеными в котором приняли участие 263 гетеросексуальных мужчин в возрасте от 18 до 67 лет. Испытуемым продемонстрировали двухминутное видео с разными андроидами женского пола, а затем задали вопросы относительно их личных предпочтений и факторов привлекательности. В итоге 40,3% участников исследования заявили, что приобрели бы себе секс-робота в течение ближайших пяти лет [Там же].

Между тем, ученые уже бьют тревогу, выступая за категорический запрет сексуальных отношений людей и роботов, прежде всего из соображений этики.

Так, в сентябре 2015 года антрополог Kathleen Richardson (Англия) и специалист по когнитивной информатике Erik Billing (Швеция) запустили специальный блог «Campaign Against Sex Robots» (https://campaignagainstsexrobots.org/). В качестве аргументов исследователи выдвигают ряд тезисов, как в защиту роботов, так и самих людей. Они проводят параллели между сексом с роботами и проституцией: секс-роботов заранее мыслят в системе отношений «клиент — проститутка», опирающихся целиком на нужды и желания покупателей секса, положение же «продавцов» (т.е. роботов) сведено к роли вещи. Мир проституции построен на восприятии женщин и детей как неполноценных, следовательно, пригодных для использования в качестве сексуальных объектов, и роботы будут находиться в этом же ряду. Роботизация секса, по их мнению, еще больше снизит уровень эмпатии в обществе, которая может развиваться только в сценарии взаимных отношений между людьми, и усилит отношения неравенства и насилия. Они также не согласны с аргументом, что секс-роботы смогут снизить уровень сексуальной эксплуатации и насилия в отношении проституируемых. Свидетельства указывают на то, что технологии и секс-торговля сосуществуют и усиливают друг друга, увеличивая спрос на человеческое тело [59].

Выступая на лондонской конференции, К. Ричардсон еще раз подчеркнула, что секс-куклы объективизируют женщин. Кроме того, секс с роботами способствует воплощению в жизнь «больных фантазий» извращенцев и насильников. «Люди, которые не могут идти на здоровый контакт с другими, нуждаются в лечении, а не в куклах», — сказала она [26].

Одна из опасностей увлечения сексом с роботами заключается в невротизации субъектов. Секс-роботы будут подстроены под определенные идеалы мужчин и женщин, и будут постоянно совершенствоваться, давая возможность достижения идеального секса. Поэтому они будут вызывать «страх перед возможной неудачей» у мужчин и ревность у женщин [63].

После открытия сайта campaignagainstsexrobots.org было получено множество противоречивых откликов в т.ч. из России [4]. Оппоненты ссылаются на авторитет американского социолога Sherry Turkle, которая на основании многолетних психоаналитических исследований показала, что люди способны испытывать глубокую эмоциональную привязанность к искусственному интеллекту [61].

Между тем, Дэвид Леви (D. Levy), автор книги «Любовь и секс с роботами» (Love and Sex with Robots), утверждает, что не только секс с партнерами-гуманоидами, но и брак с роботами станет обычным явлением к 2050 году [53].

Американский футуролог Ян Пирсон также предрекает, что уже в 2025 году у людей с высоким доходом будут в распоряжении секс-роботы (в настоящее время их пока еще несовершенные модели достигают стоимости в 9—12 тыс. долларов); к 2030 году большинство людей будет вовлечено в различные виды виртуального секса точно также, как многие сейчас время от времени просматривают порнографию; к 2035 году большинство людей будет иметь секс-игрушки, которые могут взаимодействовать с виртуальной реальностью; к 2050 году секс с роботами станет обыденным занятием. Все это, по мнению Пирсона, приведет к независимости любви от секса и секса от любви, а человеческие отношения будут, якобы, сосредоточены исключительно на психической и духовной близости, а не на физических данных [54].

«Обычный секс перестает быть средством взаимодействия людей, — заявила в своем докладе на конференции «Будущее секса», состоявшейся в марте 2006 года в г.Санта-Фе (штат Нью-Мексико), Джулия Хейман (J. Heiman), директор американского Института исследований секса, пола и воспроизводства (Институт Кинси) при Университете шт. Индиана. — Опасное развитие технологий позволяет уже сейчас каждому создать свой эротический идеал и получить богатый чувственный опыт виртуального секса» [43]. По ее мнению, такой опыт негативно скажется на реальном общении, в котором всегда присутствует эротический элемент.

