Воспалительные заболевания кишечника занимают одно из первых мест в структуре болезней желудочно-кишечного тракта по частоте осложнений, тяжести течения и летальности. По данным на 2020 год, в России распространенность воспалительных заболеваний кишечника составляет 19,3-29,8 случая на 100 тыс. населения для неспецифического язвенного колита и 3,0-4,5 на 100 тыс. для болезни Крона, при этом растет заболеваемость лиц трудоспособного возраста. Многочисленные исследования свидетельствуют о том, что психоэмоциональный стресс играет ключевую роль в обострении воспалительных заболеваний кишечника, что доказывает необходимость в изучении способов оценки и преодоления стресса у пациентов данной группы в ситуации болезни. Цель – исследование особенностей восприятия болезни и копинг-стратегий пациентов с воспалительными заболеваниями кишечника. В исследовании приняли участие 110 пациентов, из которых 66 пациентов с диагнозом болезнь Крона, 44 пациентов – с диагнозом неспецифический язвенный колит. По результатам исследования выявлено, что пациенты с диагнозом неспецифический язвенный колит воспринимают свое заболевание как наиболее негативно влияющее на жизнь, наиболее угрожающее жизни и здоровью, более озабочены заболеванием и его последствиями, лучше идентифицируют симптомы заболевания и чаще используют копинг-стратегии «Конфронтация» и «Бегство-избегание», по сравнению с пациентами с диагнозом Болезнь Крона.

Цель исследования: представить и теоретически обосновать протокол зеркальной терапии «Зеркало ФаБо» как стандартизированную клинико–психологическую и нейропсихологическую технологию коррекции фантомно–болевого синдрома (ФБС), описать его принципы построения, процедуру применения и систему клинико–психологической оценки эффективности.
Материалы и методы: проведён теоретико–методологический анализ ФБС и структурированное описание протокола. Теоретическим основанием выступают теория функциональных систем П.К. Анохина, концепция нейроматрицы, представления о корковой реорганизации и памяти боли, а также положения медицинской психологии телесного опыта. Описаны оборудование, условия проведения, поэтапная процедура для верхних и нижних конечностей, временная организация курса (5 сеансов по 50 минут дважды в неделю), требования к специалистам, показания и ограничения.
Результаты: описана воспроизводимая структура сеанса, объединяющая сенсорный,
Выводы: «Зеркало ФаБо» представляет собой стандартизированную, теоретически обоснованную и воспроизводимую технологию нейропсихологической коррекции ФБС. Метод можно рассматривать как перспективный, однако его клиническая эффективность требует подтверждения в рандомизированных контролируемых исследованиях с катамнестическим наблюдением.

Целью исследования выступило изучение особенностей зрительно-пространственных функций больных с хроническими заболеваниями печени и почек. Материалы и методы: в исследовании приняли участие пациенты с клинически подтвержденным диагнозом печеночной недостаточности (ХЗП, n=15, средний возраст 55,94 ± 10,78 года) и терминальной почечной недостаточностью на гемодиализе (ХБП, n=15, средний возраст 49,33 ± 10,18 года) и здоровые добровольцы сопоставимого возраста (контрольная группа, n=15, средний возраст 51,26 ± 11,11 лет). Для оценки зрительно-пространственных функций применялись методы нейропсихологической диагностики по А.Р. Лурия в модификации Т.В. Ахутиной (пробы Хэда, рисунок трехмерного объекта, запоминание невербализуемых фигур, понимание логико-грамматических конструкций) с количественной и качественной оценкой результатов. Статистическая обработка осуществлялась методами описательной статистики и однофакторного дисперсионного анализа (ANOVA) с апостериорными сравнениями (тест Тьюки) в пакете IBM SPSS Statistics. Результаты. Установлены качественные различия нарушений: при патологии печени доминирует дефицит пространственного праксиса (пробы Хэда, p=0,004), при патологии почек — нарушения квазипространственного синтеза (логико-грамматические конструкции, p=0,005). Зрительно-пространственная память снижена в обеих клинических группах в равной степени (p<0,05). Базовые конструктивные навыки сохранны. Выводы. Хроническая печеночная и почечная недостаточность вызывают специфические, качественно различные нарушения зрительно-пространственных функций. Выявленные паттерны могут использоваться как дополнительные дифференциально-диагностические критерии и служить основой для адресных нейрокоррекционных программ.

Высокая распространенность и устойчивость тревожно-депрессивных состояний требуют поиска терапевтических подходов, нацеленных на ключевые механизмы дезадаптации. Ведущую роль в их патогенезе играют дезадаптивные когнитивно-аффективные схемы, ядро которых составляют дисфункциональные базисные убеждения, искажающие восприятие себя, мира и будущего. Однако их системная нейробиологическая организация остается недостаточно изученной. Новизна предлагаемого подхода заключается в построении интегративной нейрокогнитивной модели базисных убеждений, объединяющей теорию функциональных систем П.К. Анохина, когнитивную модель А. Бека и модель предсказывающего кодирования. Цель – теоретическое обоснование модели, раскрывающей механизмы устойчивости базисных убеждений и их дезадаптивной трансформации при тревожно-депрессивной симптоматике, и определение на этой основе принципов разработки персонализированных интервенций. На основе теоретического анализа и синтеза данных дисфункциональные базисные убеждения рассмотрены как компонент целостных дезадаптивных функциональных систем, описаны нейробиологические корреляты их устойчивости (гиперактивность миндалины, снижение активности префронтальной коры, дисфункция гиппокампа, нарушение механизмов нейропластичности). Обоснована необходимость интегративного подхода, синергетически воздействующего на все уровни системы через комбинацию «нисходящих» (когнитивно-поведенческих) и «восходящих» (направленных на телесно-эмоциональную регуляцию) методов. Выводы: теория функциональных систем служит основой для разработки терапии, направленной на системную перестройку («системогенез») через механизмы нейропластичности

Современные вспомогательные репродуктивные технологии (ВРТ) занимают важное место в системе репродуктивной медицины. Увеличение количества детей, рожденных после ЭКО и ИКСИ, делает особенно актуальным изучение особенностей их дальнейшего нейрокогнитивного развития.
Цель - сравнительный анализ нейропсихологических показателей у детей дошкольного и младшего школьного возраста, зачатых методами экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) и интрацитоплазматической инъекции сперматозоида (ИКСИ).
Материал и методы. В исследование были включены 54 ребенка дошкольного и младшего школьного возраста (28 детей были зачаты методом ЭКО, 26 — методом ИКСИ). Средний возраст детей составил 5,14 ± 1,34 года. Проведена нейропсихологическая диагностика по адаптированной для раннего возраста батарее проб А.Р. Лурия – Л.С. Цветковой. Оценивались интегральные показатели сформированности корковых и подкорковых структур, когнитивного и речевого развития.
Результаты. На интегральном уровне статистически значимые различия между группами выявлены только по показателю когнитивного развития (p = 0,050): дети группы ЭКО демонстрировали более высокие баллы, соответствующие зоне риска дизонтогенеза. В подгруппе 3–5 лет отмечены достоверные различия по ряду функций: внимание, праксис, память, мышление (p < 0,05). Частота отклонений по подкорковым структурам была высокой в обеих группах (71,4% ЭКО vs 53,8% ИКСИ), что указывает на уязвимость нейродинамического компонента у детей после ВРТ. Стратифицированный анализ выявил, что максимальная частота подкорковых нарушений наблюдалась у детей группы ЭКО, рождённых матерями младше 35 лет.
Выводы. Метод оплодотворения ассоциирован с особенностями нейрокогнитивного профиля: дети после ЭКО демонстрируют тенденцию к более выраженным функциональным отклонениям, особенно в раннем дошкольном возрасте. Полученные данные обосновывают необходимость дифференцированного нейропсихологического мониторинга и ранней профилактики когнитивных трудностей у детей после ВРТ.

В статье представлены результаты исследования, направленного на изучение психологических особенностей женщин с первичным и вторичным бесплодием, проходящих процедуру экстракорпорального оплодотворения (ЭКО). Цель исследования – изучение эмоциональных и личностных особенностей у женщин с первичным и вторичным бесплодием, проходящих процедуру ЭКО. Материалы и методы: Выборку составили 63 женщины, проходящих процедуру ЭКО в возрасте от 28 до 45 лет. Методы: Госпитальная Шкала Тревоги и Депрессии; Шкала оценки качества жизни (Quality of Life Enjoyment and Satisfaction Questionnaire, Q-LES-Q адаптация Н. Е. Водопьянова); Сокращенный многофакторный опросник для исследования личности (СМОЛ) адаптация В. П. Зайцева; Опросник «Совладание со стрессом» (Coping Orientation to Problems Experienced Inventory адаптация Е. И. Рассказовой и Е. Н. Осина); Методика «Гендерные характеристики личности» И. С. Клецина. Результаты исследования: Субклинический уровень тревоги характерен в обеих группах, субклиническая депрессия выявлена только в группе вторичного бесплодия (p=0,008). Установлено, что женщины с первичным типом бесплодия чаще используют адаптивные проблемно-ориентированные стратегии совладания со стрессом (активное совладание, p<0,001) и критически низкий уровень самоконтроля (p=0,036), тогда как пациентки с вторичным типом чаще выбирают дезадаптивные стратегии (отрицание, p=0,018; приём «успокоительных», p<0,001), а также отличаются подозрительностью и фиксацией на телесных ощущениях (повышенные показатели ипохондрии и паранойяльности, p=0,019 и p=0,036 соответственно). Выводы: Полученные данные указывают на необходимость дифференцированного подхода к психологическому сопровождению женщин с разными типами бесплодия, проходящих процедуру ЭКО.