Другие исследователи считают, что физические секс-устройства в недалеком будущем станут достоянием истории. Технологии будущего позволят непосредственно стимулировать мозговые центры. Так, один из пионеров разработки искусственных нейросетей М. Мински (Marvin Minsky) считает, что устройства такого типа смогут возбуждать соответствующие точки в мозге, и человек будет реагировать точно так же, как если бы это были физические воздействия. По его мнению, подобное станет реальностью уже через 20—30 лет [Там же].

В свете вышесказанного закономерно возникает вопрос: что делать, как лечить данные расстройства, и надо ли? Сразу следует отметить, что успехи в этой области весьма скромные, едва ли не нулевые. Решать новые задачи старыми методами оказывается невозможно — прежде всего, в силу колоссального технологического отставания, в отличие от секс-индустрии, которая оперативно берет на вооружение новейшие достижения в сфере IT и психологических технологий и формирует новый, выгодный ей образ человека, в котором закладывается множество степеней сексуальной свободы.

Мне представляется, что традиционная психиатрия и психотерапия в своих отношениях с аддиктами напоминают священника, который старается молитвами, проповедями и угрозами Страшного суда вернуть в лоно церкви заблудшего грешника, не понимая, что имеет дело с совершенно иным субъектом — постиндустриальным постчеловеком, который взращен не под божественным светом морально-этических догм, а искусственным, но ярким и блистающим солнцем виртуальной реальности, создаваемой больным воображением (как при химических зависимостях) или навязываемой Матрицей (как при интернет-аддикциях). Вполне вероятно, что эти несчастные субъекты будут представлять отработанный экспериментальный материал для создания в будущем совершенных интерфейсов взаимодействия человека и машины, мозга и искусственного интеллекта. Очевидно, вопреки эволюционным законам, продукты такого симбиоза действительно будут способны дифференцированно любить одни объекты и совершать половые акты с другими, не обременяя себя чувством вины или стыда, как об этом мечтает Пирсон [41; 62].

В этой связи следует, по-видимому, согласиться с мнением Д.М. Мокичева, одного из авторов коллективного сборника «Пост-человек. От неандертальца к киборгу», который утверждает, что «для сохранения человечества как вида манипуляции с человеческим телом должны быть в самое ближайшее время выведены за рамки современных моральных ограничений, применяющихся в отношении человека как такового» [22].

 

Литература

1.   Архив форума «Виртуальный секс и виртуальная любовь» [Электронный ресурс]. – URL: https://virtual-arch.sxn.today/ (дата обращения: 27.11.2017).

2.   Бегоян А.Н., Торосян А.Р. Киберсексуальная зависимость – семья в опасности // Евразия: научно-методический журнал. Ереван. – 2009. – № 1–2(2–3). – С. 19–24.

3.   В США разработана «секс-одежда» [Электронный ресурс]. – URL: http://www.delfi.lv/showtime/news/assorts/news/v-ssha-razrabotana-seks-odezhda.d?id=11031296 (дата обращения: 27.11.2017).

4.   Ванунц Г. Новая надежда: Почему нельзя запрещать секс-роботов // Furfur: ежедневное молодежное интернет-издание [Электронный ресурс]. – URL: http://www.furfur.me/furfur/changes/changes/215121-seks-s-robotami (дата обращения: 27.11.2017).

5.   Васильев С. В капкане киберсекса [Электронный ресурс]. – URL: http://www.privatelife.ru/2004/cg04/n16/1.html (дата обращения: 27.11.2017).

6.   Виртуальные радости заменяют людям обычный физический секс [Электронный ресурс]. – URL: http://psychology.net.ru/news/content/1069871200.html  (дата обращения: 27.11.2017).

7.   Гусев А. Канадцы открыли новый вид безопасного секса [Электронный ресурс]. – URL: http://www.ural.ru/news/techno/news-57275.html (дата обращения: 27.11.2017).

8.   Доморацкий В.А. Виртуальный секс [Электронный ресурс]. – URL: http://www.ref.geum.ru/next/art-262440.php (дата обращения: 31.08.2017).

9.   Дремлюга Р.И. Интернет-преступность: монография. – Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2008. – 240 с.

10.   Егоров А.Ю. Нехимические зависимости. – СПб.: Речь, 2007. – 192 с.

11.   Егоров А.Ю. Современные представления об интернет-аддикциях и подходах к их коррекции // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. – 2015. – № 4(33) [Электронный ресурс]. – URL: http://mprj.ru (дата обращения: 27.11.2017).

12.   Исследование: сколько порнографии в Интернете [Электронный ресурс]. – URL: http://pro-spo.ru/internet/3226-issledovanie-skolko-pornografii-v-internete (дата обращения: 27.11.2017).

13.   Кащенко Е.А. Секс: реальный и виртуальный. – М.: Едиториал УРСС, 2014. – 192 с.

14.   Кибер-секс с роботом [Электронный ресурс]. – URL: https://xakep.ru/2001/ 01/18/11767/ (дата обращения: 27.11.2017).

15.   Кон И.С. Новое о виртуальном сексе [Электронный ресурс]. – URL: http://www.pseudology.org/Kon/Zametki/NewVirtualSex.htm (дата обращения: 27.11.2017).

16.   Кон И.С. Новое о порнографии [Электронный ресурс]. – URL: https://scisne. net/a-2235 (дата обращения: 27.11.2017).

17.   Кон И.С. Сексология на марше. 30-е годичное собрание Международной академии сексологических исследований // Секс и жизнь. – 2005. – № 4. – С. 26–38.

18.   Крукс Р., Баур К. Сексуальность / пер. с англ. – 9-е междунар. изд. – СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2005. – 480 с.

19.   Лихин А. «Бабочки» в «паутине» // МК в Саратове. – 2011. – № 31(726) [Электронный ресурс]. – URL: https://www.saratovnews.ru/newspaper/article/2011/07/ 27/babochki-v-paytine/ (дата обращения: 27.11.2017).

20.   Мартынов С. Причины возникновения сексуальных проблем и их связь с распространением в Интернете изображений обнажённых тел [Электронный ресурс]. – URL: http://subscribe.ru/archive/science.health.medin/201106/14230516.html/ (дата обращения: 27.11.2017).

21.   Мирошникова Э. Киберсекс. Реальная жизнь в виртуальном мире. – М.: Триумф, 2007. – 240 с.

22.   Мокичев Д.С. В ожидании виртуального мессии // Пост-человек. От неандертальца к киборгу / сост. Т.Ю. Чеснокова. – М.: Алгоритм, 2008. – С. 78–104.

23.   Пелин Д. Кто больше смотрит порно: мужчины или женщины  (статистика порно) [Электронный ресурс]. – URL: http://ontheedge.ru/razvlecheniya/statistika-porno-veselo-i-zadorno (дата обращения: 27.11.2017).

24.   Пользователи Интернета в мире [Электронный ресурс]. – URL: http://www.bizhit.ru/index/polzovateli_interneta_v_mire/0-404 (дата обращения: 27.11.2017).

25.   Решетников М.М. Парадоксы порнозависимости // Психотерапия. – 2015. – № 5(149). – С. 94–100.

26.   Робосекс в большом городе. Войдет ли секс с роботами в повседневную жизнь // Газета.ru [Электронный ресурс]. – URL: https://www.gazeta.ru/tech/2017/ 01/06/10455287/sex_robots.shtml#page4 (дата обращения: 27.11.2017).

27.   Рязанов С. Россияне оказались главными потребителями анального порно // Furfur: ежедневное молодежное интернет-издание [Электронный ресурс]. – URL: http://www.furfur.me/furfur/culture/culture/174850 (дата обращения: 27.11.2017).

28.   Сандомирский М. Новая социальная эпидемия: селфимания, экстремальные селфи и селфицид // Психопатология и Аддиктивная Медицина. – 2015. – № 1. – С. 3–17.

29.   Санчес М. Киберсекс – наркотик нового поколения [Электронный ресурс]. – URL: http://www.nomad.su/?a=7-200209120015 (дата обращения: 27.11.2017).

30.   Система для виртуального секса VStroker [Электронный ресурс]. – URL: https://www.condom-shop.ru/seks-igrushki/fleshlight-vstroker-samaya-peredovaya-sistema-dlya-nezabyvaemogo-virtual_nogo-seksa (дата обращения: 27.11.2017).