Физическое и психологическое насилие, пережитое в детском возрасте, значительно трансформирует траекторию когнитивного и личностного развития, детерминируя восприятие социальных ситуаций и одиночества через ранние дезадаптивные схемы и когнитивные искажения. Цель. Изучение особенностей переживания субъективного одиночества молодыми взрослыми, перенесшими жестокое обращение в детском возрасте. Методы и материалы. В исследовании приняли участие 90 молодых взрослых (средний возраст – 20,8+4,2 лет, 53% женщин), различающиеся по наличию опыта жестокого обращения. Использовались методики: «Методика диагностики уровня субъективного ощущения одиночества», «Опросник переживания одиночества», «Опросник когнитивных ошибок, CMQ», «Схемный опросник Янга, YSQ S3R», «Опросник детской травмы, CTQ-SF». Результаты. Молодые взрослые, перенесшие психологическое и физическое насилие в детстве, демонстрируют значимо более высокий уровень субъективного одиночества, чем их сверстники без подобного психотравмирующего опыта. Выявлена качественная разница в структуре корреляционных связей между различными аспектами переживания одиночества, ранними дезадаптивными схемами и когнитивными искажениями в зависимости от разновидности жестокого обращения, пережитого в детстве. Выводы. Специфика переживания субъективного одиночества во взрослом возрасте связана с характером жестокого обращения, пережитого в детстве. Выявленные закономерности могут быть использованы для разработки специализированных программ медико-психологического консультирования молодых взрослых, перенесших жестокое обращение, в целях преодоления негативных аспектов субъективного одиночества.

Актуальность. Суицидальное поведение одного из членов семьи оказывает травматическое влияние на других ее членов. Данные зарубежных исследований показывают риск развития симптомов депрессии и посттравматического стрессового расстройства у близкого окружения. При этом мало известно о разнице во влиянии разных форм суицидального поведения на членов семьи.
Цель. Сопоставление эмоционального состояния и способов совладания со стрессом у родственников, чьи близкие имеют разные формы суицидального поведения.
Материалы и методы. Выборку составили 114 родственников лиц с разными формами суицидального поведения (актуальными суицидальными мыслями, однократными суицидальными попытками, многократными попытками суицида и завершенным суицидом). В исследовании использован блок методик, направленный на оценку выраженности симптомов эмоционального неблагополучия и качества жизни и блок методик для оценки способов совладания со стрессом.
Результаты. У 70% выборки родственников лиц с разными формами суицидального поведения наблюдаются симптомы депрессии разной степени тяжести. Родственники лиц, совершивших завершённый суицид, имеют более выраженные симптомы депрессии и тревоги, в то время как родственники лиц, чьи близкие переживают суицидальные мысли, чаще проявляют симптомы субдепрессивного состояния и имеют более низкие баллы по шкале тревоги (р < 0,01). Родственники лиц с завершённым суицидом и многократными попытками отличаются сниженным уровнем жизнестойкости (p=0,028). Такая стратегия совладания, как принятие, способствует обращению за помощью (p = 0,029), в то время как отрицание (–0,349), избегание (–0,475) и вентилирование эмоций (–0,271**) связаны со снижением жизнестойкости.
Выводы. Завершенный суицид и многократные суицидальные попытки у члена семьи являются более травмирующими событиями для родственников по сравнению с наличием суицидальных мыслей или однократной попытки у члена семьи и снижают способность к преодолению стрессовых жизненных событий у родственников в дальнейшем. Способность к принятию проблемы при совладании со стрессом, в противовес неконструктивному копингу избегания проблем, является важным фактором предотвращения кризиса у родственников лиц с разными формами суицидального поведения.

Цель исследования: определить связь индивидуально-психологических свойств личности с уровнем нервно-психической устойчивости у военнослужащих, проходящих военную службу по призыву. Материалы и методы: обследованы 50 военнослужащих по призыву в возрасте 18–28 лет, проходивших службу в одной воинской части. Применялись патохарактерологический диагностический опросник «Модуль» А.В. Корзунина, В.В. Юсупова, индивидуально-типологический опросник Л.Н. Собчик, методика диагностики межличностных отношений Т. Лири в адаптации Л.Н. Собчик и тест смысложизненных ориентаций Д.А. Леонтьева. Статистическая обработка включала расчет средних значений, распределений и корреляционный анализ Спирмена. Результаты: уровень нервно-психической устойчивости связан с показателями патохарактерологического диагностического опросника «Модуль», спонтанностью и тревожностью, определенными по индивидуально-типологическому опроснику, общей осмысленностью жизни, целями, удовлетворенностью процессом и результатами жизни, а также локусом контроля. Статистически значимых связей между уровнем нервно-психической устойчивости и показателями межличностных отношений в данной выборке не получено. Выводы: нервно-психическая устойчивость военнослужащих по призыву связана с сочетанием регуляторных, типологических и смысловых характеристик. При психологическом сопровождении целесообразно учитывать индивидуальный профиль самоконтроля, тревожности, спонтанности и смысложизненных ориентаций; межличностные отношения могут использоваться как дополнительный материал для индивидуального консультирования.