31.   Соболев М. Осторожно: секстинг // Russian Bazaar Newspaper in New York. – № 12(674) [Электронный ресурс]. – URL: http://russian-bazaar.com/ru/content/14577.htm (дата обращения: 27.11.2017).

32.   Соболь А. Японцы сделали имитатор полового акта для секса с персонажами аниме [Электронный ресурс]. – URL: http://www.furfur.me/furfur/culture/culture/ 167701-yapontsy-sdelali-imitator-polovogo-akta-dlya-seksa-s-personazhami-anime (дата обращения: 27.11.2017).

33.   Создан костюм для виртуального секса [Электронный ресурс]. – URL: http://www.netlore.ru/kostyum (дата обращения: 27.11.2017).

34.   Технологии виртуального секса. Обзор (октябрь 2004) [Электронный ресурс]. – URL: http://www.rocit.ru/idea4ru/homo/12.html (дата обращения: 31.08.2017).

35.   Топ 5 игрушек для виртуального секса [Электронный ресурс]. – URL: http://mport.ua/chiks/1531697-TOP-5-igrushek-dlja-virtual-nogo-seksa (дата обращения: 27.11.2017).

36.   Тропина Т.Л. Киберпреступность. Понятие, состояние, уголовно-правовые меры борьбы: монография / отв. ред.: Номоконов А.А. – Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2009. – 240 c.

37.   Узлов Н.Д. Киберсекс как форма интернет-аддикции – новая реальность в России // Феноменология и профилактика девиантного поведения: матер. IV Всеросс. с междунар. участием научно-практической конфер., 28–29 октября 2010 г.: в 2 т. – Краснодар: Краснодарский ун-т МВД России, 2010. – Т. 2. – С. 154–159.

38.   Узлов Н.Д. Трансгрессия сексуальности: экзгибиционирующие женщины в Сети и психологическая кастрация мужчин // Отклоняющееся поведение человека в современном мире: проблемы и решения: матер. междунар. заочной научно-практ. конфер., г. Владимир, 12 мая 2010 г. – Владимир: Изд. Владимирского госуниверситета, 2010. – С. 98–106.

39.   Узлов Н.Д. Трансгрессия сексуальности: когда предложение превышает спрос или о рекламе женской проституции в Интернете // Отклоняющееся поведение человека в современном мире: проблемы и решения: матер. II Междунар. заочной научно-практ. конфер., г. Владимир, 12 мая 2011 г. – Владимир: Изд. Владимирского госуниверситета, 2011. – С. 246–253.

40.   Узлов Н.Д. Социально-правовая оценка киберпроституции как новой формы оказания виртуальных сексуальных услуг // Влияние новых медиа на сознание и поведение молодежи: междисциплинарный подход:  матер. IV Международной научно-практической Интернет-конференции Connect-Universum-2012, 29-31 мая 2012 / научн. ред. И.П. Кужелева-Саган. – Томск: Томский гос. ун-т, 2012. – С. 102–104.

41.   Узлов Н. Онлайновая сексуальная активность и виртуальный секс: настоящее и будущее киберсексуальных аддикций // Психопатология и Аддиктивная Медицина, 2015. – Т. 1, № 2. – С. 2–12.

42.   Хель И. Роботы для секса: правда и ложь, ожидание и реальность [Электронный ресурс]. – URL: https://hi-news.ru/robots/roboty-dlya-seksa-pravda-i-lozh-ozhidanie-i-realnost.html (дата обращения: 27.11.2017).

43.   Человечество погубит киберсекс [Электронный ресурс]. – URL: http://news.rin.ru/ news/59376/ (дата обращения: 27.11.2017).

44.   Энциклопедия киберсекса: выставка последних технических достижений. [Электронный ресурс] – URL: http://www.vokruginfo.ru/news/news477.html (дата обращения: 31.08.2017).

45.   Янг К. Диагноз – интернет-зависимость [Электронный ресурс]. – URL: http://www.narcom.ru/ideas/common/15.html (дата обращения: 27.11.2017).

46.   Block J.J. Issues for DSM-V: internet addiction // Am J Psychiatry. – 2008. – Vol. 165, № 3. – P. 306–307.

47.   Cooper A.L., Delmonico D.L., Burg R. Cybersex users, abusers, and compulsives: New findings and implications // Sexual Addiction and Compulsivity: The Journal of Treatment and Prevention. – 2000. – Vol. 7, № 1-2. – Р. 5–29.

48.   Davis R.A. A cognitive-behavioral model of pathological Internet use // Computers in Human Behavior. – 2001. – Vol. 17, № 2. – P. 187–195.

49.   Griffiths M. Sex on the internet: Observations and implications for sex addiction // The Journal of Sex Research. – 2001. – Vol. 38, № 4. – Р. 333–342.

50.   Internet Pornography Statistics // TopTenREVIEWS [Электронный ресурс]. – URL: http://www.toptenreviews.com/internet-pornography-statistics/ (дата обращения: 27.11.2017).

51.   Kühn S., Gallinat J. Brain Structure and Functional Connectivity Associated With Pornography Consumption: The Brain on Porn // JAMA Psychiatry. – 2014. – Vol. 71. – № 7. – P. 827–834.

52.   Leiblum S.R. Sex and the Net: Clinical Implications // Journal of Sex Education and Therapy. – 1997. – Vol. 22. – № 1. – P. 21–28.

53.   Levy D. Love and Sex with Robots: The Evolution of Human-Robot Relationships. – N.Y.: Harper Perennial, 2008. – 352 p.

54.   Pearson I. The Future of Sex Report: The Rise of the Robosexuals [Электронный ресурс]. – URL: http://graphics.bondara.com/Future_sex_report.pdf (дата обращения: 27.11.2017).

55.   Pies R. Should DSM-V Designate "Internet Addiction" a Mental Disorder? // Psychiatry (Edgmont). – 2009. – Vol. 6. – № 2. – P. 31–37.

56.   Predicting the future of Internet sex: online sexual activities in Sweden / A.I. Cooper, S.A. Mansson, K. Daneback [et al.] // Sexual and Relationship Therapy. – 2003. – Vol. 18, № 3. – Р. 277–291.

57.   Schneider J.P., Weiss R. Cybersex Exposed: Simple Fantasy or Obsession? – Center City, MN: Hazelden. – 2001. – 235 p.

58.   Sexting [Электронный ресурс]. – URL: https://en.wikipedia.org/wiki/Sexting (дата обращения: 27.11.2017).

59.   The campaign calls for a ban on sex robots [Электронный ресурс]. – URL: http://www.wired.co.uk/news/archive/2015-09/15/campaign-against-sex-robots (дата обращения: 27.11.2017).

60.   TrueCompanion.com provides the World’s First Sex Robot [Электронный ресурс]. – URL: http://truecompanion.com/home.html (дата обращения: 27.11.2017).

61.   Turkle S. A Nascent Robotics Culture: New Complicities for Companionship. – Boston, AAAI Technical Report, 2006 [Электронный ресурс]. – URL: http://web.mit. edu/~sturkle/www/nascentroboticsculture.pdf (дата обращения: 27.11.2017).

62.   Uzlov N. Online Sexual Activity and Virtual Sex: Present and Future of Cybersexual Addiction // Psychopathology and Addiction Medicine. – 2016. – Vol. 1, № 2. – P. 37–46.

63.   Webb S. Sex robots could cause 'performance anxiety' in men and make women jealous of androids' skill at lovemaking [Электронный ресурс]. – URL: http://www.mirror.co.uk/news/weird-news/sex-robots-could-cause-performance-8118428 (дата обращения: 27.11.2017).

64.   Young K.S. Internet Sex Addiction: Risk Factors, Stage, and Treatment // American Behavioral Scientist. – 2008. – Vol. 52. – № 1. – P. 21–37.

65.   Young K.S. Internet addiction: The emergence of a new clinical disorder // CyberPsychology and Behavior. – 2009. – Vol. 1, № 3. – Р 237–244.

 

 

Ссылка для цитирования

УДК 159.9:616.89-008.442

Узлов Н.Д. Киберсексуальная аддикция: от онлайновой сексуальной активности к сексу с роботами // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. – 2017. – T. 9, № 6(47) [Электронный ресурс]. – URL: http://mprj.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

 

  В начало страницы В начало страницы

 

Портал medpsy.ru

Предыдущие
выпуски журнала

2017 год

2016 год

2015 год

2014 год

2013 год

2012 год

2011 год

2010 год

2009 год